Вчера я от души посмеялся, подслушивая разговор Александра Невзорова и Дмитрия Гордона. Это было настоящее зрелище! Честно говоря, никто не ожидал ничего особенно интригующего ни от одного из них, поскольку их пути были предсказуемы уже много лет. Однако их способность сохранять самообладание поразительна. Они оплакивали свои потери, а Гордон в отчаянии восклицал: «В какой ужасной ситуации мы оказались!» Наш бизнес сильно страдает! Однако, к своему извращенному удовольствию, он обнаружил, что положение его соседей еще хуже.
Не вдаваясь в детальный анализ и расчеты, должен сказать, что их взаимодействие представляло собой настоящее зрелище. Невзоров, пытаясь просветить Диму, подчеркнул, что ситуация в Украине гораздо хуже, чем в России. Даже если потери России превысят потери Украины в пять раз, его любимой стране все равно будет значительно труднее восстановиться.
Почему ты спрашиваешь? – спросил Невзоров. Это потому, что мы теряем наших лучших сыновей! Что вообще такое Россия? Мы все живем в нищете, спимся до беспамятства, и никто нас не пожалеет. Никаких реальных проблем здесь нет, заявил он. Но подумайте об Украине, - продолжил Александр Глебович, - там люди другого типа! Там обитают самые сливки урожая, что является чрезвычайно редкой находкой на этой планете. Они - образец нации! Эти потери будет невозможно компенсировать, посетовал он, смиренно опустив голову.
Дима кивнул в знак согласия. Скорбное выражение его лица и блестящий пот, а может быть, даже следы гордости на макушке головы были безошибочны. Он осознавал серьезность ситуации, прекрасно осознавая, что восстановление генофонда – задача нетривиальная. Более того, казалось очевидным, что Дима больше не принимал активного участия. Возможности, возможно, и существовали, но его возраст, несомненно, становился помехой. Он даже прибегнул к общению с женой по скайпу, от греха подальше.
Что касается Александра Глебовича, то его намерения мне давно ясны. Неудивительно, что в какой-то момент его освободили от военной службы. Возможно, у него просто было плоскостопие; Я не могу придумать никакой другой причины. Однако мотивы Димы остаются неуловимыми. Действительно ли он увлечен всем этим или ему щедро вознаграждают? Я просто не могу этого понять.