Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Рахашан Ра

Строение Мироздания. Предисловие.

Когда-то, давным-давно, я рос довольно любознательным мальчиком. Любознательность эта, правда, была направлена в основном на книги. Меня интересовали звезды, океаны, насекомые, дельфины. Перелопатил кучу научно-популярных книг по математике, физике, астрономии. Хотелось знать, как устроено ВСЕ. Хотелось слетать в космос, посмотреть на звезды вживую, и, возможно, ощутить под ногами поверхность других планет. Тогда еще мы верили в то, что это будет совсем скоро. Ведь люди уже выходили в космос… Впрочем, в космонавты, как мне объяснили, я не пройду – по здоровью. Со здоровьем и впрямь было не очень уж гладко. Довольно часто торчал на больничном и в больницах по разным причинам. Матери даже специальность пришлось сменить – по причине частых отгулов. Дома меня особо никто не понимал. Кроме, может быть, отца – у него, как выяснилось, тоже была страсть к познаннию. Которую он так и сумел удовлетворить – но по его же собственному выбору. Выбрал семью и все с этим связанное. И надо сказать, дов

Когда-то, давным-давно, я рос довольно любознательным мальчиком. Любознательность эта, правда, была направлена в основном на книги. Меня интересовали звезды, океаны, насекомые, дельфины. Перелопатил кучу научно-популярных книг по математике, физике, астрономии. Хотелось знать, как устроено ВСЕ.

Хотелось слетать в космос, посмотреть на звезды вживую, и, возможно, ощутить под ногами поверхность других планет. Тогда еще мы верили в то, что это будет совсем скоро. Ведь люди уже выходили в космос…

Впрочем, в космонавты, как мне объяснили, я не пройду – по здоровью. Со здоровьем и впрямь было не очень уж гладко. Довольно часто торчал на больничном и в больницах по разным причинам. Матери даже специальность пришлось сменить – по причине частых отгулов.

Дома меня особо никто не понимал. Кроме, может быть, отца – у него, как выяснилось, тоже была страсть к познаннию. Которую он так и сумел удовлетворить – но по его же собственному выбору. Выбрал семью и все с этим связанное. И надо сказать, довольно удачно. А в школе до 8-го класса я вообще был «ботаником». Более смелые и сильные ребята частенько надо мной прикалывались.

Впрочем, способности некоторые к интеллектуальному труду имелись – с детства читал «по диагонали», без особо труда осваивал предметы умственные, математику и физику вообще щелкал как орешки. И иногда после прочтения популярной физ-мат литературы задавал учителям вопросы, которые частенько ставили их в тупик.

После 8-го класса родители быстро сообразили, что в обычной школе мне уже делать нечего. По всем предметам кроме физкультуры был «круглым» отличником. И отправили в областной центр, в Нижний Новгород (тогда еще Горький) в школу-интернат, в класс с математическим уклоном. А оттуда (как-то само собой получилось) перевелся в физ-мат школу-интернат при МГУ в Москве.

Некоторое время я «купался» в потоке информации. Учиться было не просто, а ОЧЕНЬ интересно. В какой-то момент я даже поймал себя на приятной мысли, ложась спать в общежитии школьном, что завтра проснусь и пойду в школу!

Опять же само собой, полет к знаниям продолжился дальше – после окончания школы поступил на физфак МГУ, отделение астрономии. Хотя это место и не очень котировалось у тогдашних выпускников – то ли дело физтех или хотя бы Бауманка… Но тут сказалось всегдашнее влечение к звездам.

С учебой в МГУ после такого трамплина проблем не было – благо в 10-м классе мы прошли бОльшую часть первого курса по математике. Немного отвлекла армия – после первого курса «забрили», несмотря на все попытки выскользнуть из сети. Однако по возвращении почти все быстро вспомнилось – и опять полез вверх, к знаниям. Зачетка к 3-му курсу уже настолько обросла пятерками, что ставить иные отметки такому студенту преподам как-то не хотелось. В результате загремел на доску почета и получил звание «Ленинский стипендиат» - довольно хлебное, по тем временам. Там и закончил учебу без одной четверки.

Но все это уже было как-то на излете, особенно курсах на IV-V-м. Учеба начала уже приедаться. Росло ощущение, что в большом потоке информации теряется что-то важное. Цифры, формулы, уравнения, модели… Не хватало близости к реальной жизни. Я пока еще не понимал, в чем дело. Но уже чуял, что ортодоксальная наука описывает явно не все стороны жизни.

Помогли «случайности». После прихода из армии бывшие сокурсники привели меня на сеанс к популярному гипнотизеру, где я поймал очень интересное и кайфовое состояние, резко выделяющееся на фоне остальных. Оно было очень близко к состоянию безусловного Счастья. А на физфаке наткнулся на объявление о наборе в группы йоги. Меня давно интересовала йога – хотя на тот момент я считал, что она просто дает возможность раскрыть некоторые способности. И начал заниматься телом, осваивать асаны, пранаямы, расслабление и работу с энергией и мыслью.

И так постепенно сложилось, что в то место, где мне дали ответы на все вопросы, и где я встретил Учителя, пришел не через науку, а через занятия с телом. Хотя занятия наукой к тому времени достаточно подготовили мой ум, и он уже был способен вопринимать Знание. Кроме того, уровень здоровья подросло достаточно высоко, и я практически перестал болеть. Несколько лет, правда, еще пришлось поработать с телом и энергиями. Почему – для этого будет свое объяснение.

То, что я могу теперь отметить как несомненный факт – что эта система знаний действительно объясняет ВСЕ. И даже более того, она дает еще и кучу таких следствий, о которых обычно не задумываешься. И Знание это не только теоретическое. Нет, им можно вполне пользоваться и, на жизненной практике, решать самые разнообразные задачи. Хотя и это тоже в него входит – какие-такие задачи лучше решать в первую очередь.

Знание это близко к научному. Если определенная близость этого Знания и к религии. Однако оно отличается от того и от другого. И у него есть конкретное название – Йога.

Продолжение следует…