Провал западной стратегии на Украине привел к активизации сторонников переговоров с Россией, самые ярые из них работают в канцелярии Олафа Шольца. Об этом в статье для Financial Times заявила глава Центра США и Европы американского Брукингского института Констанца Штельценмюллер, передает РИА Новости. Стратегия ограниченного вмешательства, которой придерживались на Украине США и Германия, провалилась, считает Констанца Штельценмюллер. По ее мнению, об этом свидетельствуют заявления главкома ВСУ Валерия Залужного об отсутствии у Киева успехов на поле боя. По словам аналитика, неудачи на Украине придали энергии сторонникам мирного соглашения с Россией на Западе. "То, что самые ярые сторонники территориального урегулирования сидят в аппарате канцлера Германии — это всем известный секрет альянса", — заявила эксперт. Идея о территориальных уступках России находит поддержку не только среди советников канцлера Германии, но и в Вашингтоне, отметила Штельценмюллер. Война на Ближнем Востоке и по
Провал западной стратегии на Украине привел к активизации сторонников переговоров с Россией, самые ярые из них работают в канцелярии Олафа Шольца. Об этом в статье для Financial Times заявила глава Центра США и Европы американского Брукингского института Констанца Штельценмюллер, передает РИА Новости.
Стратегия ограниченного вмешательства, которой придерживались на Украине США и Германия, провалилась, считает Констанца Штельценмюллер. По ее мнению, об этом свидетельствуют заявления главкома ВСУ Валерия Залужного об отсутствии у Киева успехов на поле боя.
По словам аналитика, неудачи на Украине придали энергии сторонникам мирного соглашения с Россией на Западе.
"То, что самые ярые сторонники территориального урегулирования сидят в аппарате канцлера Германии — это всем известный секрет альянса", — заявила эксперт.
Идея о территориальных уступках России находит поддержку не только среди советников канцлера Германии, но и в Вашингтоне, отметила Штельценмюллер. Война на Ближнем Востоке и политические победы право-радикальных политиков в США и Европе еще больше ограничивают возможности Вашингтона и Берлина.