Лисе семь лет. Почти каждый день по нескольку раз приходит к нам за водой. Клиника — единственное место в деревне, где есть питьевая вода, нормального прозрачного цвета, а не бурого. Лиса набирает полную десятилитровую пластиковую канистру. Туго закручивает на ней крышку и тащит через джунгли, сначала под гору, а потом в гору, сквозь щель в скале. Останавливается передохнуть через каждые десять метров. Тяжело дыша, останавливается возле меня. Болтаем. — Ты в школу ходишь? — Нет, мне некогда, надо воду домой носить. — Знаешь, что будет, когда тебе исполнится пятнадцать лет? — Знаю. Если будут деньги на муку, то мама испечёт мне торт. А потом по ночам ко мне станут приходить парни и уже они будут носить нам воду. — И всё? — И всё. — А ты хочешь этого? — Торт точно хочу, очень. — А всё остальное, тоже хочешь? — Не знаю. По-другому же не бывает. — Бывает. Хочешь расскажу? Молчит, моргает глазами, трёт их грязными ладошками. — В другой раз расскажешь, когда за новой водой приду. Подхватывает канистру. Тащит её, согнувшись почти вдвое. Оглядывается на меня и кричит: — Не забудь рассказать! Я приду.