Четырёх летний мальчик Стёпа вместе с папой ехал на стареньком дребезжащем автобусе. На улице было пасмурно и серо, но желтоватый рассвет уже понемногу пробивался сквозь плотные тучи.
Стёпа знал, что многие не любят автобусы. А вот он любил их. Ему нравилось, как за окном мелькают улицы, дома, фонари и деревья. Нравился лёгкий сквозняк, покалывающий его мягкие краснеющие щёчки. Нравились пёстрые на лицо и одежду пассажиры, которых он всегда рассматривал, пытаясь угадать, куда и зачем они едут.
Например, его папа, высокий человек с квадратными очками и дипломатом, сейчас отведёт его, Стёпку, в садик, а потом отправится на работу в университет, где будет учить взрослых детей. Знакомая добрая тётенька с кудрявым шаром на голове из седых волос, сидящая за отцом, едет присматривать за вновь заболевшей маленькой внучкой. В её старой коричневой сумочке лежат вкусные сладкие конфеты, которыми она всегда угощает Стёпу. Молчаливый водитель в кожаной кепке и волосатыми руками изо дня в день возит всех по городу без передышки. Полненькая пожилая кондукторша с весёлыми карими глазами собирает деньги, выдаёт билетики, ерошит Стёпины мягкие волосики.
Но то уже знакомые люди. Куда больший интерес у него вызывали совершенно новые лица. Впереди, занимая почти два места, сидела суровая грузная женщина с кучей огромных сумок. Она поедала отвратительно пахнущий беляш. От этого аромата Стёпу подташнивало. Глядя на женщину, он вспоминал, как вчера его старшая сестра жаловалась маме на какую-то книжку какого-то Островского. Там была одна неприятная тётенька Кабаниха. Почему-то Стёпа был уверен, что женщина в автобусе и есть эта Кабаниха, про которую написали в книжке. Значит, она едет к сыну и его жене, чтобы испортить им жизнь.
В конце автобуса сидел худощавый длинный старик с лысой головой. На нём были строгие серые штаны, такой же пиджак, поверх белой рубашки и лакированные чёрные ботинки. На кончике носа расположились маленькие круглые очки, как у папиного знакомого профессора. На костлявых коленях лежал блестящий новенький дипломат, а в руках находилась газета. Наверняка этот умный старичок едет на работу, где он наденет белый халат и начнёт смешивать различные жидкости в сосудах. А может он врач, спасающий жизни?
Рядом со стариком расположился небритый дяденька со скрещёнными на груди большими руками и круглым животом. Ногти на руках поломаны и загрязнены, нос постоянно шмыгает, на синей футболке жирные пятна. В нём Стёпка признал строителя и представил, как мужчина каждый день носит тяжёлые кирпичи, дёргает за рычаги большого крана, плюётся на землю, курит сигареты.
На одиночном сиденье, махая не достающими до пола ногами, сидела маленькая девочка в сарафане с жёлтыми цветами. На тёмной головке торчали два коротеньких хвостика, словно ушки. За спиной фиолетовый блестящий рюкзачок. Она, как и Стёпа, едет в садик, где будет кричать, плакать и ябедничать. Её мама, невысокая девушка с накинутым капюшоном, что-то смотрела в телефоне. Мальчик не смог её рассмотреть, выискивая другого интересного человека.
Неподалёку чихнула совсем старенькая бабушка. На её плечах лежала шерстяная шаль. Синий платок часто подносился к кашляющему рту и сопливому носу. Она ехала в больницу, чтобы как можно раньше занять очередь. Стёпа не знал, отличаются ли детские и взрослые больницы, но был уверен, что бесконечные очереди возникают там и там.
Увы, удостовериться в своих догадках Стёпа не мог. Автобус тем временем подъезжал к их остановке. Пока они шли до садика, мальчик рассказал папе о всех людях, которых он успел разглядеть во время поездки, и о том, как они, по его мнению, живут. Папа лишь посмеялся, потрепал сына по голове и ласково сказал:
– Ну и фантазия у тебя, Степашка. Хотя кто знает, может, дети замечают гораздо больше, чем взрослые.