Она оставила Егора с бабушкой, а сама поехала в больницу. Там, действительно, врач сказал, что мужчине плохо, и какие бы лекарства они ему не давали, ему ничего не помогает…
Прошло всего девять дней, и отца не стало...
— Как же так…! — рыдала на могиле Людмила. Она не представляла себе жизнь без Петра. Он был её поддержкой, опорой, крепким плечом.
— Мамочка, надо жить дальше, — успокаивала её Валя, хотя и сама не могла держаться, но ради того, чтобы мать не видела её слёз, она действительно держалась.
— Ага, — кивала головой женщина, а самой казалось, что она находится совсем не здесь.
— Мам, а поехали вместе со мной в деревню?! — говорила ей Валя.
— Я точно тебе там не буду мешать? — женщина понимала, что в городе она тоже оставаться не хочет, потому что одной ей здесь нечего делать.
— Да, что ты такое говоришь, какой, мешать, наоборот, ты будешь мне только в помощь, — говорила она ей.
Вместе они собрали все вещи, поехали в деревню, и сейчас жили здесь, в бабушкином доме. Людмила во всём помогала, и по хозяйству, и с воспитанием ребёнка. Но, как только они вспоминали про Петра, то сразу же, становилось очень грустно.
Как-то вечером, когда Валя возвращалась с очередного собрания, она увидела, что возле их ворот кто-то сидит на лавочке. Удивилась, подошла, и замерла на месте. Там сидел Роман.
— Ты что здесь делаешь? — не поняла она, внутри бушевала такая радость, сердце колотилось, она не понимала, что сейчас с ней происходит.
— Я приехал к тебе! — сказал он ей.
— А как же жена, дети? — она присела с ним рядом.
— Я ей всё рассказал, она поняла… А я понял, что не могу жить без тебя…, — он прижал её к себе.
— Хорошо, пойдём, — они вошли в дом.
Мать тоже была в шоке от приезда таких гостей. Валя никогда ей ничего толком не рассказывала, и сейчас тоже ничего такого не сказала. Рома стал жить вместе с двумя женщинами. Он, скорее всего предполагал, что ребёнок, может быть его, но никогда об этом не спрашивал.
— Послушай, Валюша, а давай увеличим твой дом! — сказал ей как-то Роман.
— А ты сможешь? – смотрела она на него.
— Ещё бы, у твоего мужчины руки растут откуда надо! — говорил он ей.
— Ну, если ты сам этого желаешь, и есть силы, пожалуйста, стройматериалы достанем, я тебе в помощь. Можешь, кого-нибудь из соседей позвать, — говорила Валя.
— Я никуда не тороплюсь, поэтому, думаю, что успею все сделать один! — обещал он ей.
— Рома, как же я рада, что ты приехал! — часто смотрела на него Валя, сидя на кухне. Мать в это время была в комнате с Егором. С какой-то стороны она тоже была рада, что к ее дочери приехал, наконец-то, мужчина. Но, с другой, все понимали, что у него семья, и если даже он говорит, что жена его поняла, то не факт, что он с ней развёлся и снова не уедет.
Но, как и в прошлый раз, никто об этом не думал, и не говорил вслух.
— Послушай, — как-то ночью шепнула Валя на ухо Роме.
— Что? — повернулся он к ней.
— Ты не поверишь, но мне кажется, что я снова жду ребенка, — она смотрела на него испуганными глазами.
— И что ты собираешься делать? — он замолчал и ждал её ответа.
— Думаю, что рожать, — она не знала, как Рома отнесётся к её поступку, но верила, что все будет хорошо. А в другом случае… Ну, Егора же она подняла одна, ни у кого ничего не просила, все было хорошо. И сейчас, когда мальчишке два года, почему бы не родить ещё?
— Дорогая, как же я тебя люблю! — он снова целовал её в лицо.
— Ты понимаешь, я прожила с мужем столько лет, и у меня даже намеков не было на то, что я беременна, — говорила ему Валя.
— Что ты хочешь сказать…? — он не закончил говорить.
— Нет, я ничего не хочу сказать, просто я тебя тоже люблю, — она положила голову ему на плечо, прижалась всем телом, и закрыла глаза…
— Дочка, как дела? — спрашивала у неё утром мама.
— Если я тебе скажу, то ты опять будешь в шоке, — не поднимала на неё Валя глаз.
— Только не говори, что ты снова беременна?! — мать опустилась на табурет, и схватилась за сердце.
— Мам, ну что поделаешь, если Бог решил дать мне только в этом возрасте детей, — Валя положила руки на свой живот.
— Дочка, да ты что, подумай, один ребёнок, ладно, достаточно, но, куда двоих? — не понимала она.
— Мама, я всё решила, мы поговорили с Ромой, и решили, что я буду рожать, — говорила она ей.
— Ой, всё, увольте меня, я вообще не советчик, ничего не знаю, ничего не буду обещать и говорить, и так далее…, — встала женщина. Она подошла к раковине, умылась, и пошла в комнату к внуку.
Валя была сильной, она ни на кого не надеялась, знала, что со всем справится сама. И сейчас, когда она снова была беременной, всё было просто замечательно. Они с Ромой везде ходили вдвоём, всё делали вместе. Он, как и обещал, начал что-то делать в доме. У него, действительно, получалось многое, но Валя думала ещё и о том, что скоро у неё закончится один декрет, и сразу начнется второй. На работе нужно было предупредить об этом. Она смотрела на Романа, не зная, что делать.
— А если просто позвонить? — спрашивал у нее Роман.
— Ты думаешь, звонка будет достаточно? — не верила она в это.
— Ну, попытка не пытка…, — пожал тот плечами.
И Валентина пошла в сельсовет. Из кабинета председателя она позвонила своей начальнице, рассказала, как и что.
— Да ты что, там у тебя разница между этим всего несколько месяцев, я думаю, не стоит выходить, напиши заявление на отпуск, и отдыхай дальше, — сказала ей женщина.
— Хорошо, спасибо, буду отдыхать дальше…, — упор сделала на слово отдых.
Но всё равно, в деревне Валя рожать не собиралась. Она поехала в город, мать была рядом с ней. И снова, та же больница, тот же роддом. Сейчас врачи были в шоке ещё и от того, что Валентина наблюдалась в каком-то деревенском медпункте. Гинеколог вообще не хотел её принимать, потому что боялся, что если что-то пойдёт не так, потом он будет во всём виноват. Вале пришлось подписать какие-то бумаги.
И вот, она лежит счастливая, потому что у неё на груди находится её маленькая дочка Лизонька. Она лежала и кряхтела так мило, что мама только улыбалась, хоть было и очень больно.
— Ну что, домой? — говорила она дочке, запеленывая ее…
Интересно ваше мнение, а лучшее поощрение лайк и подписка.