Пролог
Николай Васильевич возвращался из аптеки, когда защемило левое подреберье. Он с трудом вошел в парадную, посмотрел на лестницу, но понял, что сил, чтобы подняться на четвертый этаж не осталось. С трудом дождавшись лифта, пожилой человек добрался до своей двери, дрожащими руками достал ключ, повернул его и открыл дверь. Воздуха не хватало. На кухне стоял заготовленный стакан с водой, в кармане пальто лежала спасительная таблетка. В квартире были открыты окна и дышать стало немного полегче.
Николай Васильевич закрыл дверь, не тратя времени на запирание замка, снял пальто и уже повернулся, чтобы его повесить, но голова закружилась, ноги стали ватными, прихожая стала расплываться и Николай Васильевич мягко осел на пол. Некогда крепкие мышцы мастера спорта по теннису обмякли и Николай Васильевич упал, зажав в руке блистер с таблетками в последнем судорожном сжатии мышц. Потолок закружился перед слабеющим взором, раскрылся ярким светлым пятном и Николай Васильевич, снова сильный и молодой, спокойный и даже торжественный потянулся к свету. Последняя мысль, которая промелькнула в затухающем сознании была: «Хорошо, что с утра побрился». Потом Николай Васильевич умер.
Он лежал в своей квартире несколько месяцев и не видел, как дверь в квартиру открылась и незримая тень проскользнула вовнутрь. Тень старательно обошла покойника, подошла к старому советскую мебельному гарнитуру, уверенно открыла ящик комода и достала оттуда папку с документами. Спрятав внутрь себя паспорт и документы на квартиру, тень также легко и бесшумно скользнула к входной двери, пошелестела по лестнице и никем не замеченная вышла во двор панельной многоэтажки на окраине Санкт-Петербурга. Достав из недр одежды мобильный телефон, неведомый незнакомец набрал по памяти номер и пошелестел в трубку: «Есть тема, надо перетереть». Потом незнакомец скользнул к стене дома и растворился в сумраке осеннего питерского вечера.
Вход в дело
Я вернулся из суда в прекрасном расположении духа. Выпитые в Тамтаме 50 грамм коньяка грели душу, приятно перекатываясь внутри. До назначенной встречи оставалось еще полчаса и я твердой рукой налил себе и Зарине по 50 победных грамм отличного коньяка, потом еще по 50 грамм и уже собирался разлить по третьей, когда в дверь офиса постучали. Посетители добрались до нас на 20 минут раньше запланированного. Отработанным жестом фужеры, лимон и коньяк отправились в стол. На пороге стояла дама, встревоженно наблюдавшая за манипуляциями с фужерами и бутылкой. Рядом с ней стоял мужчина, который завистливо взглотнул, проследив за траекторией коньяка.
Я пригласил ее, а так же ее мужа за стол. Когда они рассказали мне свою историю, хмель выветрился из головы.
Дядя моей собеседницы вел замкнутый образ жизни, похоронив много лет назад свою супругу он планировал написать завещание на НН (так мы будем называть мою доверительницу). С родственниками из других городов он почти никогда не общался лично, только по телефону и открытками по праздникам. Иногда дядя созванивался с племянницей, но перестал выходить с ней на связь после прошедшего в этом году Рождества, с которым они обязательно поздравляли друг друга. НН и дядя традиционно созванивались на Новый год, Рождество и День победы. Праздник 8 марта дядя не признавал и никогда не поздравлял с ним ни свою покойную жену, ни НН, ни кого из немногочисленных знакомых. Учитывая замкнутый характер дяди, НН не очень беспокоилась. Но телефон упорно не отвечал и в майские праздники.
При первой возможности НН приехала из Москвы в Санкт-Петербург. В дядину квартиру попасть не удалось, она была опечатана, своих ключей от его квартиры у нее не было, да и как можно срывать милицейскую печать?
Соседи рассказали, что дядю нашли неделю назад в прихожей. Точнее сказать, нашли мумию дяди - лежал он явно давно.
Председатель ТСЖ и соседка, сильно, которые присутствовали при вскрытии квартиры, сконфуженные появлением НН, отдали документы, найденные при осмотре квартиры, передав все, кроме паспорта и документов на квартиру. Якобы этих документов в квартире не было. Когда моя собеседница позвонила участковому, чтобы вскрыть квартиру, он пригласил ее в опорный пункт и показал ей плохую копию документа - свидетельства о праве собственности на квартиру, из которого следовало, что дядя еще в 2013 году (то есть за год до описываемых событий) подписал договор на свое единственное жилье с гражданином Украины, проживающим в Луганской области. В апреле сделка по дарению квартиры была зарегистрирована в Росреестре.
События, которые я описываю происходили в конце 2014 года. В Киеве отгремел майдан и восторженная толпа сметала остатки коррупционного режима Януковича. По Украине гуляла революция и только Крым и Донбасс не поддались общему безумию и выбрали свой путь. Крым торжественно приплыл в родную гавань, а Донбасс из цветущего промышленного края превратился в территорию без права и закона. Украина стягивала войска, пытаясь силой вернуть Луганск и Донецк в свои прежние границы, Луганск и Донецк огрызались и скоро там заварилась страшная кровавая карусель. Мутные воды Донбасса той поры надежно прятали от взоров правоохранителей тех, кто не стремился к личному общению с сотрудниками правопорядка. Кто и как пересекал границу между Россией и Новороссией объективно сказать не мог никто. Очевидно, что кандидатура нового собственника была выбрана с учетом места его постоянной регистрации.
Предпринятые меры
НН женщина очень энергичная и привыкла решать вопросы здесь и сейчас. Она поняла, что неожиданно вляпалась в какую-то очень нехорошую историю. Через третьи руки найдя телефон питерского юриста, она поехала разбираться в ситуации. Этим питерским юристом случайно оказался я.
Подобные ситуации в крупных городах не редкость. Скорее всего дело было так. Квартира из которой давно никто не выходил привлекла внимание злоумышленников или кто-то «навел» их на одинокого старика. Они «пробили по своим каналам», предположили, что родственников нет. Очевидно, что кто-то проник в квартиру, перешагнув через труп в прихожей, завладели документами и оформили квартиру на человека недосягаемого для нашей правоохранительной системы. Когда все было готово, появилась полиция и оформила труп. Все чисто и копать никто не будет. Кому интересен одинокий старик? Государство никогда не узнает о выморочном имуществе, а родственники старика скорее всего сидят с ним на одном облаке и даже не смотрят на нашу грешную землю.
Если бы НН появилась на пару месяцев позже, то скорее всего она бы нашла в квартире новых собственников, добросовестных приобретателей, которые купили квартиру по цене ниже рыночной и пребывали бы в заблуждении, что им очень повезло.
Мы это понимали, но это догадки, а догадки мало интересуют суды и полицию. Там с нас потребуют доказательств очевидных вещей. Очевидно, что сам покойный не смог бы подать документы на регистрацию сделки, но это очевидно для нас, скромных обывателей, а государственным структурам требуются доказательства.
Действовать надо было быстро – успеть наложить арест на квартиру до того, как таинственный парень из Луганска продаст или подарит квартиру «добросовестному приобретателю».
Следующей задачей было доказать, что дядя НН был к моменту регистрации права уже настолько мертв, что не мог появиться в Росреестре и самостоятельно сдать документы или выдать кому-то доверенность на это действие.
Вводных было мало - все, что мы имели на старте – это Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (смерть дяди была признана не криминальной) и плохую копию свидетельства о праве собственности.
Бюрократическая тягомотина
Первый этап прошел гладко, в разумные сроки мы получили определение суда о принятии обеспечительных мер на квартиру и сдали его в Росреестр. Параллельно с иском мы подали заявление о мошенничестве в ОБЭП. В обмен на заявление нам дали талон-уведомление. Время на опрос потенциальной потерпевшей очень уполномоченный тратить не стал.
Дальше пошла обычная судебная тягомотина и полицейская волокита. Бесконечно долго нам назначали предварительные заседания, из суда в Росреестр с нашей оказией направлялись запросы. В дежурной части нам сообщили, что наше заявление передано в ОБЭП, но дозвониться и выяснить кто занимается проверкой нам не удалось до сих пор.
И вот мы неспешно докатились до основного заседания. Кабинет судьи был завален папками с делами. Передавать их в канцелярию явно никто не торопился. Поэтому копиями документов из Росреестра я смог ознакомиться только, когда пришел на судебное заседание.
Экстравагантная судья
Из полученных документов следовало, что дядя моей доверительницы не только подарил свою квартиру парню из Луганска в 2013 году, лично подписав договор простой письменной формы, но и сам сдал документы на регистрацию. Я в красках описал судье состояние дяди, которого нашли в квартире через месяц после совершившейся сделки, но вот судья в тот день кажется была явно не в духе. «Вы хотите сказать, что сотрудники Росреестра совершили преступление? Что они не проверили паспорт у того, кто сдавал документы на регистрацию?», задала судья риторический вопрос. «А почему за дядей ваша доверительница не смотрела? И вообще, где она? А квартиру хотим!».
Мое ходатайство о проведении экспертизы судья отклонила и выгнала меня в коридор выносить решение. Двадцать минут я покрывался холодным потом, просчитывая варианты ее действий и цепенея от мрачных предчувствий. Я мысленно составил текст апелляционной жалобы, жалобы в Квалифколегию судей, города, Президиум Верховного суда и все другие органы, которые могли не могли помочь в моей ситуации.
Когда я уже начал составлять текст жалобы в Генеральную прокуратуру и Страсбургский суд, меня позвали в зал.
Вдоволь покуражившись надо мной, судья возобновила производство и выдала мне на руки запрос в ГСУ о материалах проверки и еще один в Росреестр, с требованием предоставить с оригиналы дела. Прямо из суда я поехал по адресам, указанным в запросах.
Инициативница
К следующему заседанию я подготовился еще более основательно. У меня была справка от председателя ТСЖ о том, что дядя не платил за квартиру с декабря (идея Н.Н.), оригиналы банковских квитанций с его подписью, его письма к НН и поздравительные открытки, подписанные его рукой. У меня было заготовленное ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы.
Кроме того, на заседание из Москвы приехала сама НН, обеспокоенная непонятной активностью, которая началась вокруг нашего дела.
НН сообщила мне, что за пару дней до заседания ей позвонила председатель ТСЖ и сообщила, что две дамы средних лет и крупных размеров расспрашивали о споре за квартиру и уверяли, что НН дело в суде проиграет.
Дамы не были знакомы ни НН, ни председателю, но излучали уверенность в неблагоприятном для НН решении суда, которое будет вынесено на ближайшем заседании. Это странное обстоятельство вносило дополнительную нервозность в обстановку.
Мы приехали минут за десять до начала и стояли у дверей зала суда, ожидая, начала заседания. Никто из посетителей не проявлял активности ко времени нашего заседания. Но я и не ожидал, что ответчик или его представители появятся. Как же я ошибался.
За пять минут до начала заседания, дама средних лет, с необъятной задницей подошла к нам и уточнив время на которое назначено наше дело, предложила НН отойти и поговорить. «У меня есть юрист и я буду разговаривать только в его присутствии», заявила НН. Я вмешался и взял разговор в свои руки.
Дама упорно отказывалась представляться и твердила о том, что мы сегодня проиграем дело, а она пришла, чтобы помочь НН дело выиграть. По ее словам, не зная о том, что НН сегодня будет на заседании «обеспечила перенос заседания, чтобы вступить в дело в качестве представителя НН и выиграть дело». Как именно это было сделано рассказать наша объемная «помощница» не успела - нас позвали в зал.
Вместе с нами вошел молодой человек, с мутными глазами – адвокат ответчика. Объемная дама осталась снаружи.
Когда судья увидела НН и меня, она искренне удивилась и сообщила, что получила от НН телеграмму, в которой та сообщала, что отстраняет своего представителя (меня) и просит заседание отложить, чтобы предоставить возможность заключить договор с другим представителем.
Мы ошарашено переглянулись. «Все чудесатее и чудесатее», задумчиво сказала судья и начала процесс.
Адвокат ответчика (того самого парня из Луганска) стал рассказывать историю о том, что дядя познакомился с ответчиком в 2013 году, что ответчик помогал дяде деньгами и по хозяйству, и что дядя лично сдавал документы на государственную регистрацию сделки. На большинство уточняющих вопросов адвокат ответчика отговаривался незнанием деталей. После заслушивания этого пустопорожнего вранья, судья удовлетворила наше ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы и приостановила дело.
Когда мы вышли из зала заседаний, я готов был разорвать пышнотелую «помощницу». Она же самонадеянно ждала нас у входа в суд. Чтобы расставить с этой дамой точки над i, мы зашли вместе в кафе.
Я накинулся на нее сразу. «Вы понимаете, что это не этично и просто опасно?! Судья запросто могла меня отстранить, а дело рассмотреть по существу, вынести, мотивировав тем, что у НН было время найти представителя! Раз вы такая умная, должны понимать особенность ЭТОЙ судьи?». Я много чего еще сказал и хотел сказать. Большая часть моих высказываний носила непечатный характер и я с трудом удерживал их внутри себя.
Поясню. Судьи не любят затянутых дел. Закон предписывает им рассмотреть дело за два месяца, потом им приходиться идти на всякие уловки, чтобы не объяснять начальству почему дело длиться так долго. Процессуальные манипуляции по затягиванию процесса известны всем. Это неожиданная болезнь стороны по делу или его представителя, командировка, участие в другом процессе или следственных действиях адвоката, вступление в дело третьих лиц, которым на фиг ничего не надо, кроме как потянуть процесс, направление нелепых запросов и наконец – смена представителя. Сторона по делу имеет право пользоваться профессиональной юридической помощью и если у стороны нет представителя, суд должен предоставить ей возможность найти того, кто защитит ее права. Однако, эта уловка часто используется, чтобы получить еще одно-два заседания по делу. Озверевшие от этих ухищрений (кому нравится, что их дурачат?) судьи отказывают в отложении дела, по основаниям поиска нового юриста для стороны, мотивируя тем, что у стороны на это развлечение время было предостаточно и рассматривают дело по существу. В нашем процессе это было чревато тем, что дело могли рассмотреть без назначения почерковедческой экспертизы, что означало бы автоматический отказ в иске, проигрыш дела.
Пышная тетя слегка улыбнулась. «Я хотела помочь!», почти искренне сказала она.
Дальше началась очень плохая продажа услуг пышнотелой мадам.
Якобы она состоит в команде тех, кто борется с квартирными мошенниками и помогает попавшим в беду.
Якобы у нее есть некая важная информация, которая поможет выиграть дело, и что только дама может «спасти ситуацию».
Якобы в ее силах, договориться с текущими «владельцами» квартиры, чтобы НН выкупила ее у них обратно за небольшое вознаграждение.
Ни одна спецслужба мира не любит «инициативников» и правильно делает. Слишком просто под личиной доброжелателя заслать своего «казачка» в стан врага и получить прямой доступ к закрытой от оппонентов информации.
Так рассудила и НН. Пользоваться помощью навязчивой дамы, которая столь топорно пытается влезть в дело было бы неблагоразумно.
Нам оставалось дождаться результатов экспертизы.
Неожиданные результаты экспертизы
Надо сказать, что выходя из зала суда, я улучив момент после памятного заседания, я успел предложить адвокату ответчика мировую – мы не торпедируем уголовное дело, а нам возвращают квартиру. Предложение услышано не было. На последнем заседании по делу, другой адвокат излагал уже новую версию знакомства покойного дяди и уверял судью, что эксперт сделал вероятностный вывод о выполнении подписи неизвестными лицами с подражанием подписи усопшего. Остальные доказательства адвокатом отметались, как несущественные.
Суд принял решение в нашу пользу, что в целом и ожидалось. Оставалось дождаться решения суда и зарегистрировать права на квартиру, обратившись к нотариусу.
Через несколько часов, наш небольшой коллектив Корпоративной практики отмечал в офисе успешное окончание этого муторного и неспокойного дела.
Когда я разлил по третей, в дверь постучали. На пороге оказалась снова НН, и вид был у нее не совсем радостный, а даже обескураженный.
«В Сбербанке сказали, что дядя после смерти вывел деньги со своих счетов и закрыл их, а раз он это сделал сам, то возвращать деньги они не будут».
Я достал еще один бокал для коньяка, налил порцию для НН и мы не чокаясь выпили за ее дядю. Самого активного из всех знакомых покойников.