Не согрешишь - не покаешься, не покаешься - не спасёшься.
Пришла пора мне каяться, бить себя ушами по щекам и стенать жалисно: "Праститя мну, люди добрые!", ибо со своей статьёй о Пригожине "А я ххговорил!" "косякнул" я изрядно.
Оно конешно, сижу я не токмо без Интернета, но даже без телефонной связи, а когда вырываюсь на три часа "в люди", то мне бы успеть залить в канал свою писанину и сделать самые насущные операции. Но это не играет рояли. Потому что, не уверен - не свисти! А я свистанул, исходя из логики событий и моего предположения, что Пригожин - выдержанный и расчётливый. А он выкинул фортель, как… более другой. Пичалько!
А переубедила меня статья уважаемого Александра Ходаковского. Создатель донецкого батальона "Восток" и бывший его командир воюет с ВСУ и добробатами уже 9 лет, с 2014го и я доверяю ему. Почитайте его, рекомендую.
Хотя, ещё остаётся мелкий шанс, что в нужный момент внезапно выяснится ХПП по броску ЧВК и уже обученных ими белорусов на Приштину Киев. А это вот всё было масштабной 3D-инсценировкой для а) вскрытия "консерв" и "кротов"; б) мотивированного невинного перемещения "Вагнера" в Белоруссию; в) что-то ещё.
Но тогда и пилоты должны чудесным образом "воскреснуть". Иначе, фигня, малята©.
Будем посмотреть. А пока - официальная версия. И точка!
Ваши деньги - корм моему Пегасу
Банк ПСБ, "ГТ": 2200 0305 0377 3468
Тел. для СБП: +7 959 253-9363
P.S. На всякий случай, текст статьи А. Ходаковского.
С Евгением Пригожиным я общался всего раз по телефону - общение не дало никакого исчерпывающего представления о нём, как о человеке. Но позже, когда началась кампания с вербовкой зеков, я узнал о нём несколько больше, как о личности. Случилась история, когда на совещании Пригожин начал требовать вводить в строй по тысячу зэков в день, а менеджер ЧВК, отвечавший за проект, возразил, что триста человек - это потолок. Менеджер рассуждал трезво, исходя из реальной оценки возможностей, - но всесильному хозяину ответ не понравился, и личка Пригожина тут же скрутила парня и избила до полусмерти. Три дня мы думали, что его убьют, но случилось чудо: Уткин вывез своего старого товарища подальше от босса, и вскоре тот, прийдя в себя, перебрался воевать в сорок пятую бригаду ВДВ.
Этот случай сказал мне всё: я составил приблизительный психопортрет Пригожина, и в каждом кабинете начал предупреждать о растущей угрозе. Мне было понятно, что человек с такими замашками служит только своим интересам. Помню, несколько месяцев назад в разговоре с Димой Стешиным я делился своим мнением о ситуации с Вагнером и вероятных последствиях, причём, само ЧВК не вызывало у меня опасения - опасения вызывал Пригожин и то, как он мог использовать ЧВК. К самим же вагнеровцам я относился, как к русским солдатам, которые предпочли по понятным причинам воевать не в Министерстве обороны, и воевали отлично.
Я всегда ежился, когда видел, как фигуру Пригожина возводят на пьедестал. То он строит церковь и его восхваляют за это, то он против коррупции и бездарности... При этом было совершенно понятно, что содержит компанию он не на свои и получает всё, что ни потребует. Описывают случай: замкомандующего ВДВ задолго до выплескивания конфликта Пригожина и МО в эфир стоял, как школьник, у его стола с утверждёнными заявками на поставки вооружения, и ждал, когда Пригожин ознакомится. Отпуская генерала, Пригожин сунул ему глумливый шеврон с надписью "Свиные войска" и сказал: на, отдай своему начальнику... Этот эпизод тоже лёг в моё понимание личности Пригожина и природы его конфликта с военными, где высокомерие, как черта характера, тоже сыграло свою роль.
Знакомый с собственными бесами, справляться с которыми мне помогает Церковь и мои небесные покровители, я понял, что там за ад внутри этого человека, и понял, что нас в итоге ожидает. Даже понимая, что мало кто мне внемлет, я начал писать про то, что сила не должна быть в частных руках, что она в итоге подчинится тому, кто нею владеет... Кто-то меня услышал, кто-то нет, но вчера я получил не одно сообщение, что как же я был прав. То, чего я ждал - случилось. Только Господь отвёл от нас беду - земные силы оказались не способны.