Сегодня в прокат должен выйти фильм Софьи Мелединой «Миттельмарш»

Основные темы фильма — молодость, взросление, любовный треугольник, Петербург, статуи, красота, которая никого пока не спасла, но вот сама очень нуждается в спасении. Слово «миттельмарш» в современной культуре означает (примерно) поиски баланса между двумя крайностями, гармоничное сочетание противоположностей.

Главных героев — трое. Самый главный — 18‑летний Митя (Иван Злобин), петербургский юноша, «ботаник», симпатичный, романтичный, немного аутичный. После психологической травмы — смерти отца — он замолчал (и заговорит только на 62‑й минуте фильма). Этакий Пьеро. Его антипод — молодой человек постарше по фамилии Ковальски, тоже симпатичный, но совсем другой по темпераменту и характеру (Илья Дель). Энергичный, склонный к авантюрам, живущий на грани риска, плут. В общем — типичный Арлекин. Есть и Коломбина — красивая девушка Полина (Тина Стойилкович).

Бабушку Мити играет Эра Зиганшина. В ее ослепительном исполнении эта героиня предстает не бабушкой, а яркой, эффектной женщиной, отменно воспитанной и чуточку, по‑петербургски, чудаковатой.

Фильм яркий, стремительный, актеры все время в движении — куда‑то бегут, мчатся на мотоцикле, выясняют отношения друг с другом и с власть имущими… Правда, не все заявленные в начале фильма темы прояснены. Так, для меня осталось непонятным, почему Полина, болезненно влюбленная в Ковальски, вдруг переключается на Митю. А Ковальски, который недавно говорил Мите, что без Полины уже не может, вроде бы все равно…

Софья Меледина — ученица и протеже Алексея Учителя. Влияние учителя — Учителя — в работе ощущается. Трудно, конечно, не вспомнить его «Прогулку». Но в «Миттельмарше» есть отсылки и к другим картинам — годаровской «Банде аутсайдеров», например. А Полина с голубыми волосами, которая держит на руках белого котенка, найденного во дворе немыслимо красивого петербургского дома? В голове киномана, конечно же, всплывет образ Аниты Экберг с котенком на руках из «Сладкой жизни» Феллини… И это не подражание, а просто студенческий оммаж великим.

Петербург в фильме — не просто декорация, а полноправный персонаж. Собственно, фильм и снят как знак восторга перед нашим городом. Митя участвует в движении по спасению памятников Петербурга. Неудивительно: он вырос в этой красоте и живет буквально в окружении статуй — в огромной мастерской скульптора. Бабушка работает в музее Академии художеств, среди гипсовых слепков с античных и ренессансных статуй. А в бабушкиной старой петербургской квартире, полной антиквариата и картин, обитает статуя полуобнаженной юной девы. Как можно догадаться, моделью послужила сама бабушка в молодости. В музее академии, куда Митя и Полина проникают ночью, они устраивают перформанс: взобравшись на пьедестал, изображают Амура и Психею, слившихся в поцелуе. Охранник, делающий обход, поначалу принимает их за статуи.

Тема оживших статуй и, наоборот, превращения в камень живых существ — вечная, со времен античности. Не чужда она и петербургской мифологии — от Пушкина до Ирины Одоевцевой и Виктора Сосноры. Фильму, где живые люди и статуи выступают рядом, а порой меняются местами, эта тема придала легкий оттенок мистики.

Создателям фильма повезло с художником-постановщиком — Петром Балабановым. Выросший в кинематографической семье, Петр решил пойти не по стопам отца — режиссера Алексея Балабанова, а вслед за матерью — талантливой художницей по костюмам Надеждой Васильевой. А учился он у известного ленфильмовца художника Владимира Светозарова.

«Петя Балабанов — художник-постановщик — предложил концепцию города в ремонте, города, который постоянно обновляется, и саму эстетику зеленой сетки. Несмотря на это, город получился очень красивым, хотя сложно снять Петербург некрасиво. Мы пытались задействовать нетуристические места, но сейчас, когда я приезжаю в Петербург, просто еду по городу и думаю: «Мы здесь снимали, и здесь». Довольно странно», — вспоминает режиссер.

В Сети можно найти фоторепортаж постепенного превращения художником «заброшки» на Васильевском в старинную оранжерею, которую и пытается спасти Митя. Полуразрушенная, она притягивает романтической, декадентской красотой — пальмы, экзотические растения посреди труб и металлических конструкций, колышащиеся, как клочки тумана, полотнища полиэтилена, лежащая среди руин огромная голова Маяковского…

«Красиво, конечно, — говорит Ковальски Мите, когда первый раз оказывается здесь. — Но умирать за это я не готов. А ты готов?» Митя кивает утвердительно. Да, он, как рыцарь, готов умереть ради спасения красоты. И это не просто слова.