О "войне дронов" до СВО говорили много и часто, однако лишь с началом операции по защите Донбасса стало понятно, как она будет выглядеть
Некогда считавшиеся дорогими игрушками маленькие пластиковые летуны стали надежными спутниками всех подразделений в зоне СВО — как с российской стороны, так и с украинской.
По мере развития идеи применения беспилотников стала развиваться и идея противостояния им.
Пионерами в боевом применении дронов с нашей стороны стали подразделения Народных милиций ДНР и ЛНР. Не обладая возможностями большой России по созданию крупных беспилотников вроде «Орлана», они для ведения разведки и корректировки огня пользовались всем, что удастся достать — в том числе и «игрушками».
В результате в корпусах Народной милиции появилась сильная и самостоятельная школа применения дронов.
Им противостоит сильный противник. На Донецком направлении с украинской стороны действует команда настоящих асов беспилотной разведки — так называемые «Птахи Мадьяра».
Их командир, выходец из Закарпатья Роберт «Мадьяр» Броуди, прославился применением химического оружия против российских солдат под Соледаром и Артемовском, боеприпасы которые он и его люди сбрасывали на штурмовиков с квадрокоптеров.
Умирать в «Бахмутской мясорубке», впрочем, Мадьяр со своими людьми не захотел и еще в марте, за два месяца до падения «крепости Бахмут», передислоцировался на Авдеевское направление.
На несколько месяцев его дроны стали настоящим проклятьем для наших подразделений, сражающихся на Донецком направлении, да и не только для них.
Зачастую жители окраинных районов Донецка — Куйбышевского, Киевского, Петровского, могли поднять голову и увидеть не менее трех-четырех вражеских «птичек», кружащих в небе. Иногда ради забавы или ради тренировки могли сбросить гранату на мирных жителей.
Квадрокоптеры — это еще полбеды. Гораздо большую опасность представляли для наших войск большие беспилотники типа «крыло», которые ВСУ смогли накопить в большом количестве, такие как «Лелека», «Фурия», «Валькирия».
Относительно дешевые, многочисленные, имеющие возможность подниматься на большую высоту — они стало серьезнейшей угрозой тылам отчаянно рубившихся на передовой подразделений. На плечи расчетов ПВО легла тяжелая, ответственная работа.
Два месяца расчеты установок ПВО чистили небо — по «крыльям» ВСУ работали «Шилки», «Тунгуски», «Стрелы». Вышибить противнику глаза, не дать им видеть наших ребят — вот что было главной задачей дивизионов противовоздушной обороны. Получалось неплохо, украинские «крылья» падали одно за другим.
Командиры ВСУ это осознали — и в дело пошел разведывательно-ударный контур. Малые квадрокоптеры людей Мадьяра искали установки ПВО, сбрасывали на них гранаты, наводили артиллерию — именно так 110-я бригада чуть не потеряла две «Тунгуски» с экипажами.
Против «птахoв Мадьяра» выдвинулись мобильные группы с анализаторами спектра (т. н. «мастерками») и дронобойными ружьями — все по концепции покойного капитана Мангушева.
Подразделения армии России бились два месяца и все же выиграли битву за небо, по крайней мере пока что.
«Крылья» ВСУ почти перестали летать, поскольку все они падали с неба с завидной регулярностью. Установки ПВО, надежно прикрытые антидронными расчетами, со своей задачей справлялись на отлично.
— Они уже не то что «крыльями», они даже квадрокоптерами осторожно летают! — улыбается офицер дивизиона ПВО с позывным «Тихий». — Ну по крайней мере сейчас они над нашими тылами не висят постоянно, как было год назад — так, одиночные залеты бывают, не более.
Тихий — сторонник творческого подхода в военном деле. Ни разу не профессиональный военный, бывший инженер-металлург, в 2014 году он встал, как и тысячи донецких мужиков, на защиту родной земли.
Служил долго, честно и самоотверженно и дослужился до начальника штаба дивизиона ПВО. Родом Тихий из Мариуполя. Сложно даже представить, какие эмоции он испытал в апреле-мае 2022 года, когда его родной город превращался в груду развалин в ходе городских боев.
Когда Мариуполь был освобожден, Тихий первым делом поехал туда. Ему повезло — и родной дом уцелел, и вся родня выжила.
Вздохнув спокойно и прогулявшись по родным пенатам, Тихий с энтузиазмом принялся за дело. Когда мы с ним познакомились, он командовал зенитными установками «Тунгуска», сейчас уже пошел на повышение.
Подчиненные его уважают — за глаза они его называют по имени-отчеству. Не в последнюю очередь потому, что воюет он не просто храбро и умело, а еще и творчески.
— Это же соревнование такое, понимаете? — объясняет Тихий логику военных действий на Донецком направлении. — У противника появилась новая фишка, новое техническое решение — и мы сразу же придумываем ответ. Мы что-то придумываем — и тут же их технари начинают работать головой, тоже соображают чего-то. Они у них неглупые, все же одна советская техническая школа!
По словам Тихого, в случае появления нового вызова проблему в дивизионе решают коллективно: все офицеры и даже все желающие из числа рядовых бойцов собираются на мозговой штурм, предлагают варианты.
Задачи, которые война ставит перед ними, почти все «со звездочкой». Вот только в случае отсутствия ее решения нерадивые ученики не получат двойку — вместо этого ценой будет чья-то жизнь.
Как уже было сказано ранее, дивизион ПВО 110-й бригады справляется с задачами если и не на отлично, то на «хорошо». Дронобойщики 110-й бригады отучили украинцев залетать далеко за линию соприкосновения, однако отдельные «птицы» все же прорываются.
С ними и борются мобильные группы борцов с дронами — действуют из засады.
— Задача простая — бить коптеры! — комментирует командир одной из мобильных групп с позывным «Китай». — Раньше они летали в больших количествах и низко. Мы начали их бить — теперь летают редко и высоко.
Китай — кадровый военный, пришел еще в Народную милицию ДНР в 2020 году. По образованию юрист, работал в России, однако вернулся к себе на малую родину, а вернувшись — взял в руки оружие и пошел защищать свой дом.
— Мы за последнее время четыре коптера свалили, — рассказывает Китай. — В основном «Мавики» это. В один из них взрывчатку заложили под видом сменного аккумулятора. Ну да мы уже обученные, руками сбитые коптеры не трогаем!
Другая мобильная группа — ей командует опытный, воюющий с 2016 года Базиль, —добилась еще более впечатляющих успехов: им удалось сшибить шесть украинских квадрокоптеров, принудительно посадить двенадцать.
Работают они как антидронными ружьями, так и обычным стрелковым оружием. Сбить дрон из автомата или пулемета с земли — задача довольно сложная. У ребят Базиля получается.
Раньше они при борьбе с дронами использовали охотничьи ружья с крупной дробью, получалось неплохо.
— Это как на утку ходить? — спрашиваем Базиля.
— Именно! — отвечает он.
— Любишь охотиться?
— Не люблю!
— Почему?
— Зверюшек жалко!
Долго пообщаться со словоохотливым Базилем не получается — место, где засел его расчет, только кажется спокойным и тихим. Слышим канонаду, начинаются прилеты — и мы бежим со всех ног к машине.
Расчет Базиля, попрятавшись в укрытия, продолжает следить за небом, их задачу по прикрытию неба никто не отменял.
Серьезные успехи дивизиона ПВО 110-й бригады в битве за небо не случайны, они прямое следствие того, что в дивизионе служат в основном идейные и мотивированные солдаты и офицеры.
В гонке технологий на своем участке фронта они впереди врага, и, что примечательно, никто из них до войны не занимался профессионально не то что вопросами противовоздушной обороны, а даже радиотехникой.
— Сами постигали все! — говорит Тихий. — Через трудности, через слезы, через боль, но постигали. Только так и возможно! А теперь, когда немного освоили, нужно гибко подходить, творчески! Только так и возможно сберечь людей!
В дивизионе ПВО берегут людей. Берегут собственных бойцов от бесполезной и бесславной гибели. Берегут свою пехоту от угрозы с воздуха. Берегут мирных жителей Донецка, на которых украинские боевики ради развлечения сбрасывают гранаты.
И не прекратят беречь, пока не закончится война.