Солдаты любят великих полководцев — так повелось с изначальных времен, и в этом нет ничего удивительного. И русские солдаты тут никакое не исключение. Тут не надо ничего выдумывать, достаточно вспомнить, как, согласно летописям, любили воины князя Святослава — не очень удачливого правителя, многие ошибки которого удалось исправить только волей его царственной матери, святой равноапостольной княгини Ольги, — но зато великого воина, талантливого полководца и просто героического человека. И как мстили убившим его печенегам, и как ненавидели долгое время ромеев-византийцев, вполне обоснованно подозревая их в преступном сговоре с дикими степняками.
Не изменилась картина и после: был любим и немного ходульный, но великий и несравненный Александр Суворов, которому прощали все, включая расправы над Варшавой и безжалостный разгром народной армии Пугачева, когда великий военачальник действовал как настоящий жандарм. Любили, причем искренне, даже безжалостного Георгия Жукова — и это совершенно нормально, тут, скорее, доказательство от обратного: какими бы ты не обладал воинскими и иными талантами, без солдатской любви по-настоящему великим полководцем стать просто невозможно. Такова природа войны.
Но так, как солдаты любили родившегося 15 сентября (6 сентября по старому стилю) то ли в 1745-м, то ли в 1747 году в семье генерал-поручика Иллариона Голенищева-Кутузова и его жены Анны Илларионовны будущего генерал-фельдмаршала Михаила Кутузова, ни до, не после него они не любили, кажется, вот вообще никого. Причем в народной памяти Михаил Илларионович сохранился отчего-то уже признанным le vieux renard du Nord («старым северным лисом»), одноглазым седым стариком, не очень решительным, острожным, берегущим солдатские жизни, которого категорически не любил сановный и светский Санкт-Петербург, но очень любили войска, — будто он всегда был таким. Но это, мягко говоря, было не совсем так. Точнее, совсем не так. Кардинально.
Михаил Илларионович был наследником знатнейшего рода Голенищевых-Кутузовых (вели свой род от знаменитого Гаврилы Алексича, боярина Александра Невского, героя Невской битвы (которого — любопытная подробность — в знаменитом фильме Эйзенштейна сыграл Абрикосов, хотя боярин Алексич не факт, что в Ледовом побоище даже участвовал) и настоящим, как бы сейчас сказали, столичным мажором: он даже в Артиллерийской и инженерной дворянской школе обучался у папеньки-генерала. Да и карьеру свою начинал в 16 лет флигель-адъютантом ревельского генерал-губернатора принца Гольштейн-Бекского, где вполне себе в свитском чине и светской должности преуспевал, уже через год получив чин капитана. В коем звании его и угораздило попасть в командиры роты Астраханского пехотного полка, где ему только и довелось, говоря образным современным армейским языком, «впервые нюхнуть портянку», — командовал этим полком в то время полковник А.В. Суворов. И у него было не забаловать.
Не был никогда будущий генерал-фельдмаршал и человеком, в военном смысле осторожным и нерешительным, а совсем даже наоборот: отличался отчаянной личной храбростью и как офицер, который лично водил свои подразделения в бой, и во время отражения десанта Гаджи-Али-бея был тяжело ранен пулей, пробившей левый висок и вышедшей у правого глаза, который «искосило» (зрение, кстати, сохранилось, и знаменитую «повязку» Кутузов фактически не носил), а потом, восстановившись после ранения, первым вскакивал на стены Измаила. И как полководец, когда с 15 тыс. солдат навязывал сражение и побеждал разгромом 60 тыс. турок в знаменитом Рущукском сражении.
Да и царедворцем, как и, кстати, вполне светским человеком le vieux renard du Nord был более чем изрядным: быть приближенным к таким разным правителям России, как Екатерина, Павел и Александр (да, с временными опалами, но куда же без них?), — дело, знаете ли, непростое. Но холеный петербургский аристократ, храбрец (первый полный Георгиевский кавалер в России, на секундочку) и искусный интриган, светлейший князь Михаил Илларионович Кутузов с этим вполне справлялся.
И вот этот вполне аристократический и холодно-петербуржский, то есть предельно оторванный от народной жизни типаж, — «уютный дедушка» и народный герой?! И тем не менее в памяти народной, которая, в отличие от скучной исторической науки, всегда права, это именно так. И вовсе не только благодаря победе над Наполеоном, в военном смысле ставшей венцом карьеры полководца Кутузова. Просто солдаты всегда каким-то шестым чувством улавливают и любят своих великих полководцев. И сами решают, какими их помнить. А быть воином, как известно, — это жить вечно. И это действительно так.
Автор – Дмитрий Лекух