Одна из риторических формул, придуманных Путиным и произносимая им без пояснений, заключается в том, что спецоперацию «нельзя было откладывать», «ждать было нельзя» и т.п.
Что под этим имеется в виду, неясно. Кто собирался напасть на страну, обладающую ядерным оружием? Не раскрывается. Не говорится также о том, что ядерное оружие является гарантией от нападения.
Но даже если не касаться ядерного оружия, а рассматривать состояние вооруженных сил стран НАТО, то не было никаких причин устраивать то, что сделал Путин. Угроз России не было и нет. Риторические формулы Путина не выдерживают критики. Это выдумки.
Об этом не раз писалось. Если бы страны НАТО готовились нападать на Россию, то их арсеналы были бы полны, вооружения обновлены, армии отмобилизованы, общество подготовлено. Но ведь ничего этого не было.
Сегодня пришло еще одно доказательство. Министр обороны Германии Борис Писториус выступил с заявлением, которое можно считать следствием спецоперации Путина: «У нас пять-восемь лет, чтобы наверстать упущенное в том, что касается вооруженных сил, промышленности и общества».
Как передают, Писториус сказал, что Россия значительно увеличивает производство вооружений (что очевидно), а также угрожает безопасности Молдавии, Грузии и стран Балтии (что менее очевидно, если говорить о применении военной силы).
Насколько велики опасения, видно по заявлению Писториуса, допустившего возвращение обязательного воинского призыва, отменённого в Германии в 2011 году. Интересно, между прочим, спросить тех, кто принимает риторику Путина за чистую монету. Это решение Германии 2011 года тоже говорит о том, что она готовилась воевать с Россией вместе с НАТО?
В общем, мы думаем, что любой объективный наблюдатель понимает, что страны НАТО вынуждены искать решения в области укрепления своей безопасности. Это ответные меры. А что касается устроенного Путиным и его соратниками, то ущерб для России огромен – обманули доверие мира, которое было завоевано Михаилом Горбачевым и его политикой «нового мышления». Теперь – новая «гонка вооружений». И хорошо еще, если только она.