Сегодня 3 октября 2023 года исполнилось 128 лет со дня рождения замечательного русского поэта Сергея Александровича Есенина.
Публиковала я уже это эссе, но накануне сегодняшнего дня было сказано много слов о поэте и прочитано много стихов. Мне бы хотелось остановиться на том, что многое в произведениях Есенина осталось недопонятым и недооцененным. В частности поэма "Анна Снегина", которая в 1925 году была вообще запрещена и не очень понятно, как ее разрешили чуть позже, в ней есть, о чем задуматься. В школе нам внушали, что это любовная лирика, замаскированная под эпос и исторические события, а я б сказала наоборот, что это историческая драма, припудренная любовной историей, чтобы сбить с толку своих и запутать остальных. В этом весь Есенин, он не так прост, как казался.
Властям было за что подтолкнуть поэта к петле, во-первых, за пацифизм - "И, твердо простившись с пушками, //Решил лишь в стихах воевать", "Другую явил я отвагу — был первый с стране дезертир". Во-вторых, за то, с кем он ассоциирует образ Ленина - лирический герой "неблагополучным" криушанам сказал: "он - вы", т .е. идеи вождя ассоциировались далеко не с чаяниями трудовых крестьян из деревни Радово, а с чаяниями лентяев и бандитов Криушан - "отнять и все поделить", "воровать", "землю - крестьянам", "лениться и не работать, а стрич купоны с имения Снегиных". В-третьих, за то, что он понимал, что чтобы он не написал, власти умело поработают над его иммиджем, это одна из причин, по которой он читал Снегиной не лирику, а "про кабатскую Русь". В-четвертых, он видел участь таких, как Снегина, в эмиграции, а никак не в новой жизни в новой стране. Да много о чем еще эта поэма, если внимательно читать.
У Есенина есть прекрасные яркие строки о Первой империалистической, но я не буду их приводить, а то поэму запретят во второй или в третий раз. А вы их сами прочтете.
Заметила, что некоторые исторические факты легче понять и представить себе не по учебникам истории, а по художественным произведениям хороших писателей и поэтов, особенно очевидцев данных событий, если они, конечно, не пытались писать по общепринятому шаблону цензуры и объективно видели картину в целом.
Хочется все же подробнее напомнить читателям о той поэме, которую сам Сергей Александрович Есенин считал своим лучшим лироэпическим произведением, но которое не приняли и не поняли властные структуры, да и читатели в 1925 году. О поэме "Анна Снегина".
Возможно, строки этой поэмы могут как-то частично объяснить даже гибель поэта. Невероятно, как "Анну Снегину" не запретили для изучения в школе в свое время.
Пройдемся прямо по 5-ти страничкам поэмы последовательно. Лирический герой поэмы Сергея Есенина "Анна Снегина" - тезка поэта - Сергуха, он же Сергуша, он же Сергей - в конце апреля 1917 года, едет в родную деревню Радово отдохнуть и посмотреть, как там живется нынче не в городе, а в деревне. Он взбудоражен, взволнован и переполнен водовором событий с 1914 по февраль 1917 гг, "бежал" из города в родную деревню от своих душевных метаний, утрат и "ранней усталости". А возница рассказывает ему по дороге о ситуации в их местности, сначала про взаимоотношения и экономическую ситуацию жителей двух соседних сел Радово и Криуши. Под Радово подразумевается родное село Константиново, а Криуша ( Криуши) - соседнее село в Рязанской области.
Первое село - Радово. Насчитывает двести домов. Люди здесь работящие, оптимистичные, зажиточные. От чего это зависит? Да кто его знает, то ли от воспитания, законопослушности и жизненных установок, то ли от трудолюбия и понимания того, что не работая, не прокормишься. Может, ресурсы природные способствуют хорошей жизни.
До февральской революции 1917 года селяне именно Радово жили и не так уж и плохо: "Богаты мы лесом и водью,/Есть пастбища, есть поля." "Дворы у нас крыты железом,/У каждого сад и гумно./У каждого крашены ставни,/По праздникам мясо и квас." Другими словами жилось до 1917 г жителям этого отдельно взятого села хоть и тяжело, но все же не плохо, они ценили и использовали свои природные ресурсы, трудились, держали в порядке свои хозяйства и получали "натуральный продукт".
До реворюции к ним часто заезжал исправник погостить на дармовщинку. Жители Радово вовремя платили оброк, благо было чем. Но грозный судья-старшина творил свои беззакония: "Всегда прибавлял к оброку по мере муки и пшена." Радовцы и это осиливали - платили (чтоб не нарываться), то есть получается, что у них бывали и излишки продукта, хватало и себе, и на оброк с гаком.
А соседняя деревня Криуши была по каким-то причинам бедная. Непонятно, почему такой контраст, но было это в каждой местности, если одна деревня зажиточная, то две соседние - бедные. Опять же, от чего это зависило? Скорее всего опять же от воспитания, от степени образованности, от умения вести хозяйство и от жизненных установок, заложенных родителями и пращурами, а еще потому, что населяли Криуши скорее всего люди, по всем признакам малообразованные, безответственные, ленивые и завистливые. Возможно, вокруг их деревни/села были не столь богатые природные ресурсы, например, не было леса и т.д. Криушане "косились на жителей Радова" и подворовывали у них: "Украдкой они рубили из нашего леса дрова". "Житье у них было плохое,/Почти вся деревня вскачь/Пахала одной сохою/На паре заезженных кляч".
Судя по тону рассказчика-возницы, он криушанам не сочувствует, а осуждает за неумение вести хозяйство.
Однажды между жителями деревень Радово и Криуши произошла большая драка, а Криушане убили старшину, вернее убил особо рьяный борец за справедливость и вечно пьяный Прон Оглоблин. Но судили и тех и других, а десяток человек во главе с Проном угнали в Сибирь.
С тех пор от Радово отвернулась удача: "Почти что три года кряду/ У нас то падеж, то пожар." Но это могло же быть не только природное явление, но и месть менее благополучных соседей - сами пропадем и вам не дадим процветать. Но все же очевидец считал, видимо, что это природные явления, ни на кого не грешил.
Далее надо коснуться душевного состояния героя поэмы. Буквально в трех строфах поэт кратко описал всю историю начала Первой империалистической и свое отношение к тем событиям. Молодой человек понял бессмысленность Первой империалистической, понял, что он отстаивает интересы не страны, не своего народа, а других людей "купцов да знати", которые спрятались в тылу за спинами воюющих солдат и манипулировали простым народом. Поняв это, он решил бороться с ситуацией дипломатически - печатным словом - стихами, а не оружием: "И, твердо простившись с пушками,/Решил лишь в стихах воевать."
В поэме есть очень яркие слова по поводу событий тех дней, но при желании вы их прочтете сами, не буду рисковать и приводить их в тексте.
Лирический герой Сергуша бросил винтовку, дезертировал из армии, так и встретил февральскую революцию 1917 года. Но революция тоже не принесла ожидаемого результата - свободы, мира, стабильности, определенности и сытой жизни, а империалистическая не прекратилась, наоборот, из империалистической переросла в разрушительную гражданскую.
Надо учесть, что поэт-патриот с горечью, вероятно, говорит, что его лирический герой - "первый в стране дезертир", то есть он не принес пользу своей стране, а таких дезертиров, как он, тогда были тысячи, а остальные стали калеками или погибли, мало кому удалось не потерять силы и здоровье. От этого у всех горечь. Проблемы вернувшихся с фронта решены не были.
Пока герой поэмы раздумывал о жизни и о рассказе возницы, они приехали в село Радово. По приезде хитрый 30-летний возница обобрал городского жителя, как липку, взял с него за дальнюю дорогу аж 66 или 70 рублей под предлогом, что мол "сегодня плохая рожь" - озимая, ведь дело было в конце апреля, т.е. об урожае этого года еще рано говорить, да еще возница накинул - обещался выпить за здоровье гостя в кабаке. А гость, наверное, и сам бы не дурак был выпить. Хотя - нет, по слухам, он находился "в завязке" в то время.
Герой поэмы приехал в Радово в конце апреля 1917 к другу семьи старику-мельнику и собирался пробыть там в деревне один год: «Откуда? Надолго ли?»// «На год». До этого "визита" друзья-односельчане не виделись 4 года.
Из рассказа мельника можно понять, что если уж возница пожаловался, что рожь не уродилась в том году или плохие озимые всходы в этом году, но зато все же прокормиться можно было, вероятно, за счет прошлогодних даров природы и леса, за счет небывалых запасов грибов и ягод, а также охоты на дичь, во всяком случае в пределах той сельской местности, куда приехал герой поэмы "на отдых". Да и скотину прокормить, вероятно, было можно в те годы, так как уродилось много сочной травы, и мельник заготовил хорошее сено . "Сим летом грибов и ягод/ У нас хоть в Москву отбавляй./ И дичи здесь, братец, до черта,/ Сама так под порох и прет."
Вот только либо у меня "мандриан", либо у поэта нестыковка, Есенин пишет, что он приехал в конце апреля, то есть дары природы предстоящего лета еще не созрели, хорошо, если земляника и другие ягоды зацвели, а из грибов, вероятно, только сморчки и строчки весной бывают. Возможно, все же имеются в виду прошлогодние лесные урожаи, раз поэт идет спать на сеновал - "По-старому с шубой овчинной/ иду я на свой сеновал" , то есть сено с прошлого года, в апреле оно бы еще не высохло. Возможно, мельник дает прогноз на летний урожай по каким-то народным приметам, потому что дружная весна и т.д..
Приехал герой весной, так как: "Иду я разросшимся садом, /Лицо задевает сирень." Цветение сирени это конец апреля - начало мая! И "яблони белые в саду" - весна!
Можно-то прокормиться, это понятно. Но надо учитывать еще пищевые привычки крестьян. Если мельник охотится на зайцев или обещает Сергухе охоту на зайцев, то есть семья мельника их употребляет в пищу, но были в деревнях люди, которые из соображений старой веры не ели зайчатину, не ели телятину, не употребляли грибы, кроме рыжиков - рыжики считались неядовиитыми, их даже солили 40 дней без варки, не ели рыбу, были такие, что не ели и яблоки и т.д. Так что для некоторых селян приемлимыми были только злаки, молоко и домашнее мясо и птица.
Далее в поэме начинается любовная лирика, к которой мы еще вернемся, а пока продолжим продовольственную тему.))) На завтрак герою поэмы жена мельника - старушка напекла оладьев, то есть хотя бы у одной отдельно взятой семьи старичков-мельников до весны сохранилась мука, несмотря на жесточайший оброк, до продразверстки еще дело не дошло. А в имение Снегиных, хотя "господ уже отменили" мельник несет, вероятно, по старой дореволюционной памяти и небесплатно, "прекраснейших дупелей", которых настрелял накануне, то есть дичи действительно было много, хоть в "Москву отбавляй".
Далее герой беседует со старушкой женой мельника, а она ему опять поведала о том, что криушане смертным боем деруться с радовцами (бунт!), она подтверждает, что вся дерявня криушан - сплошные лентяи, ворье и каторжники, которые только и умеют, что завидовать работящим радовцам, воровать и драться. А раз старушка "сильно сдала" за последние 4 года, то видно, что междуусобицы это очень большая проблема, которая и их дом не обошла стороной, она боится за мужа, за свой дом и за свою жизнь. Вы ж понимаете, что это чаяния не одной отдельно взятой старушки или двух деревень, а это состояние населения всей страны на тот момент. "Бунт решительный и беспощадный"! Криушанам легче отнять и все поделить, чем работать.
"А все это, значит, безвластье./ Прогнали царя.../ Так вот.../ Посыпались все напасти/ На наш неразумный народ.// Открыли зачем-то остроги,/Злодеев пустили лихих./ Теперь на большой дороге/ Покою не знай от них."
Заметьте, простая русская женщина была вовсе не против самодержавия - вот что интересно. Она считает, что от того, что "...прогнали царя..." - безвластье и хаос. Но кто-то посчитает ее мысли консервативными.
Герой поэмы сопоставляет рассказ мельничихи с рассказом возницы и идет поклониться мужикам, но не своим радовским, а в Криуши, очевидно ему интересно еще и третье "экспертное мнение" от "забияк". Почему они так плохо живут, не работают, бедствуют, себя так веду и т.д.?
живут, не работают, бедствуют, себя так веду и т.д.?
А в Криушах поэта встречает полный раздрай: "Не слышно собачьего лая,/ Здесь нечего, видно, стеречь —/ У каждого хата гнилая,/ А в хате ухваты да печь./ Гляжу, на крыльце у Прона/ Горластый мужицкий галдеж./ Толкуют о новых законах,/ О ценах на скот и рожь."
Вместо того, чтоб работать, сеять-косить - ведь лето - самая страда, или хотя бы охотиться, мужики предпочитают горлопанить на собраниях. А ведь пашенка сама себя не распашет.
Криушане довольно дружелюбно встречают Сергушу, хотя знают, что: "Недаром, едрит твою в дышло,/ Воспитан ты был кулаком." Но тем не менее, они его уважают и гордятся - он выбился в известные люди, и им интересно его "просвещенное мнение": "Но все ж мы тебя не порочим./ Ты — свойский, мужицкий, наш,/ Бахвалишься славой не очень/ И сердце свое не продашь." "Скажи:/ Отойдут ли крестьянам/ Без выкупа пашни господ?/ Кричат нам,/ Что землю не троньте,/ Еще не настал, мол, миг./...»
Из всего этого можно понять, что крестьяне поверили ленинскому лозунгу: "Земля - крестьянам!" А большевики им показали пока крупную фигу, да еще в кармане, и никакой земли. У власти пока временное правительство, полная неясность. Страшное народное разочарование их постигло! Гражданская продолжается, мужики - кто погиб, кто на фронтах, кто "в колчаковских боях раненый"...И земли нет! Да и, грубо говоря, работать не хочется. Они ведь что думали - революция, значит, отобрать и все поделить, а потом безбедно жить, как помещики, за счет их скарба, и не работать. А тут пока еще ничего им не перепало.
Герой поэмы ответить ничего не смог - отчего все и почему, сам не знал, а может знал, да в стихах молчал, он человек-то не простой - образованный, с хитринкой и по-мужицки мудрый.
Но далее поэт языком героя поэмы сморозил на первый взгляд какую-то чушь, понять я его в этом вопросе поначалу не могла, то ли слава Маяковского ему покоя не давала, то ли он хотел сам себя перехитрить, чтобы не попасть под молот репрессий: "«Скажи,/ Кто такое Ленин?»/Я тихо ответил:/ «Он — вы».
В школе нам объясняли, что "Ленин...Он - вы", это как бы - "человек, понимающий чаяния народа". Но потом я поняла, что раз он разговаривает с Оглоблиным Проном и поддерживающими Прона людьми, а Прон вообще говоря - вор, убийца, бывший каторжник, то уж страшно подумать, что имел Есенин в виду под "Он - вы". Не то ли, что само собой просится - "он такой же, как вы". Тогда становится понятно предположение, почему чекисты сунули поэта в петлю или довели до самоубийства (если это было самоубийство) в 1925 году.
Если я не права...Может мне старшие товарищи подскажут, что это было, что кроется в этой фразе "Он-вы"?
Далее, после всех своих странствий по болотам - "вернувшись с тяги", т.е. с охоты на дичь, поэт простудился и заболел, то ли его от предыдущего разговора с криушанами, так пробрало, то ли действительно на болотах подхватил лихоманку. Но поэт замаскировал эту часть поэмы - - "любовной лихорадкой".
И теперь мы вернемся к любовной лирике, на которую все учителя и отвлекали всех читателей, особенно учеников школы, говоря, что это поэма исключительно эпическо-лирическая, о любви Есенина и помещицы Кашиной, а совершенно не о тех бесчинствах, которые творились после революции 1917 года, мол там есть размышления, переосмысления, но не более того.))) Наоборот, якобы, он "бесчинствами" замаскировал свои истинные чувства "к любви всей своей жизни".))) Во всяком случае, моя учительница литературы нам это вдалбливала.
Вы помните, с чего начинаются воспоминания поэта? Напомню:" Когда-то у той вон калитки / Мне было шестнадцать лет,/ И девушка в белой накидке/ Сказала мне ласково: «Нет!»/ Далекие, милые были./ Тот образ во мне не угас.../ Мы все в эти годы любили,/ Но мало любили нас."
Недаром "...девушка в белой накидке" этот чистый, светлый образ юности, которым герой прикрывается от суровой реальности.
На следующем этапе озорной мельник рассказал поэту о разговоре со Снегиной и о том, что она про поэта наводила справки: "...Я Снегиным так и бряк./ Приехал ко мне, мол, веселый/ Один молодой чудак." "А дочь их замужняя Анна/ Спросила:/ Нет тот ли, поэт?"
И Анна поведала мельнику свою версию их отношений: "...— Ах, мамочка, это он! Ты знаешь,/Он был забавно/ Когда-то в меня влюблен./ Был скромный такой мальчишка,/А нынче.../ Поди ж ты.../ Вот.../Писатель.../Известная шишка.../Без просьбы уж к нам не придет».
"И мельник, как будто с победы,/ Лукаво прищурил глаз:" - торжество мельника можно понять, мол знай наших, Сергуха был простой крестьянский мальчишка, а все же оставил память в сердце молодой помещицы, а теперь он - известный поэт, то есть как бы ей ровня, и она в нем явно заинтересована.
Во время болезни Сергухи мельник возьми да и привези Снегину ухаживать за больным: "Мой мельник с ума, знать, спятил./ Поехал,/ Кого-то привез.../ Я видел лишь белое платье/ Да чей-то привздернутый нос".
"На пятые сутки под вечер/ Простуда моя улеглась./ Я встал./ И лишь только пола/ Коснулся дрожащей ногой,/ Услышал я голос веселый: «А!/ Здравствуйте, мой дорогой!/ Давненько я вас не видала./ Теперь из ребяческих лет/ Я важная дама стала,/ А вы — знаменитый поэт."
Важной дамой она стала лишь в том смысле, что не по любви вышла замуж (вернее вначале была влюблена в офицера, потом любовь куда-то делась), но продолжает лукавить, что она любит мужа. Она ведь не стала знаменитой или приносящей пользу людям, как хотела в юности, или например, такой революционЭркой, как Александра Коллонтай или Лариса Рейснер и т.д или даже не стала именитой писательницей-поэтессой, условной Цветаевой, а как была помещицей, поглощающей труд крестьян, обывательницей, так и осталась. Она мечтала о славе, но как чеховская душечка, растворилась в своем муже. А ОН - Сергуха - знаменитый поэт - достиг определенных вершин, влияния на читателей, хотя этого она от него не ждала.
"Когда-то я очень любила/ Сидеть у калитки вдвоем./ Мы вместе мечтали о славе.../ И вы угодили в прицел,/ Меня же про это заставил/ Забыть молодой офицер..."
А поэту стало противно, может самолюбие его страдало от того, что она его в свое время недооценила и отвергла, и он хотел прекратить это ее лицемерие и сказать: «Довольно!/ Найдемте другой язык!»
Но не смог ее отшить, не сказал грубости, все же "первая любовь" никуда не делась или всколыхнулась, а может сказывалось изначально воспитанное бережное отношение к женщинам вообще, или ему представилась возможность уйти от ужасов времени в грезы юности, это похлеще, чем пьянство или наркотик будет. А вместо грубости герой пролепетал: "Садитесь./ Я очень рад./ Я вам прочитаю немного/ Стихи/ Про кабацкую Русь.../ Отделано четко и строго./ По чувству — цыганская грусть».
Вот опять, не стал читать ей лирических стихов про любовь, никаких признаний, а хотел чем-то удивить эту даму, может эпатировать, а может быть, наоборот, хотел поделиться тем, что его волнует на данном этапе, проверить - понимает ли она его, решил прочесть "Стихи Про Кабацкую Русь...".
Все же знают, о чем это, и она знала, будьте уверены. Но не поняла тонкую душевную организацию поэта.
Конечно знала Снегина все про него, неправильно себя повела и давай ему морали читать: "«Сергей!/ Вы такой нехороший./ Мне жалко,/ Обидно мне,/ Что пьяные ваши дебоши/ Известны по всей стране."
Он не этого от нее ждал, он надеялся, что она-то, уж она, знающая его чистую душу с юности, поймет, отчего все эти пьяные дебоши, известные по всей стране. Не поняла! Нет!
А самое-то главное, он сам все это знал "про дебоши", не мог по каким-то причинам этого прекратить и даже не из-за отсутствия силы-воли, поэтому вложил в уста героини эти все слова.
На ее вопрос, что с ним случилось, он смог только отшутиться: «Наверно, в осеннюю сырость/ Меня родила моя мать».
Выяснилось, что он никого не любит, можно понять, что и его никто толком не любит или не любит и не понимает так, как бы он этого хотел: «Кого-нибудь любите?»/«Нет»./ «Тогда еще более странно/ Губить себя с этих лет:/ Пред вами такая дорога...»
Какая дорога? Он даже не стал ей объяснять, что эта дорога привела его в никуда, к разочарованиям, к душевной боли.
Анна тоже его не любила, просто всколыхнулось былое, и он сам сожалел, что над этим можно только иронизировать: "Луна хохотала, как клоун./И в сердце хоть прежнего нет,/По-странному был я полон/Наплывом шестнадцати лет.//" "Расстались мы с ней на рассвете/ С загадкой движений и глаз..."
К сожалению, былой любви не было, но продолжились какие-то вялотекушие отношения, дань былому юношескому увлечению. А мельник стал таскать им любовные записочки друг от друга. Но поэт отмечает, с сожалением, что той юношеской былой любви давно уже не было.
Вдруг, среди любовных записочек, пришла записка деловая от бывшего каторжанина из Криуши Прона Оглоблина, который в свое время старшину убил.
Поэт встретился с пьяным Проном, а тот агитировал народ "отобрать у помещицы Снегиной имение и все поделить": "«Эй, вы!/Тараканье отродье!/Все к Снегиной!../
Р-раз и квас!/Даешь, мол, твои угодья/ Без всякого выкупа с нас!»
И сам себя не понимая, лирический герой поехал с Проном к Снегиным, он сам еще толком не понимал, хочет ли он ее защитить или уговорить, чтобы отдала крестьянам угодья без сопротивления, или ретивость Прона хочет как-то смягчить.
Приехали они к Снегиным, с порога стало понятно, что в семье горе - кто-то умер, а открыла дверь мать Анны в трауре. Прон ей с порога ултиматум, мол отдай землю по добру - по здорову, а то сами отберем. А мать не теряет самообладания и ей все равно, ведь в доме горе. Мать и спасла положение, даже не подумав, что поэт пришел с Проном отбирать имение, она решила, что поэт приехал к Анне, засвидетельствовать ей свои соболезнования.
Вышла Анна, и оказалось, что на фронте убили ее мужа - Борю. И ничего лучшего Анна не нашла, чем язвительно упрекнуть поэта в том, что он дезертировал, а ее муж погиб, как герой. Задела Сергея за живое:"«Убили... Убили Борю.../Оставьте!/Уйдите прочь!/Вы — жалкий и низкий трусишка./Он умер.../А вы вот здесь...»
Кто ж такое выдержит? Поэт не мог перенести такого позора и оскорбления от женщины, да при мужиках, которая его однажды уже отвергла, затем опять сама же возобновила отношения и теперь сваливает на него горесть своей потери мужа, которого она в сущности не любила. "Нет, это уж было слишком./Не всякий рожден перенесть", - возмущвется лирический герой. Но все же герой нашел в себе силы, понять ее горе, уговорил Прона повременить с конфискацией и повел мужиков в кабак, в основном заливать свое личное горе и оскорбление, а не проново фиаско по отъему собственности.
В дальнейшем все лето герой пытается забыть свою любовь и нанесенную ему жестокую обиду по незаживающей ране дезертирства: "Все лето провел я в охоте./Забыл ее имя и лик./Обиду мою/На болоте/ Оплакал рыдалыцик-кулик."
"И лето такое короткое..."... Пролетело, наступила осень, вероятно, конец октября: "Уже в облетевшей дуброве/Разносится звон синиц."
Понятное дело, что политикой лирический герой пока не интересовался, все зализывал свои душевные раны и ходил на охоту. И вдруг в октябре к нему пришел Прон и сообщил последние новости: "Как месяц, вкатился Прон./«Дружище!/С великим счастьем!/Настал ожидаемый час!/Приветствую с новой властью!/Теперь мы всех р-раз и квас!/Без всякого выкупа с лета/Мы пашни берем и леса./В России теперь Советы/И Ленин — старшой комиссар".
Другими словами:"Товарищи! Октябрьская революция о необходимости которой все время говорили большевики, свершилась". А за ней последовала и экспроприяция экспроприаторов. Прон в полной революционной эйфории собирался завершить задуманное - отобрать имение у Снегиной. И устроить коммуну: "Я первый сейчас же коммуну/Устрою в своем селе».
А у Прона был брат Лабутя - инвалид русско-японской войны 1904-05 гг, болтун, который всю жизнь после ранения пил и побирался, а тут поднял голову, медали запрятал в сундук и избрался в Совет, т.е. в Советы, по мнению автора, опять же попали не лучшие и достойнейшие люди, а такие, как Лабутя, о чем герой поэмы и сожалеет.
И вот не Прон, а этот Лабутя первый поехал отбирать имение у Снегиных: "Медали, медали, медали/ Звенели в его словах./Он Прону вытягивал нервы,/И Прон материл не судом./ Но все ж тот поехал первый/ Описывать снегинский дом."
"Весь хутор забрали в волость/С хозяйками и со скотом."
Но мир не без добрых людей, так мельник спас Анну и ее мать, привез к себе в избу и заставил поэта о них заботиться. И поэт: "...Смотрел на скривленный заботой/ Красивый и чувственный рот."
Анна пыталась извиниться: "Я помню —/Она говорила:/«Простите... Была неправа.../ Я мужа безумно любила./Как вспомню... болит голова.../Но вас/ Оскорбила случайно.../Жестокость была мой суд..."
Опять это женское лицемерие, он понял: "Но я перевел на другое,/Уставясь в ее глаза,/И тело ее тугое/ Немного качнулось назад./«Скажите,/Вам больно, Анна,/
За ваш хуторской разор?»/Но как-то печально и странно/ Она опустила свой взор..."
Все же классовые различия между ними никуда не пропали, и она тоже перевела разговор: «Смотрите.../ Уже светает./ Заря как пожар на снегу.../Мне что-то напоминает.../Но что?../Я понять не могу.../Ах!.. Да.../Это было в детстве.../
Другой... Не осенний рассвет.../Мы с вами сидели вместе.../Нам по шестнадцать лет...». Разговор так ничем и не завершился.
Под вечер Снегины уехали в неизвестном направлении. Лирический герой тоже уехал в Питер: "Не помню тогдашних событий,/Не знаю, что сделал Прон./Я быстро умчался в Питер/ Развеять тоску и сон."
После Октябрьской революции опять ничего хорошего и ожидаемого народом не произошло, начались: "Суровые, грозные годы!" Хаос. Мир хижинам - война дворцам: "Слыхали дворцовые своды/Солдатскую крепкую «мать». "Чумазый сброд" играл "коровам на роялях фокстрот", угарное веселье, за продукты выменивали граммофоны, мужики ругались на жестокие налоги, в общем, ничего хорошего. Политика военного коммунизма сменялась НЭПом в 20-х гг, а точнее с 14 марта 1921 г.
Так вплоть до 1920-х гг, в которые герой узнал из письма мельника о судьбе Прона Оглоблина, которого убили деникенцы: "Узнай, что в двадцатом годе/Расстрелян Оглоблин Прон./Однажды отряд Деникина/Нагрянул на криушан./Тогда вот и чикнули Проню..."
А братец его Лабутя спрятался в стог соломы, а потом первый требовал награду за геройство в борьбе с деникинцами: "Лабутя ж в солому залез/И вылез,/Лишь только кони/ Казацкие скрылись в лес./„Мне нужно бы красный орден/За храбрость мою носить“.
Получив все эти известия, лирический герой поэмы отправляется опять в деревню. На дворе лето - июнь 1923 (или 1924 года). С его последней встречи с мельником прошло шесть лет. Мельник передает ему письмо от Анны из Лондона ("лондонская печать"), датированное апрелем. Письмо одинокой женщины, полное тоски и ностальгии.
"Я часто хожу на пристань/ И, то ли на радость, то ль в страх,/Гляжу средь судов все пристальней/На красный советский флаг./Теперь там достигли силы./Дорога моя ясна.../Но вы мне по-прежнему милы,/Как родина и как весна».
Поэт тешит свое самолюбие тем, что она его все же любила, иначе бы "в жисть" такого письма не написала. Но их дороги окончательно разошлись. Она в Лондоне, который ему не нужен. А он здесь, на Родине. Но, вспоминая ее, все же можно уйти от суровой действительности, вспоминая дни былой юности.
Далекие милые были!..
Тот образ во мне не угас.
Мы все в эти годы любили,
Но, значит,
Любили и нас.
Поэма написана в 1924 г в Батуме. А первые главы напечатаны в январе 1925 г.
На самом деле реальный прообраз Анны Снегиной - Лидия Ивановна Кашина не эмигрировала в Лондон, а работала в Москве "машинисточкой", для которой "кинематограф это первое дело". Вернее Кашина работала письмоводителем и секретарём в Управлении связи Красной армии, затем машинисткой в АО «Тепло и сила». В 1922 году стала сотрудником газеты «Труд», где являлась корректором и литературным редактором. Переводила исторические книги с немецкого языка. У нее был муж, который не погиб, как это в поэме, и сын. Но это уже совсем другая история, поэт бывал у нее в Москве, но их роман так и завершился ничем.
Всего на пяти страница, кратко и доходчиво поэт изложил исторические события с 1914 года до 1924 года и свое отношение к ним. Ну, ни гений? Гений! Бессмертное произведение! Бессмертное!
Алена Л.