В апреле 2023 года гостем музея был житель Северска Геннадий Петрович Колтаков, кандидат технических наук, выпускник Томско-Тульского артучилища и Артиллерийской военной академии, подполковник в отставке.
Геннадий Петрович принес в дар музею «вещи, чтобы выжить в тайге», именно так общими словами он описал тот набор инструментов, сложенный в кузовок для сбора ягоды. Это были предметы труда и быта его родителей, сосланных в Нарымский округ из Алтайского края и Хакассии в 1931 году.
Вот, смотрите, ножовка с деревянной ручкой, скребок, чтобы снимать кору с дерева. Вот — стамеска, кольца на ней склепанные. Это — безмен, самый точный и надежный измерительный инструмент. На кузовок крышку я уже сам поставил... Люди, которые оказались в тех условиях в 31 году, они думали о жизни, они были труженики. Поэтому они взяли с собой не деньги, которых у них особо и не было, а взяли инструменты, чтобы как-то мало-мальски обустроиться.
Оба деда Геннадия Петровича были спецпереселенцами. Он и сам родился «под комендатурой» — в спецпоселке Могочино, в 1944 году. Имеет справку репрессированного.
Его рассказы о своих репрессированных родственниках в этой статье.
Колтаков Антон Михайлович
— Мой дед по отцу, Колтаков Антон Михайлович, родился в 1889 году в деревне Брюсельцево Алтайского края. В 1929, под руководством Сталина, было принято постановление о ликвидации кулаков как класса. Осенью 1931 подошла очередь и для семьи деда. Имущество было изъято, самих доставили в Томск, погрузили в баржи и — вниз по Оби. Это было поздней осенью, к зиме.
Их доставили в населенный пункт Галка [спецпоселок]. Привезли осенью восемь тысяч человек, к весне в живых осталось только две тысячи.
Я читал про этот поселок, слушал передачи. В этих местах я потом побывал, в память о них. Был и в Нарыме, в музее.
Им повезло, что в семье тогда не было маленьких детей, моему папе было уже 17 лет.
Когда их туда доставили, они как-то уворовали у остяков лодку, хоть и управлять ей не умели, и убежали. Но их органы поймали в районе Колпашево — «А, кулачье, бежите с этих мест? Ну, ладно, вы же труженики, вас назад доставить, или вы будете строить Могочинский лесопильный завод?» И они поехали туда. Там я родился в 1944 году. Папа там отработал много лет, оттуда на пенсию ушел уже в должности начальника лесопильного цеха.
Это был поселок спецпереселенцев, там были — лучшие труженики, всех национальностей: и русские, и немцы, латыши, прибалты… Много было евреев — прекрасные люди, труженники. Я помню все эти фамилии. Это был цвет нации.
Жить начинали с землянок, потом появились мало-мальские домишки. Когда начинали жить, родителям дали какую-то не то насыпушку, не то землянку. Позже он купили какой-то недостроенный дом, достроили и обустроили его. Он был на берегу Оби, на улице Обской.
Комендатура была до марта 1950 года. У меня есть на руках документ — свидетельство пострадавшего от политических репрессий. Брат мой родился в мае 1950 года, и он уже считался свободным человеком, у него нет такого свидетельства.
Когда стало побольше свобод, многие люди стали уезжать, стремились на родину.
Школу я закончил там же. Хорошо помню и школу, и свою первую учительницу. В 52-м году пошел в 1-й класс, было 4 первых класса! А в 63-м году на всю школу был единственный выпускной класс, в котором было всего 15 человек. Из 11 мальчиков-выпускников семеро поступили в военные училища.
Кожановский Исидор Никанорович
— Мой дед по матери, Кожановский Исидор Никанорович, родился в 1894 году, в Приамурской губернии, село Михайловка (Бейский район Хакасии). Службу в царской армии рядовым проходил в Петергофе.
Мама рассказывала, когда ее папа служил в армии, он служил в Петергофе, там, видимо, была ставка царя. А он служил — поваренком! Когда ему дали отпуск, царь дал ему сережки — «Отвези своей маме».. Он привез. А сами они сделали беличье колесо и дед отвез его в подарок царю...
В 1932 он тройкой ПП ОГПУ ЗСК осужден на 3 года лишения свободы, обвинен в контрреволюционной агитации.
К 1935 году семья жила в деревне Чугуевка Кавалеровского района Приморского края. В семье было 8 детей. На фото — дед, его жена, наша бабушка Феня, и их дети — Федя, Вера, Дуся, Катя, Тося, Ваня, Нина.
Восьмой ребенок — Коля, его пока не видно, им беременна в это время баба Феня. Когда расстреляют отца, ему будет годик.
Дед был арестован 2 декабря 1937 года. Был донос, что он, якобы, был полковником царской армии. Приговорен тройкой УНКВД Красноярского края. Расстрелян 16 декабря 1937, в Минусинске.
Когда деда арестовали, его старшего сына Федора, 25 лет, по существу, как заложника, держали в тюрьме. Он был очень умный, всесторонне развитый человек, играл на всех музыкальных инструментах, рисовал, хорошо разбирался в математике, знал бухгалтерское дело. Видимо, поэтому его в тюрьме использовали для ведения учета выполнения работ заключенными. За день до отправки семьи дедушки в ссылку, Федю привел охранник проститься с родными.
Семью выслали. Причем раскидали по разным местам. Дочь Таисия, моя будущая мама, была выслана в Могочино. Там и познакомились мои родители.
Реабилитирован 5 января 1957 года Хакасским облсудом.
Родители
— У нас всегда было хозяйство, порядок был идеальный. Когда папа приходил с работы, первое проверял: подметен ли двор, наколоты ли дрова, натаскал ли я с Оби воды... Я по три ведра таскал — коромысло и здесь еще ведро, чтобы побыстрее было. А чтобы воду не пролить, не разбрызгать, клал в ведра льдинки.
У папы куры ходили строем, дисциплина железная. Он им сделал такую галерейку из реечек, они выходят с курятника, по ней проходят, и в садик, огороженный штакетником аккуратненько...
Мама из всей семьи была самая боевая. Она до последнего времени писала письма. Во все инстанции. Выясняла судьбу отца.
И однажды получила ответ такой: «Гражданка Колтакова, если вы так дальше будете писать — там сами окажетесь»...
Уже потом прислали, что он расстрелян. Все документы сделаны были уже при Ельцине.
Источники:
- Архив и инф. Г.П. Колтакова;
- Архив УВД Томской области;
- Информация из электронной базы данных «Жертвы политического террора в СССР»; Книга памяти Красноярского края; Книга памяти Республики Хакасия.
Аудиозапись интервью с Геннадием Петровичем Колтаковым доступна на сайте музея в рамках проекта «Последний Свидетель».
Полную информацию о людях, названных в этой публикации, вы можете посмотреть в личных карточках «Колтаков Антон Михайлович» и «Кожановский Исидор Никанорович» Томского мартиролога.
Музей располагает электронной базой данных более чем на 200 тысяч человек, прошедших за годы советской власти на территории Томской области через горнило «чрезвычаек» и «троек», раскулачиваний и массовых депортаций народов.