Капсула жизни. Часть 4. Медицина. Продолжение.
5 Медицина.
Люди могут заболеть от бактерий, обитающих в земле, например, ботулизмом. Там для них самая комфортная среда, где нет кислорода, солнечных лучей и, конечно, озона. Заражение происходит от употребления консервированных огурцов, помидоров, кабачков, также рыбы, колбасы и т.д. В организме человека палочки ботулизма вырабатывают ботулотоксин, который смертельно ядовит. Не было и нет никаких антибиотиков против таких микроорганизмов. Только одно средство эффективно – кислород. Им просто дают дышать, надеясь на то, что кислород успеет погубить бактерии раньше, чем, когда их будет много и они «убьют» человека продуктами своей жизнедеятельности.
Рак.
«Все болезни от нервов»! Велика сила коллективного разума. Опыт множества поколений человека заметил, что эмоциональный всплеск нервной системы приводит к разным заболеваниям. В том числе и онкологии. Опрос таких больных часто подтверждает корреляцию болезни со стрессом. Поставленный человеку диагноз онкологического заболевания, вводит его в состояние стресса и убивает быстрее, чем сама опухоль.
Самыми зависимыми от кислорода тканями организма являются нервные клетки и мозг в целом. Смерть от удушья наступает через 4 минуты, и первым погибает мозг. Радикальное падение кислорода в мозге почти мгновенно отключает сознание. Организм в это время работает автономно и отключается центральная система синхронизации его функций. Во время всплеска эмоций потребление энергии нервными тканями резко возрастает, при этом эмоции могут быть совершенно разными: от глубокого горя до неистовой радости. Выражение «душа окаменела от горя» соответствует спазму мышц и сосудов всего тела. Для поддержания такого состояния всем органам, включая нервную систему, требуется колоссальная энергия, синтез которой идёт с потреблением огромного количества кислорода. Потребление её превышает синтез. В этот момент в теле возникает дефицит кислорода и АТФ – энергетической субстанции. Такое состояние назвали гипоксией. Даже кратковременный сильный стресс вызывает гипоксию и сдвиг гомеостаза организма в сторону его экономии. Пониженное содержание приводит к кислородному голоданию всех органов и тканей, на фоне которого начинают развиваться процессы дисбаланса функционирования систем. Это приводит к болезни органов ранее повреждённых или с генетическими отклонениями. «Спящие» гены бактерий в клетках или проникшие туда ДНК вирусов находят гипоксические условия вполне приемлемыми для начала жизнедеятельности. Зачастую это приводит к тяжёлым хроническим заболеваниям, в том числе и онкологии. Можно возразить примером детской онкологии, но это, либо наследуется от родителей, либо тем же стрессом младенца, которого никто не спрашивал о переживаниях.
Раковые клетки так же, как и анаэробные бактерии, не дышат. Они бродят. Да, ферментируют, как пиво. Получают энергию для жизни, извлекая её в процессе гликолиза, т.е. брожения сахаров. Значит, все не дышащие будут стремиться в комфортные для себя условия проживания - обратно в землю, речной ил, прочь от солнечного света и кислорода. Если клетки человека в нормальном состоянии дышат, то раковые не дышат, а бродят, напрягаясь оградить себя от обилия кислорода в организме. Для них такая среда очень опасна и предельно агрессивная.
В теле человека содержится до 45 килограммов кислорода в связанном состоянии. Клетка переходит на анаэробный гликолиз после заражения вынужденно. А так как эта флора будет стремиться в анаэробную среду любыми средствами, значит, тело человека для раковых клеток становится временным хозяином (в микробиологии – промежуточным). «Из земли вышли, в землю и уйдут».
Во время этой болезни человек худеет, чахнет и быстро умирает. Потом тело хоронят под землёй, и всё, цикл завершён. До следующего раза. Опять возвратились в условия, которые анаэробам комфортные.
Общим для анаэробной микрофлоры и раковых клеток является бескислородный способ существования. Если «предложить» им кислородный «душ», а ещё эффективнее - озон, то гибель этих клеток, как и микрофлоры, будет неизбежной. Встаёт второй вопрос, как доставить к каждой поражённой клетке этот озон.
В здоровой, дышащей клетке процент потребления кислорода достигает 88.
В начале 20-го века немецкий учёный Отто Варбург, лауреат Нобелевской премии по биохимии, доказал, что раковая клетка переходит на путь «брожения» на 82%, т.е. не до конца, не 100%, для того, чтобы не вызвать гибель клетки. Это, как человека повесили на верёвке, но оставили стоять на цыпочках с завязанными руками, чтоб не задохнулся, но и не соскочил. Опыты Варбурга повторили многие учёные мира, результат получался всегда одинаковым, клетки почти не дышали. «Научный метод предполагает, что истина — это то, что можно воспроизвести, то есть повторить те же действия и получить тот же эффект.
Если вы открыли губительное воздействие плесневого гриба на стафилококк, то коллега, который через неделю тоже захочет убить пару миллионов этих бактерий, должен получить аналогичный результат, причем на такой же или большей выборке. Тогда ваше исследование (если оно еще и важно для человечества) назовут «значимым».
Что означает гликолиз-брожение для дышащей клетки? Он всегда есть и очень нужен каждой клетке организма. Во время бега наступает такой момент, когда бегун понимает – всё, я задыхаюсь, сейчас упаду. В этот момент включается механизм доокисливания избытка кислорода брожением. В следующий момент человек понимает, пришло «второе» дыхание, можно бежать дальше. Особенно это знают спортсмены. Природа предусмотрела экстремальные случаи, которые могут возникнуть в любой момент и потребуют значительных усилий для выживания особи и дала дополнительную функцию клеткам в виде анаэробного гликолиза. Природа очень экономна и лишние энергетические затраты она «просто так» содержать не будет. А раз есть анаэробный гликолиз, значит эту нишу заполнит анаэробный паразит. Для анаэробов, к сожалению, именно этот процесс, дающий энергию для выживания человека, явился «ахиллесовой пятой» для проникновения в клетку. Вирус или микроб впрыскивает через мембрану клетки свои ДНК, те переналаживают работу клетки для своих потребностей и клетка, уже безудержно раковая, при этом переходит на анаэробный путь получения энергии – АТФ. В процессе опытов выяснилось, что из 1 молекулы О2 в процессе дыхания производится 22-24 молекулы АТФ (энергии), а при гликолизе только 2-4 молекулы. Смысл перехода на неэффективный способ получения такого малого количества энергии только в одном – существование в клетке паразита-анаэроба. Если доставить О2 или О3 к поражённой клетке, то, либо произойдёт самоуничтожение такой клетки (апоптоз), либо её, уже «обезоруженную», поглотит лимфоцит. Либо процессы восстановятся, и клетка вернётся в своё изначальное дышащее, здоровое состояние.
Теперь следующий вопрос, как доставить молекулы кислорода или озона к каждой клетке и в достаточном для воздействия количестве. Ведь одной клетке необходимо больше, другой меньше, а третья вобще дышащая и её не надо «убивать». Ну, для дышащих клеток дополнительный кислород ничем не может навредить, для остальных вопрос доставки решает их существование принципиально.
Сам процесс заражения клетки многократно и скрупулёзно изучен. Объяснять его нудно и долго.
«Мы знаем, что онкозаболевания начинаются с мутаций. Из-за мутаций в клетках начинают слишком сильно работать одни гены и слишком слабо — другие, и в результате клетка начинает безудержно делиться, не обращая ни на что внимания. Мутаций, которые имеют отношение к злокачественному перерождению, довольно много, и порой бывает трудно понять, почему тот или иной дефект в ДНК вообще вызывает рак…, таких мутаций большинство. Например, для рака груди известно более трёх сотен мутаций, которые имеют к нему то или иное отношение (речь идёт не о больших хромосомных перестройках, а о заменах, выпадениях или вставках одной, или нескольких генетических букв в последовательности ДНК).»
https://m.nkj.ru/news/44740/
«Давно известно, что определенные микроорганизмы могут стать причиной злокачественного перерождения клеток. В 2018 году в мире было выявлено 2 200 000 новых случаев онкологических заболеваний, связанных с инфекционными агентами [1]. Примеров микроорганизмов, ассоциированных с канцерогенезом, немало: онкогенные типы вируса папилломы человека могут привести к раку шейки матки, вирусы гепатита В и С связаны с карциномой печени, а бактерия Helicobacter pylori — с раком желудка [2–4]. Их появление в организме с высокой долей вероятности приведёт к онкологическому заболеванию.
Связь микробиоты и опухолей так сложна, противоречива и запутанна, что загадок в ней не меньше, чем в сюжете самого захватывающего детектива.»
https://m.nkj.ru/news/44740/
«Попытки объяснить возникновение опухолей влиянием физических, химических и радиоактивных канцерогенов пока не увенчались успехом. В последние годы широкое распространение получила вирусогенетическая теория опухолей, предложенная Л. А. Зильбером в 1961 г. Сущность её заключается в том, что онкогенные вирусы, проникнув в клетку, оказывают на нее трансформирующее действие путем включения генома вируса в геном клетки хозяина. Нуклеиновая кислота или ее фрагмент, включившись в геном клетки, меняет ее генотип и процессы метаболизма, делается частью генома клетки и вместе с ним передается по наследству. Клетка становится наследственно опухолевой. Вирусы выполняют роль инициатора, пускового момента и из зрелой опухоли исчезают бесследно. Теория Л. А. Зильбера достаточно полно объясняет механизм онкогенеза для ДНК-содержащих вирусов, геном которых включается в ДНК хозяина. Открытие Темина в США (1970) объяснило механизм онкогенеза для РНК-содержащих вирусов. С помощью ферментов (обратных транскриптаз) на матрице РНК-содержащего вируса синтезируется ДНК, которая и встраивается в ДНК клетки хозяина. Затем она передается по наследству».
Информация из интернета в свободном доступе.
Сам кислород доставить к каждой клетке в повышенной концентрации вряд ли возможно, а вот образовать и доставить молекулы озона вполне реально. Кислород к нам в организм поступает в основном в процессе дыхания через лёгкие, ну и частично через кожу. В лёгкие поступает воздух с содержанием кислорода около 21%. Из этого воздуха в пузырьках лёгких усваивается только 3% кислорода и ни процентом больше. Это и есть ограничение физиологическое.
Но вот, как было сказано раньше, связанного кислорода в организме человека вполне достаточно для синтеза озона и подачи его к любым клеткам.
Синтез озона в природе задача необременительная. Его можно получить тремя способами: первый – облучить радиацией; второй – световой энергией солнца; и, наконец, третий – с помощью электричества. Радиоактивный озон, сами понимаете, может быть изрядно вреден и опасен. Да, и онкологи считают, что при облучении участков опухоли на неё действуют лучи радиации, а по факту, образовавшийся во время экспозиции облучения озон из влажных сред тканей. Сам процесс облучения не то, что мы думаем о нём. Во время экспозиции концентрация озона может кратно превышать или быть слабой для лечебного эффекта. Опухоль начнёт защищаться, рассыпаясь, даст метастазы по всему ходу сосудов. При облучении надо думать не о рентгенах и бэрах, а концентрации озона во время сеанса. Поэтому, облучение опухоли, это скорее «угадайка», а не точно рассчитанные дозы образования озона.
Учёны-онкологи говорят, что раковая опухоль ведёт себя разумно, ну, как муравьи или пчёлы, наверное. Она умело защищается от всех средств уничтожения, придуманных человеком на сегодняшний день. А хирургия, так вобще служит распылением её клеток в организме по ходу сосудов и тканевой жидкости. Редко удаётся локализовать оперируемый участок и остановить такое распыление. Если представить себе опухоль во время любого из известных способов для её уничтожения, то похоже будет на то как пнуть ногой гриб споровик, из которого коричневым облаком будут разлетаться семена, чтобы рассеяться по всей округе. Поэтому, вопрос жизни и смерти - прооперировать раннюю стадию опухоли, ещё не добравшую количественно, чтобы сопротивляться уже всей своей массой. Имея ввиду случайное попадание в сосудистое русло отдельных клеток, назначают после операции химиотерапию и радиотерапию. Так, на всякий случай.
Но если даже здорового человека подвергнуть таким испытаниям, то его здоровье может не дожить до светлых дней, а не то, что уже больного и повреждённого лечением организма.
Пока иного способа ещё не открыли, можно предложить более щадящий и эффективный способ подавления злокачественных образований доставкой озона к больным клеткам.
Полученный озон с помощью ультрафиолетовых лучей спектра солнечного света никак в организм, извините, не «засунешь». Поэтому, такой способ тоже отпадает.
А вот сделать лечебный эффект с помощью электричества вполне подходит, где даже синтез озона в организме, длительность его производства и концентрацию можно поддерживать бесконечно долго. Это тот лечебный препарат, который не имеет срока годности, побочных эффектов, осложнений, противопоказаний и аллергии на него. Ибо он состоит из кислорода, без которого жизни нет.