Нападающий ранее играл за «Рейнджерс».
– Как вам жилось в Нью-Йорке? Череповец, где вы родились и выросли, – город маленький. Как после него привыкать к такому мегаполису, и не скучаете ли по нему?
– По Нью-Йорку вообще не скучаю. Там ценник большой на все, ездить далеко везде... В Нью-Йорке у меня была квартира, а в Сент-Луисе в доме живу. Пятнадцать минут до тренировочного катка, пятнадцать – до игрового. А там до тренировочного 40 минут надо было добираться.
Да, крутой город, масса развлечений, но в сезоне не так много сил и времени, чтобы погулять. Это не то что ты приехал туристом увидеть статую Свободы и погулять в Центральном парке.
День между играми хочется полежать, отдохнуть, восстановить силы, чтобы хорошо выступить в следующем матче. Я статую Свободы увидел только в конце первого года в «Рейнджерс».
Вот арена – правда крутая. Когда играешь там, привыкаешь, это становится рутиной, и с какого-то момента не понимаешь, что это за атмосфера, как там шумно. А когда приехал с «Сент-Луисом» – сразу почувствовал, что это точно топ-3 всей лиги. На Madison Square Garden я и на концертах был – на Бибере и Дрейке.
– Российские игроки в 90-е годы регулярно тусовались на Брайтон-Бич. А ваше поколение там бывает? Конец Бруклина, от Манхэттена далеко.
– По-моему, там уже ничего русского не осталось. Когда было два выходных, я постоянно ездил в Бруклин в русскую баню типа Сандунов – но она не на Брайтоне. И кухня там хорошая. Заходишь – такой трехэтажный мат стоит! Сразу чувствуешь себя как дома, ха-ха.
На Манхэттене есть русский ресторан «Мари Vanna», туда ходили, – сказал форвард «Сент-Луиса» Павел Бучневич.
