Несмотря на то, что фильм “Сказка” Александра Сокурова не получил в России прокатного удостоверения, его можно посмотреть, например, в ютубе. Перед зрителем разворачивается странная пьеса, действующими лицами которой становятся Сталин, Гитлер, Черчилль и Муссолини. Наполеон и Иисус появляются в отдельных эпизодах. Персонажи встречаются в некоем подобии чистилища, у райских врат. Все хотят пройти внутрь. Большинство, в соответствии со своими прижизненными убеждениями, поносят привратника и попутно ругаются и подкалывают друг друга.
Фильм смонтирован из кадров хроники: все изображения персонажей подлинные, добавлена только озвучка. Таким образом широко растиражированные в своё время жесты и выражения лиц лидеров наций получают новые, часто довольно уничижительные трактовки. Сокуров показывает исторические личности не просто обычными, особо не примечательными людьми. Диалоги намекают на истинный характер каждого из них: Гитлер - маньяк, Муссолини - самовлюблённый болван, Сталин - циничный убийца, а Черчилль - хитрый, но недалёкий интриган. Для Сокурова-историка это стало уникальной возможностью дать столь чёткие характеристики человеческим свойствам вершителей судеб мира в ХХ веке.
Их бесконечные беседы проходят в антураже античных развалин, среди которых то тут, то там видны человеческие останки, напоминая не только о бренности человека, но и об итогах деятельности главных героев. Ближе к финалу все они оказываются на трибуне, перед которой бушует человеческое море, с восторгом внимающее своим вождям. Из него то и дело выныривает солдат, обещающий встать из земли и всех их убить. Это, конечно, Крапилин из “Бега”. И точно по булгаковскому тексту ему отвечает Гитлер: “Плохой солдат!”.
Финал предсказуем: сквозь врата проходит только Черчилль. Голос из-за врат также выносит вердикт остальным персонажам фильма, а заодно и нашему миру. После этого не остаётся сомнений, почему фильму не дали прокатного удостоверения. Если таким будет последнее предсказание мастера, а Сокуров уже заявил, что не планирует больше снимать фильмы, боюсь, нам всем и правда придётся туго.