Если бы информационные потоки, так же как проливные дожди доставляли нам физический дискомфорт мокротой и зябкостью, мы бы давно изобрели зонты от досаждающих ливней информации. Но от этих ливней не промокает насквозь платье, не хлюпает мокрый холод в ботинках, от этих ливней не случается простуды, от них просто голова идет кругом, теряя сосредоточение, собранность и здравомыслие; от них паника и страх поселяются где-то в грудине и сдавливают дыхание; от них горбишься и не только телом, но и душой - так тяжелы эти ежесекундные потоки, ливни, грозы информации.
Если попав под дождь, мы ищем солнце или иной источник тепла, чтобы высушить одежду и согреться; то живя в информационных потоках, страдая от их агрессивности, мы ищем место или способ врачевания души.
Этот год начался с открытия региональных отделений общероссийского движения "Культурный фронт", а продолжился инициативой разработки нового закона о культуре. На одном из "круглых столов" обсуждалась концепция закона, и все перечисляемые вопросы и трудности нашей культурной жизни, складывались в образ какой-то надломленной души, характерной для общества. Чувствуешь боль в такие моменты: боль за прошлое, в котором утрачено нечто важное, боль за будущие поколения - как они справятся... От размышлений меня кто-то отвлек и указав в сторону создателей и руководителей русского духовного театра "Глас" - Никиты Астахова и Татьяны Белевич, спросил:
- Вы были когда-нибудь в театре "Глас"? Сходите. Уверяю, такого вы давно, а может и вовсе никогда не видели... Там душа силой набирается.
Я только слова услышала, а душа моя уже туда направилась. Я следом. Вместе мы 21 июля попали на ближайший спектакль "Ванька, не зевай!". "По рассказам Василия Шукшина "Сны матери", "Жена мужа в Париж провожала", "На кладбище" и др., с использованием публицистики и заметок из его записных книжек и дневников...", - читаю я о спектакле, премьера которого состоялась в 1999 году. Да. Прошлый век. Моей иронии горячо возразила моя уставшая душа:
- Прошлый век? Да разве может быть век прошлым или позапрошлым или любым другим по очередности, если речь идет о классике - о Василии Шукшине. Разве может быть век прошлым, если творец, живший его, проникся духом русским, осознал его, носил его в себе и выковал из него для нас наследие в литературном творчестве и кинематографе?! Разве может быть век прошлым, если два творца из мира театра провели грандиозную работу с этим наследием и воплотили его на сцене такой глубокой постановкой, которая равна гению, которая стала еще одним наследием для нынешних и будущих поколений, которая сегодня несет жизнеутверждающие смыслы, тогда как на мировой арене часть стран стремятся "отменить" не только все русское, но и русских? Раве может быть век про
шлым, когда свою речь произносит искусство?
Василий Шукшин: - "...Русский народ за свою историю отобрал, сохранил, возвел в степень уважения такие человеческие качества, которые не подлежат пересмотру: честность, трудолюбие, совестливость, доброту... мы из всех исторических катастроф вынесли и сохранили в чистоте великий русский язык, он передан нам нашими дедами и отцами... Уверуй, что все было не зря: наши песни, наши сказки, наши неимоверной тяжести победы, наши страдания, - не отдавай всего этого за понюх табаку... Мы умели жить. Помни это. Будь человеком...".
Я в кресле в двух шагах от сцены. Зал полон зрителями, а зрители полны предвкушения. Действо. Но не такое, которое потом небрежно пересказываешь другу, а такое, которое одновременно рождает и слезы, и улыбку, и чувства, щемящие сердце, а потом долго-долго живет в тебе. "Не должен терять человек сегодня: слово отцов, песню народа, свою самобытность, свою малую Родину, ибо потеря этого может привести к небрежению, а то и забвению своей Родины", - высказал как-то идею книги Василий Шукшин. Эта идея и легла в основу спектакля. Но одновременно зритель увидел и почувствовал молитву Богородицы за весь народ русский...
Что бы я делала, не посмотрев спектакль "Ванька, не зевай!"? Я бы продолжила забывать, какая это отрада чувствовать себя русским! Я бы не открыла для себя еще одно место, врачующее души.