В семье Никишиных детей было семеро. Могло бы и больше быть, но отец, Степан Силантьевич, геройски сложил свою голову, защищая родную землю в 1944 году.
Погоревала Вера Игнатовна да и стала думать, как детей поднимать: четырех сынов и трех дочек.
Трудно жили, тяжело, но всех мать вырастила и выучила, внучат и правнучат вынянчила и в 97 годочков этот мир покинула.
А речь об одной из её внучек пойдёт.
Муська в родне считалась интеллигенткой и даже зазнайкой. Мама её в свое время самой первой из всех Никишиных в город уехала, институт окончила и замуж за городского вышла. И сама Муська сызмальства себе на уме была: хоть и бегала у бабушки в деревне с детворой босиком до ночи, но и на книжки время находила, и всегда в чистом платье ходила.
Зато остальные её братья и сестры попроще были, особенно Петрушка: тот и вовсе с курями из одной чашки дробленку ел, завтрака не дожидаясь. Ох, и ругалась на него бабуля!
Детей в деревне по-простому звали: Муська да Люська, Дашка да Глашка, Петрушка да Марфушка...
А Муська была урождённой Марией Ивановной. Полуимя-полупроизвище "Муська" девочка никогда не любила, злилась, ругалась, плакала, а с двоюродными братьями и сёстрами и дралась даже!
- Какая я вам Муська? Мария я! Мария! В крайнем случае - Маша, но не Муська!
- Может, ещё и по отчеству тебя величать? - смеялись старшие.
- А может, и по отчеству! Я вырасту и начальницей буду! - твёрдо и уверенно отвечала девочка, смотря на всех исподлобья.
Прошли годы, а Муська права оказалась.
Стала она начальником цеха на одном из заводов. Серьёзная ходила, строгая. Рабочий люд её побаивался.
А тут самый младшенький из двоюродных, Петрушка который, из армии вернулся в деревню родную. А родственники ему и посоветовали в город поехать, к Муське, она, мол, теперь начальница, пристроит тебя куда-нибудь к себе, общежитие выхлопочет.
Приодели Петрушу понаряднее и в город отправили, позабыв, что он нового адреса сестры не знает.
Покрутился тот, повертелся, да и на завод отправился, авось, вызовут добрые люди сестру его.
На проходной его выслушали, спросили ФИО родственницы, а тот возьми и ляпни, что, мол, Муська ему нужна Никишина. Ой, Никишина - то по отцу её фамилия, а мужнину он от растерянности позабыл.
Время к обеду близилось. В общем, когда начальник цеха Сызранцева Мария Ивановна на обеденный перерыв вышла, застала она такую картину.
Толпится народ, кого-то расспрашивают, успокаивают, кто чай притащил, кто пирожок, а посерёдке - мама дорогая! - Петька собственной персоной, сидит и про житьё-бытьё своё рассказывает.
Увидел он сестру да как закричит: "Муська! А я тебя ищу, фамилию забыл, представляешь!"
Всё своё терпение, всю свою волю собрала Мария, чтобы не высказать прямо здесь и сейчас братику то, что на душе у неё было. Столько лет кропотливо она уважение и почёт зарабатывала, а тут явился брат и опозорил её.
Улыбнулась, пожелала всем аппетита приятного, поблагодарила, что Петрушу её, братика любимого младшенького, в беде не оставили, и под локоток парня к себе в кабинет увела.
Ох, и метали глаза её громы и молнии, ох и сталь в тихом голосе слышалась! Вроде не дурачок да не маленький уже, понимать должен, к кому и как на людях обращаться надо, что разболтать, а что и при себе оставить. А Петька весь скукожился, бубнит только: "Прости меня, Мусь.., ой, Мария!".
Простила, куда деваться! Строго настрого наказала "Муську" забыть, и сидеть тут тише воды и ниже травы. А она пойдёт похлопочет, чтобы его подмастерьем взяли, парень-то он толковый, не пьющий, рукастый.
Много воды утекло с тех пор. Марии Ивановне уже 60 лет исполнилось, всей семьёй юбилей отмечали.
Смирилась она, что для домашних так и останется Мусей. А тут на днях и бабуля любимая приснилась: "Мусенька моя!" - сказала, а от самой коровой, сеном да молочком парным пахнуло, как в детстве далёком. Погладила бабушка натруженной рукой внучку по головке - Мария и проснулась. И заплакала...
________________________________
КАРТА КАНАЛА «Вдохновенный рифмоплёт и прозаик».
Здесь вы можете найти перечень моих публикаций.
Приятного прочтения и хорошего настроения!