Читать сначала:
Читать предыдущую главу:
Найти нужную главу:
Глава 2. Битва, бритва и молитва
– Так, отлично! – объявил старый капитан Лоу той части матросов, что сейчас были на верхней палубе. – Через час будем в орсском порту Пуньтак. Наймём недостающих матросов, а затем поплывём к Огненным островам за коньконстрами!
(Коньконстры – это гигантские морские коньки. Обожают съесть на завтрак акулу-другую. В период размножения коньконстров можно встретить к востоку от Огненного архипелага. В остальное время они разбредаются по всему океану Нолл, поэтому на них трудно охотиться. Ценятся за свой экзоскелет, гибкий и прочный, способный выдержать огромное давление и температуру. Люди изготавливают из него высококачественное оружие и инструменты.)
– Но почему нам надо набирать матросов именно на Орсе, капитан? – заметил первый помощник Галли. Это был крепкий светловолосый детина, с твёрдостью принципов которого могла сравниться лишь твёрдость его лба. – Люди Орса они... ну... не то чтобы я был ксенофобом, но...
– Они продажные и хитрые, да-да-да, – протянул капитан Лоу. – Их вера имеет настолько жёсткие запреты, что сдохнуть можно. Орцы так сильно ненавидят другие народы, что те в ответ возненавидели их самих. Правда, большинство из орцев добрые, радушные и гостеприимные люди, но это обычно не упоминают. Сейчас для нас особенности местных не имеют значения. Мы будем набирать команду здесь, потому что Орс – центр торговли. А это значит, что сюда стекаются монстробои и бродяги со всех концов океана Нолл. С Огненных островов и с севера, из Страны Мудрецов. Даже дикие шаманы с острова Бубен! Именно на Орсе я набрал лучших людей в свои команды когда-то.
«Правда, почти никто из них дожил до сего дня», – мысленно вздохнул капитан Лоу.
– Если так, – решил первый помощник Галли. – Почему тогда мы плывём в порт Пуньтак? Порт Кляе был ближе, а мы сделали крюк…
– Кляе, в первую очередь, торговый порт, – объяснил капитан Лоу. – А Пуньтак – порт рыболовных и монстробойных судов. Ясно теперь? Или есть ещё умные замечания?
– Капитан Авель сказал, что вам лучше бы сменить имя, а то оно может кого-нибудь оскорбить, – заметил Галли. – Ведь вас зовут в честь всяких демонов и душегубов…
– Закрой рот, – прошипел Лоу.
– Что? – из-за шума ветра не расслышал Галли.
Капитан прокашлялся и спросил всё ещё довольно сердито:
– А ты бы хотел сменить имя, первый помощник Галли?
– Ну-у, – протянул Галли. – Пожалуй, нет, сэр. Во-первых, мне моё имя нравится. А во-вторых, менять имя – очень дурной поступок. Какое имя тебе дали, такое и носи. Кто меняет имя – тот забыл гарпун своего отца. Так моя бабушка говорила.
– Раз так, то быстро иди, проверь, как работают матросы, – махнул рукой капитан Лоу.
– Есть, сэр! – отозвался первый помощник и отправился исполнять приказание.
«Я бы, конечно, запретил тебе задавать мне глупые вопросы, – раздражённо подумал Лоу. – Но я слишком хорошо знаю, чем это может закончиться. Был как-то один случай. Мои матросы видели странное свечение на воде и молчали себе. Думали, что это им только мерещится. А я ничего не знал… и половина команды была съедена медузонстром. На каком же судне это было? На «Лоботрясе», что ли? Хм… А, кстати!» – спохватился Лоу.
– Эй, Галли! – крикнул капитан.
Галли вернулся обратно.
– Сэр? – спросил он.
– Скажи мне кое-что... – неуверенно протянул Лоу. – Как называется этот корабль?
– Шутите, капитан?! – изумился Галли.
– Никак нет! Просто я столько судов разменял, что уже и не уверен, на каком именно я сейчас, – неловко объяснил Лоу. – Вроде «Паук», да?
– «Паук-прыгун», – недовольно отозвался Галли.
– Ах да, большое спасибо, Галли, – сказал Лоу.
«Старик, похоже, совсем из ума выжил», – подумал первый помощник.
***
В ответ на семафорные сигналы «Паука-прыгуна» из порта вскоре вышел лоцманский бот, чтобы лоцман безопасно завёл корабль в порт при городе Пуньтак.
(Лоцман – человек, который знает фарватер, безопасный морской путь на сложных участках.)
Лоцманом был богатый орец по имени Ша́рос.
(Имя Шарос означает «шар». Почти все имена орцев – это понятия из геометрии, стереометрии и алгебры. Потому что орцы – лучшие в мире математики. Любой двоечник в Орсе в два счёта заткнёт за пояс профессора математики с острова Стрела. Но есть и обратная сторона. Среди орцев очень мало людей с гуманитарным складом ума. Они встречаются так же редко, как и левши. Поэтому большинство орцев ненавидят гуманитарные науки и плохо их знают.)
Он был среднего возраста, смуглый, с густыми чёрными усами и тонкими бровями. Носил традиционный чёрный балахон, широкий белый пояс и нарядный белый капюшон. Шарос по трапу взошёл на «Паука-прыгуна», и все три капитана: Лоу, Адам и Авель – поприветствовали его.
(Так получилось, что на корабле «Паук-прыгун» собралось сразу три капитана. На самом деле, формально капитаном был только Лоу. Адам и Авель были судовладельцами «Паука-прыгуна», то есть стояли на ступеньку выше в монстробойной иерархии. Кроме данного корабля в их владении было ещё несколько судов поменьше, и с каждого оба предпринимателя получали большие, хотя и крайне непостоянные прибыли. Дело это было рискованное, была большая вероятность, что монстры уничтожат все суда за один год. Но Адаму и Авелю повезло скопить довольно внушительные капиталы и не остаться в дураках. По крайней мере, пока. Поскольку Адам и Авель прежде тоже были наёмными капитанами, их все так и называли.)
– Шарос, ты что ль? – обрадовался капитан Адам и заключил старого знакомого в такие крепкие объятия, что у того рёбра затрещали.
Капитан Адам был пожилым, высоким и тучным. У него было круглое лицо с чётко прорезанными морщинами и шрамами от старых битв с монстрами. Его чёрные глаза были немного узкие, так как его дальний предок был с острова Бубен. Но семья Адама уже многие поколения проживала на острове Булыжник, где глаза почти у всех людей были широкие.
Адам был таким же неотёсанным, как большинство жителей Булыжника.
Капитан Авель же, напротив, выделялся среди булыжниковцев своим изящным, но холодным старомодным этикетом.
Адам носил тёмно-синий лоцманский бушлат и старую синюю зюйдвестку. Его одежда всегда была немного смята, и с деньгами он расставался легко. У скупого Авеля такое поведение вызывало неподдельное раздражение.
У Адама были крупные нос и рот. Его волнистые тёмные волосы были собраны в хвост на затылке. Он был пламенным и громким человеком с тяжелым и непредсказуемым нравом, склонным к неоправданной ругани и оскорблениям, а также к лени и различным удовольствиям.
Авель же презирал все удовольствия, кроме тех, что касались чтения Свитка Бога-Лягушки нараспев.
(Свиток Бога-Лягушки – это священная книга фрогеров.)
Адам был человеком отнюдь не глупым. Правда, свои два высших гуманитарных образования он изо всех сил скрывал, стараясь разговаривать как можно грубее и с максимальным количеством ошибок. Для чего он это делал, Бог-Лягушка знает. Возможно, чтобы другие монстробои лучше его понимали. А может быть, чтобы от него не требовали слишком многого.
При всех своих недостатках старый капитан Адам обладал странным очарованием. Оно работало не сразу. Поначалу Адам вызывал у вас страх и изумление. Но как только вы немного привыкали к его несдержанной весомой натуре, вы открывали в нём персону невероятно чуткую и сердечную.
Сильно верующий в Бога-Лягушку капитан Авель пропагандировал любовь к ближнему своему, оставаясь при этом рафинированно воспитанным и хладным ко всем. Даже к своим самых близким друзьям: Лоу и Адаму. При этом Авель верил в здоровую конкуренцию и был ничуть не против законным образом обобрать вас до нитки, если ему предоставлялась такая возможность. В деле монстробойного промысла он экономил на всём, на чём только можно: на материалах, людях и безопасности.
Капитан Адам отрицал все религии, особенно – веру в Бога-Лягушку, которую считал надуманной и вредной. Кроме того, Адам считал, что человек всегда стоит превыше любой идеи, системы мировоззрения, выгоды или успеха.
Авель часто пытался доказать Адаму, что мировоззрение, закон и справедливость выше человека, и что каждый человек обязан положить жизнь на алтарь какой-нибудь высокой цели. Обычно этот спор заканчивался дракой.
Капитан Адам внимательно относился к тем, кто находился под его ответственностью, даже если орал на них по сто раз за день.
Вот какие были эти два капитана: Адам и Авель.
***
Капитан Адам выпустил Шароса из объятий, и сказал вот что:
– Как у тебя дела? Как жена? Как детки? Сколько быков ты продал? Почём нынче устрицонстры на рынке? За кого отдал в жёны старшую дочь? Почему мешки под глазами? Не выспался? На кой чёрт ты тогда покупал ту дорогущую шёлковую подушку? Ты что, не носишь свою шпагу?! – вдруг разозлился капитан Адам и пригрозил другу кулаком. – Мы же с тобой поклялись друг другу, что всегда будем носить эти шпаги, после того случая с кальмонстром! Или ты уже предал нашу дружбу?!
(Устрицонстры – это монстры-устрицы. Кальмонстр – это монстр, гигантский кальмар.)
Капитан Авель и капитан Лоу вдвоём едва удерживали богатыря Адама от того, чтобы тот разукрасил лицо лоцману Шаросу.
– А куда ты сам дел свою шпагу, приятель? – медленно произнёс Шарос. В его голосе не было и намёка на страх или волнение, только добродушная вежливость и ленивая отстранённость.
– Я потерял её по пути сюда, когда мы наткнулись на взвод бычконстров, – вздохнул Адам и опустил кулаки. – Прости! Прости меня! – и он стал вопить как туманная сирена: – Я был так неосторожен! Я предал нашу дружбу! Я жалкий трус! Я пытался выдрать шпагу из зубов бычконстра, но он был сильнее!
– Это отнюдь не трусость, скорее безрассудство, приятель, – равнодушно заметил Шарос, раскуривая свою длинную узкую трубку. – А мне вот запретили носить шпагу, – между делом заметил он. – Да, запретили. Хоть она и декоративная. У нас в Орсе запрещено иметь при себе любое оружие, если ты не воин Патриарха, приятель.
– Ах вот оно что! – изумился Адам. – А я тебя так обидел! Молю о прощении! – и он снова бросился в объятья к Шаросу. Лоцман бросил вопросительный взгляд на Лоу и Авеля, но те лишь пожали плечами.
– Всё в порядке, приятель, – наконец простил его Шарос. – Я не в обиде. К тому же, носить ту шпагу было крайне неудобно. Может, я заведу вашу крошку в порт, приятель?
– Отличная идея, приятель! – поддержал Лоу. – Чёрт, я заразился вашей орсской манерой речи!
– Это нормально, приятель! – заметил Шарос и принял командование матросами.
– Честно говоря, я надеюсь, что мы уволим половину экипажа в этом порту, – пробурчал Лоу, обращаясь к капитану Авелю.
– Почему это? – удивился старик Авель.
Капитан Авель был среднего роста, но казался выше из-за сильной худобы. Его короткие серые от седины волосы всегда были аккуратно подстрижены, а впалые щёки гладко выбриты.
Серые глаза Авеля казались огромными озёрами на небольшом сморщенном лице, обладающим острым носом и небольшим подбородком.
Его тёмно-синий сюртук и брюки всегда были чистыми и выглаженными. В купе с широкополой синей шляпой и тросточкой из зуба нарвалонстра, Авель в свои преклонные года выглядел элегантнее любого молодого щёголя. Экономя практически на всём, он, тем не менее, вкладывал большие деньги в свой внешний вид. Выглядеть шикарно для Авеля было не менее важно, чем читать Свиток Бога-Лягушки.
– Ты же сам недавно правильно сказал, что нам не хватает людей! – высказался капитан Авель.
– Да, но те, что есть, какие-то идиоты, – заметил капитан Лоу. – Они не слушаются и не уважают меня! Ладно бы меня, вас с Адамом они тоже ни во что не ставят! Хотя вы держатели почти всех акций этого судна и платите им жалование!
– И когда именно они изволили тебя не слушаться и не уважать, друг мой? – уточнил Авель.
– Ну, то есть, они вроде как слушаются, – замялся Лоу. – Но как-то не так, как надо. Думают они много. Над каждым чёртовым приказом! А матросам на корабле не надо думать! Им надо выполнять приказы! И, как я уже говорил, они идиоты из идиотов! Я приказал им закупорить течь, ну, помнишь, вчерашнюю? От рыбы-мечонстра?
– Помню, – кивнул Авель. – И что, они закупорили?
– Да, но я чётко приказал им использовать для этого волшебную смолу, – плюясь злостью, продолжал Лоу. – А они использовали обычную! Дескать, волшебная слишком дорого стоит! А течь, дескать, несерьёзная! И что ты думаешь? Сегодня течь возобновилась!
– Но течь ведь истинно была несерьёзная. Мечонстр был очень мал, – вспомнил Авель. – А насчёт цены – чистая правда! Волшебная смола подорожала на целых два процента за последний месяц! Представляешь? Два процента!
– Так-то оно так, но дело не в этом! – воскликнул Лоу. – Они не исполняют моих приказов! Или исполняют, но кое-как! И ещё смеются надо мной, даже не стесняясь моего присутствия!
– Но ты, друг мой, часто ведёшь себя довольно странно и даже забавно, – заметил Авель. – Прости уж, но это так. Ты всё время волнуешься из-за самых мелких деталей. Это просто паранойя какая-то, – он чуть усмехнулся, но тут же вернул себе воспитанное выражение лица.
– Это не паранойя, Авель! – сердито сказал Лоу. – Ты и сам знаешь. Меня по правде преследуют неудачи.
– Может, оно и так, – не стал спорить Авель. – И всё же, ведёшь ты себя очень странно. Однако, это не причина для них, чтобы не подчиняться тебе.
– Позволь припугнуть их! – воскликнул Лоу. – Чтобы по струнке ходили!
– В иной ситуации я бы с радостью согласился, – – вздохнул Авель и положил руку на плечо Лоу. – Но не в этот рейс. Дело в том, что это всё наши родственники, друзья и знакомые. Вот Галли, например, зять Адама.
– Зачем вы набрали на корабль друзей и родственников?! – возопил Лоу. – Это же прямой путь к потоплению! Друзей нельзя брать на работу! Они не будут тебя слушаться, они будут с тобой ДРУЖИТЬ!
– Тогда нам с Адамом нельзя было брать на работу тебя, – огрызнулся Авель.
– Я другое дело, – возразил Лоу. – Я ответственный и исполнительный. А они – нет!
– Ну не могу я их уволить! – воздел руки к небу Авель. – Их матери и жёны мне этого не простят!
– Вот ещё одна причина, почему нельзя было их нанимать, – продолжал ворчать Лоу. – Будь это обычные чужие матросы, ты уволил бы их за неподчинение в два счёта!
– Не нравится, можешь сам плыть отсюда, –буркнул Авель. – Тебя здесь никто не держит, Кайн!
Лоу осёкся и моментально остыл.
– Я... прости, я наговорил лишнего... – пробормотал он и испуганно поглядел в большие серые глаза Авеля.
– С икринку сардинки, – холодно бросил Авель, развернулся на каблуках и пошёл следить за работой матросов.
(Икринка сардинки в речи жителей Булыжника обозначает что-то очень маленькое.)
***
Наконец, «Паук-прыгун» причалил к берегу. Три капитана расплатились с лоцманом и теперь стояли на шканцах, обсуждали дальнейшие действия.
(Шканцы – это место в средней части верхней палубы корабля.)
Капитан Лоу хотел было распорядиться ремонтными работами, чтобы корабль как следует починили после встречи с бычконстрами, но Авель твёрдо решил сам заниматься этим вопросом.
– Ты опять угрохаешь все наши деньги на дорогой ремонт, мистер транжира! – провизжал он. – Так что руки прочь от корабля! Иди лучше, нанимай команду, но зарплату я им сам потом назначу.
– Эх, – вздохнул Лоу. – Казалось бы, капитан – это высшее звание в море. А на самом деле быть капитаном – значит быть подчинённым у судовладельцев, то есть, у вас. Может быть, когда-нибудь, потом-потом, я накоплю деньжат на свой собственный корабль...
– ТЫ? – расхохотался Авель. – Не, кто-кто, а не ты! У тебя деньги долго не задерживаются!
– Неправда, – насупился Лоу. – Я уже собрал неплохую сумму. Правда, на корабль её пока не хватит. Разве что на маленькую яхту.
– Ничего, за экзоскелет и кровь коньконстров нам много дадут, будьте уверены! – пробасил толстый капитан Адам и закурил трубку. – И ты купишь себе кораблик. Назовёшь его: «Гордость Лоу».
– Не-е, – усмехнулся капитан Лоу. – Я бы назвал его «Альфредо».
Два судовладельца удивлённо переглянулись.
– Это в честь макарон с сыром пармезан? – медленно уточнил Адам.
– Нет, конечно! – разозлился Лоу. – Буду я называть корабль в честь макарон! Это имя рыбака, который воспитал меня! Он научил меня многому из того, что я знаю. Ладно, неважно! Пойду отпущу матросов на берег. Им же тоже надо отдыхать от моря.
– Только пусть никакого спиртного и женщин! – воскликнул Авель. – Наши матросы должны соблюдать заповеди крокеров!
– Даже если некоторые из них не крокеры? – многозначительно спросил Адам.
– Особенно они! – воскликнул Авель.
– И нам надо купить свежих фруктов и овощей. А также засушенных фруктов и овощей. И мыла, – вставил Лоу.
– Но это же очень дорого! – возмутился Авель.
– Зато полезно для нас и для матросов, – возразил Лоу. – И потом, Орс славится своими фруктами и мылом!
Авель хотел ещё что-то возразить, но Адам похлопал его по плечу и сказал:
– Пусть делает, что хочет, Авель. Может, он и прав, и вся эта теория про мытьё и витанины действительно верна?
– Витамины! – воскликнул Лоу.
– По крайней мере, благодаря его усилиям, на нашем «Пауке-прыгуне» за всё плавание не было ещё ни одного случая цинги или вшей! – гордо сообщил Адам.
– Это потому, что мы плывём всего три недели! – закричал Авель.
(На самом деле, в Океане Нолл случаи цинги крайне редки, потому что океан этот сравнительно невелик и острова там расположены довольно плотно. По этим причинам длительные морские путешествия без остановок на суше там едва ли возможны.)
***
Лоу и Адам пошли прогуляться по порту. Повсюду сновали моряки всех возрастов, сортов и народов. Носильщики грузили свои тюки и бочки с одних судов и заносили на другие.
Воздух был раскалён от яркого орсского солнца. Повсюду стоял сильный запах рыбы и соли, но всё же запах пряностей, свойственный острову Орс, явно пробивался через этот стойкий парфюм.
– Говорят, сами орцы не чувствуют запаха пряностей в своём воздухе, – задумчиво пробормотал толстый Адам, когда они стали наблюдать за тем, как с корабля пытались сгрузить особо упрямого верблюда. – Я всё хотел спросить у Шароса, правда ли это. Но всё время забываю, представляешь? Интересно, чем для них пахнет наш родной Булыжник? Может, водорослями? Или камнями? Ха-ха!
– Ага-ага... – протянул Лоу, глядя уже не на верблюда, а на дерущуюся толпу неподалёку. – Что ты сказал? Вот копыто Масы! Ты посмотри, какая драка! Что же там случилось?
– Никак, очередная гражданская война? – предположил Адам. – Кажется, они тут на Орсе каждые полгода устраивают гражданскую войну. Традиция такая.
– Не знаю, не знаю, – пробормотал Лоу и пошёл к дерущимся, куда стягивались уже и полицейские. Служители закона здесь были не орцы, а люди из страны Мудрецов.
(Остров Орс, а также Булыжник, родной остров капитана Лоу, и почти все остальные острова уже триста лет как были захвачены Империей Мудрецов.)
Полицейские были смуглые, ещё темнее, чем сами орцы. Они были одеты в синюю форму и фуражки с золотыми черепахами – гербами Страны Мудрецов.
(Черепаха, по мнению древних философов-мудрецов, символизирует мудрость, высшую добродетель.)
– Что здесь творится?! – заорал офицер на только что вылетевшего из кучи мала орца. – Может, там в центре вор какой-нибудь?
– Хуже, приятель! – проблеял худенький орец с синяком под глазом. – Там иностранец и безбожник!
– Я тебе не приятель! – возмутился полицейский. – Я товарищ полицейский!
– Да-да, товарищ полицейский приятель! – испуганно повторил бедняга.
– А что именно безбожного сделал тот иностранец? – спросил товарищ полицейский приятель.
– Он сказал, что богов не один, а много! – с ужасом воскликнул орец. – Это самое натуральное богохульство!
(Вопрос веры стоит в океане Нолл довольно остро. В первую очередь, вражда идёт между выходцами с островов Булыжник и Орс. На острове Булыжник распространено фрогерство, то есть вера в Бога-Лягушку. А на Орсе верят в божество по имени Орс. Теперь уже мало кто помнит, что слово «орс», вообще-то, означает «лягушка», и религия, собственно, та же самая.)
– Понятно, – кивнул темнокожий полицейский. – А ну, разойдитесь все! Именем закона!
– А как зовут закон? – поинтересовался бедняга с синяком.
– Кхем, – кашлянул полицейский. – Не знаю. Тогда разойдитесь именем Короля Мудрецов!
Люди продолжили кусать друг друга за уши и бить в морды.
– Кто сейчас же не остановится, пойдёт у меня в исправительную колонию! – заорал офицер. – И там вас будут учить чистописанию! Насильно!
Драчуны в ужасе завопили, потом расступились и выстроились в две неровные шатающиеся шеренги. Между шеренгами была неглубокая пыльная яма, в центре которой валялся лицом вниз один человек. Он не двигался. Его длинное мускулистое тело было закутано в чёрный халат, весь облепленный оранжевой пылью. Голова его, длинная и совершенно лысая, была сплошь покрыта царапинами и шишками.
– Почему эти люди шатаются? – спросил офицер полиции у пойманного им орца и указал на две шеренги.
– Так сегодня же праздник! День Милосердия, приятель! Как ты можешь этого не знать?! – с праведным возмущением воскликнул орец. – В этот день все должны пить священную брагу в честь Милосердия Бога Орса!
– А ты почему не пьян? – уточнил офицер.
– У меня желудочная непереносимость алкоголя, приятель, – грустно признался орец. – За это несоблюдение законов божьих Милосердный Орс меня покарает. После моей смерти Король Демонов Маса будет вечно грызть мою истерзанную душу! Это так же ясно, как и то, что катет, лежащий против угла в тридцать градусов, равен половине гипотенузы…
– Что ж, – решил полицейский и кивнул своим подчинённым. – Ты будешь свидетелем по этому делу. Не волнуйся, скорее всего, тебя наказывать не за что. У тебя сил не хватило бы, чтобы кому-то тут навалять. Возьмите его, господин Чистота, – обратился он к одному из констеблей.
(У людей из народа Мудрецов мужские имена почти всегда означают разные добродетели. Женские имена у них – это названия цветов, бабочек и прочих красивых штучек.)
После этого офицер подошёл к одному из криво стоящих драчунов.
– Ну, и что такого сделал этот бедолага, что вы отправили его на тот свет?
– Да никуда мы его не отправили, приятель! – обиженно откликнулся тот. – Походу он бессмертный! Мы его и так, и сяк, а ему хоть бы хны! Э-э, то есть, мы его не трогали, господин. Мы пришли, а он уже был такой! Честное слово! Мы ни в чём не виноваты! Нас не надо арестовывать! А вот его – надо! Он такие вещи про Бога Орса говорил, о-о!
– Какие? – спросил офицер.
– Он сказал, что кроме Орса есть ещё один бог, как его там... – задумался молодой громила. – Вроде, как напиток какой-то... А! Вспомнил! Морс!
– Марс… – прохрипел человек из ямы.
– Да, правильно! – подтвердил амбал. – А все знают, что это ужасное преступление – верить в других богов! Понял, приятель?
– С тех пор, как остров Орс всходит в состав Империи Мудрецов, – холодно отозвался полицейский. – Преступлением здесь является оскорбление других религий, а также преследование по религиозному признаку. А вовсе не вера в богов, отличных от Орса. Чувствуешь разницу?
– Так он же как раз оскорблял нашу религию, приятель! – воскликнул ещё один орец. – Он сказал, что есть иные религии, кроме нашей!
– С вами всё понятно, – вздохнул полицейский. – Ребята, заберайте их в отделение.
Когда констебли увели зачинщиков, офицер изволил наконец подойти к пострадавшему.
– Жив ещё? – спросил он, сев на корточки рядом с неподвижным телом в яме.
Человек застонал и с трудом поднялся на четвереньки. Оказалось, что лицо его перечёркнуто несколькими жуткими шрамами, но очень старыми. Поверх этих отпечатков былых сражений сияли новенькие кровоподтёки. Если бы не все эти украшения, то лицо это можно было бы назвать симпатичным. Нос правильной формы, квадратный подбородок, ровные мужественные брови, горящие чёрные глаза. Все вместе эти черты выглядели грубоватыми, но полными воли и решимости. В этом лице было даже своеобразное благородство. Благородство не человеческое – звериное, но всё-таки благородство.
«Вот так лицо! – мысленно содрогнулся полицейский. – Такое ощущение, что я смотрю в лицо самой войне… Войне? Я хотел подумать «смерти», но почему-то подумал именно о войне. Странно всё это».
Оказалось, что побитый лежал не просто на животе. Под собой он прятал какое-то белое оружие, похожее на револьвер, только с очень толстым стволом и непонятными кнопочками.
– Что это у тебя? – насторожился полицейский. – Оружие? Это запрещено! И зачем ты лёг на него?
– Я должен защищать Святую Пушку, – объяснил странный мужчина. У него был низкий приятный голос.
– Ага, всё-таки пушку! – воскликнул офицер. – Носить оружие на Орсе строжайше запрещено! Кстати, что это за Святая Пушка такая? Пушки ведь очень большие, а эта штука относительно маленькая.
– Она стреляет святыми лучами, которые убивают врагов, – пояснил избитый. – На самом деле я легко мог справиться с теми ребятами, просто я должен был во что бы то ни стало защищать своё оружие. А использовать его против столь недостойных противников было бы грехом. Вот я и лёг на него. Нельзя, чтобы оно попало в руки таким неразвитым существам, как вы.
– «Неразвитым существам»? – полицейский даже задрожал от возмущения.
(С точки зрения представителей народа Мудрецов, обвинение в глупости и неразвитости – это самое жестокое оскорбление.)
«Наверное, этот чужеземец не знает, что эти слова значат для меня, как для Мудреца, – подумал полицейский. – Да, да! Вряд ли он нарочно хотел меня рассердить. А даже если так, я не должен поддаваться эмоциям».
Решив так, офицер спросил как можно более спокойно:
– Кхм, значит, ты считаешь нас менее развитыми существами. Откуда же ты родом?
– Родом? – не понял чужестранец.
– Ну… – задумался полицейский. – Может, ты плохо понимаешь наш язык? Спрошу иначе. Откуда ты прибыл? Где ты был раньше?
– А-а! – понял незнакомец. – Из пустыни Соль.
– Прямо из пустыни? Ты там живёшь? – поразился офицер. – Ты ведь не орец, верно? У тебя лицо не орсское, да и одежда тоже! К тому же, ты не разу не назвал меня приятелем! Не пытайся водить меня за нос! Кто ты и из какого народа? Отвечай сейчас же!
– Я из народа Боевых Монахов, – гордо ответил мужчина. – «Битва» не зря рифмуется с «молитва»! А зовут меня Ма́рсо!
– Никогда не слышал о Боевых Монахах, –нахмурился офицер. – И что это за имя такое – Марсо?
– Меня назвали в честь бога войны по имени Марс, – пояснил Марсо. – На нашей планете верят в этого бога, хотя он, вроде бы, пришёл к нам с другой планеты. То есть, вера в него пришла. А на вашей планете никто и не слышал о Марсе, насколько я понимаю…
– Вот именно, – согласился офицер и воскликнул: – Хочешь сказать, ты с другой планеты?!
– Ой, кажется, я сболтнул лишнего... – осёкся Марсо. – Вы ведь не арестуете меня за это?
– Тебя можно арестовать уже за несанкционированное ношение оружия! А документы у тебя есть? – напрягся полицейский.
Марсо отрицательно покачал головой:
– На нашей планете не пользуются бумажными документами. У нас нет деревьев. Вся информация хранится в энергетических компьютерах.
– В чём, в чём?.. То есть, тогда ты арестован! – перебил сам себя офицер.
Марсо вздохнул и поднял свою странную пушку.
– Не хочется этого делать, но...
– Постойте! – закричал Лоу и загородил собою полицейского. – Марсо! Хватит уже! Зачем ты пугаешь беднягу полицейского своей игрушкой?! Пойдём домой, на корабль!
– О чём ты? Я тебя в первый раз вижу! – воскликнул Марсо.
– Беднягу?! – возмутился полицейский. – Я офицер Разум, вообще-то!
– Не будьте жестоки к Марсо, этому несчастному психу, офицер Разум! – жалобно взмолился Лоу. – Мы подобрали его на Огненных островах! Как вы знаете, там далеко не у всех есть паспорта. А он к тому же сумасшедший. Думает, что он с другой планеты, дурачок. Таскает с собой эту деревяшку и называет пушкой... Мы взяли его к себе на корабль юнгой из жалости, потому что даже дикари Огненного острова его не принимали, хоть он и их сородич. Мы привезли его сюда, чтобы зарегистрировать и по возможности вылечить, но ещё не успели выписать документы, как он попал в неприятности! Прошу, проявите сострадание к бедному дикарю!
Капитан Адам смотрел на Лоу со смесью ужаса и восхищения.
– Я не верю ни единому вашему слову, – твёрдо заявил офицер. – Вы все арестованы.
***
***
Читать дальше: