– Начинается олимпийский сезон – и начинаются метаморфозы с Женей и с ее мамой, ты чувствуешь, как они от тебя отдаляются. Кто-то начинает влиять на мнение, кто-то начинает влиять на поведение спортсмена, и ты понимаешь, что это кто-то извне.
Татьяна Анатольевна (Тарасова) почему-то вдруг решила вмешаться в ее подготовку и советовать ей, не мне. Ну набери мне: приезжай сюда, посоветуй отсюда. Нет, вот оттуда из-за спины начинаются советы и начинается влияние на спортсмена. В общем, не важно.
Она подошла к Олимпиаде не столь искренне с нами. Я несколько раз говорила про чистый хвост, а здесь оно так и было. Не то, что она была чужая, она была немножко уже не с нами.
– Вот Олимпиада, она проигрывает. Хотя как проигрывает – вы сделали чудо, она после такой травмы великолепно катает.
– Она не великолепно катает! Да, может быть, после такой травмы. Но для нее это были практически одни из худших прокатов, что она выдавала за последнее время.
– Но она рыдает от счастья.
– Она рыдает от счастья, потому что это очень тяжелый был последний путь. Он был правда тяжелый. Уже было вообще не понятно, как ее вытаскивать из того состояния, из этой истерии и всего остального.
– После этой Олимпиады произошла, наверное, самая большая интернет-бомба, которая возможна. Поклонники Загитовой и Медведевой... что они устраивали – это просто нечеловеческая история.
– А меня там просто обвинили, что я слила переписку. А я переписку не сливала. Мне был задан вопрос, потому что Женя где-то в интервью сказала, что на нее мы особо и не выходили, не пытались с ней...
Это вранье было, потому что я пыталась, я писала и писала, звонила. Был момент, когда я дозвонилась маме Жанне и сказала: что происходит?
А я слышу, что она рядом. Я знала, что они на съемки поехали, поэтому позвонила Жанне, потому что знала, что Женя будет рядом. Говорю: дайте мне Женю, потому что она не берет трубку.
Она сказала: не вмешивайте меня в свои дела, это ваши дела и ваши разборки. И все, положила трубку.
– Фига себе.
– Да.
– Дальше мы знаем: Брайан Орсер, признания, как все круто и великолепно, но по существу – окончание карьеры.
– Ну нет. Я думаю, что окончание карьеры – наверное, к этому шло, сколько лет она была в топах. Это же тоже тяжело, – сказала Этери Тутберидзе в интервью Леониду Слуцкому на ютуб-канале «Коммент.Шоу».
