8 августа (26 июля) 1917 года в Петрограде полулегально открылся VI съезд РСДРП(б). Часть вождей партии — Троцкий, Каменев, Луначарский, Коллонтай... — находилась за решёткой в Крестах и Выборгской тюрьме, другие — Ленин с Зиновьевым — скрывались от ареста в знаменитом шалаше. Они были избраны в почётный президиум. А остальные...
Вот только некоторые делегаты съезда и их дальнейшая судьба.
Советский плакат
Моисей Володарский (1891—1918) — убит эсером в июне 1918 года. Анатолий Луначарский: «Он был беспощаден. В нём было что-то от Марата… Он был весь пронизан не только грозой Октября, но и пришедшими уже после его смерти грозами взрывов красного террора. Этого скрывать мы не будем... Он был до глубины души убеждён, что если мы промедлим со стальными ударами на голову контрреволюционной гидры, она не только пожрёт нас, но вместе с нами и проснувшиеся в Октябре мировые надежды». С самим Володарским так и случилось... Луначарский: «Володарский был первым, павшим от пули убийцы. Мы все поняли, что это дело эсеров, — так оно и оказалось: ведь это была самая решительная часть буржуазии».
Следующим был Моисей Урицкий (1873—1918), убитый 30 августа 1918 года. Урицкий, в отличие от Володарского, был «мягким» большевиком и сдерживал меры красного террора. Ему самому это, однако, не помогло. Застрелил его тоже эсер-террорист Леонид Каннегиссер, который в тюрьме, ожидая приговора, написал стихи:
Я был один и шёл спокойно,
И в смерть без трепета смотрел.
Над тем, кто действовал достойно,
Бессилен немощный расстрел…
Потом, спустя три недели, был Степан Шаумян (1878—1918), лидер кавказских большевиков, расстрелянный 20 сентября 1918 года в числе 26 бакинских комиссаров. То ли с согласия, то ли по прямому указанию и при участии английских интервентов.
Картина Исаака Бродского «Расстрел 26 бакинских комиссаров». (Изображён расстрел 20 сентября 1918 года). 1925 год
Но, как ни тяжело пришлось Шаумяну, возможно, Борису Шумяцкому (1886—1938) в 1938 году пришлось ещё тяжелее. Перед арестом на него, как главу всего советского кино, публиковали такие карикатуры:
Адольф Иоффе (1883—1927), выдающийся советский дипломат, в ноябре 1927 года покончил с собой из-за двух сложившихся обстоятельств: собственной тяжелой болезни, и поражений советской левой оппозиции, сторонником которой он был. Перед смертью адресовал Л.Д. Троцкому большое 10-страничное письмо, где, в частности, критиковал его: «Я всегда считал, что Вам недостаёт ленинской непреклонности, неуступчивости, его готовности остаться хоть одному на признаваемом им правильным пути... Вы правы, но залог победы Вашей правоты — именно в максимальной неуступчивости, в строжайшей прямолинейности, в полном отсутствии всяких компромиссов, точно так же, как всегда в этом именно был секрет побед Ильича».
Адольф Иоффе — в центре в первом ряду, среди советской делегации на переговорах с Германией. 15 января 1918 года. За его спиной правее во втором ряду — адресат его письма в 1927-м и член почётного президиума VI съезда Лев Троцкий
Конечно, в списке делегатов съезда можно найти людей и с относительно благополучной судьбой. Например, Розалию Землячку (1876—1947), про которую поэт Демьян Бедный сложил такие шутливые стихи:
От канцелярщины и спячки
Чтоб оградить себя вполне,
Портрет товарища Землячки
Повесь, приятель, на стене!
Бродя потом по кабинету,
Молись, что ты пока узнал
Землячку только на портрете,
В сто раз грозней оригинал!
Розалия Землячка
Такие дела. И вот все эти люди в сумме, все вместе, и составляли то довольно взрывчатое с исторической точки зрения вещество, про которое скрывавшийся в те дни в шалаше в Разливе член почётного президиума съезда Владимир Ильич Ульянов-Ленин сказал: «Ум, честь и совесть нашей эпохи».