Удивительно то, что перехитрили самого "Лиса пустыни" - Эрвина Роммеля. Может потому, что его победитель - Бернард Монтгомери оказался по своим личным качествам бОльшим немцем, чем Роммель? И почему Монтгомери дезорганизованную, раздробленную, деморализованную, оставшуюся без горючего танковую армию" Африку" не уничтожил? Да, были причины, но сейчас они кажутся не такими уж значительными (якобы не было приказа преследовать и уничтожать). Тем более, что Монтгомери ни с кем не хотел делить лавры победителя, а так пришлось их делить с американцами.
Сама битва стала закономерным итогом того, что Германия неохотно признала лишь спустя два года спустя, что поражение в войне не за горами, нужно лишь хорошенько к нему приготовиться и всё.
Монтгомери удивил Роммеля не тем что обрушился на него всей мощью своих армий, а тем, что проводил резкие и быстрые локальные наступления без какого-либо сосредоточения крупных воинских соединений, что нервировало Роммеля, не понимавшего, что будет дальше. Постоянная нехватка горючего, дерзкие вылазки британцев, ссоры с итальянцами (в плену итальянцы и немцы постоянно дрались между собой и требовали, чтобы их держали отдельно друг от друга) вызывали злость и усталость у Роммеля. Да и сами тяжелые условия пустыни не прибавляли ему оптимизма.
Лишиться африканского театра военных действий и потерять надежду отнять Суэцкий канал для Гитлера значило признать Союзников равной СССР силой, к ним он относился свысока, потому что был Дюнкерк, завоевание Польши, выведение Франции из лагеря противников с Германией. Тем более он прекрасно знал, что итальянцы вон из рук плохо воюют и не смогут удержать свою страну от вторжения Союзников. Можно было лишь надеяться на Роммеля, что он максимально дольше удержит их от похода на Сицилию. Но битва при Эль-Аламейне 1942 показала ошибочность такой надежды и наступательной стратегии и тактики немцев. Не факт, конечно, что и оборонительная стратегия помогла бы им, но по мнению Роммеля это дало дополнительные месяцы времени для укрепления обороны в Италии. Но Гитлер, как всегда, не послушался талантливого и здравомыслящего генерал-фельдмаршала.