Из очень-очень раннего.
Одноподъездный девятиэтажный дом одиноко примостился на окраине города. Он как велика выделялся среди хрущевских малышек. Ветер гнал с водохранилища, что находилось всего в нескольких метрах от его могущих стен, прохладный влажный воздух и рой комаров. Привлекательно синела блестящая поверхность, маня свежестью и прохладой.
Рядом сияло изумрудами небольшое кольцо леса. Когда в этих местах он был полноправным владельцем, но сейчас от него осталось лишь несколько десятков деревьев да несколько болотец, пересыхающих в жару.
Стук колес от поездов, ходящих с вокзала по длинным мостам, разносился вокруг, создавая несколько сонную атмосферу. Здесь не было принято спешить . Суета большого города обходила стороной эту часть света…
Вот в таком доме, в этой обстановке, располагалась небольшая уютная квартирка, несколько захламленная и суматошная. В беспорядке разбросаны вещи и пакеты. Кипа бумаг валялась на полу в углу. И без того узкий коридор был заставлен так, что пройти можно было только боком, и то лишь втянув живот. Доски, что когда-то были добротным письменным столом, сиротливо пылились, мешая пройти.
В общем, в квартире полным ходом шел ремонт. Невысокая девушка с озорным рыжим хвостиком встала на носочки: клеить обои – наука несложная, но она ей только училась.
Комната, что подвергалась ремонту, больше напоминала кладбище. Скелеты кроватей оскалились деревянными ртами. Их было две. Они тесно прижимались друг к другу, как влюбленная неразлучная парочка. Больше двенадцати лет они простояли рядом и видели многое: от страшных порывов безудержных ярости до чувственных толчков страсти. Отскакивая от стен и весело перепрыгивая эхом, летала в воздухе музыка.
Девушка беззаботно напевала незамысловатый мотив, энергично работая руками. Работа шла спорно. Блестящие зеленоватые листы клейко ластились к липкой стене. Встала на носочки и энергично начала разглаживать лист: мания на пузырьки преследовала ее уже не первый день. Она старательно выгоняла воздух, наводя красоту в комнате, где возможно ей никогда не придется жить. Стул угрожающе заскрипел и зашатался. Девушка чуть взмахнула руками и засмеялась: легкое возбуждение приятного испуга прошла по венам.
- Осторожно, милая! – воскликнула мама, поддерживая.
- Все нормально, мама! – девушка улыбнулась матери, сверху глядя в ее ясные когда-то ярко-голубые глаза. – Не беспокойся!
Она дерзко блеснула глазами и продолжила работать. Все нужно сделать как можно быстрей! Ее ждет он! Скучает! Наверняка, скучает! Она хочет верить в это! И верить в его нежно-ласковое «Люблю».
Телефон зазвонил неожиданно громко. Девушка резко подпрыгнула, стул жалобно застонал и покосился. Испуганно взлетели ресницы. Отчаянно пыталась удержать равновесие, но… Точка опоры не попадалась. Она падала….
Из темноты вышла толчком. Открыла глаза. Противного серовато-белого цвета потолок. Нужно встать. Она попыталась подняться, но… Руки. Она их не чувствовала… Ноги… Их не ощущала!
Обвела взглядом все вокруг. Мать упала перед ней на колени. Страшное выражение дикого ужаса застыло на ее лице.
- Мама, я впор… - первая волна боли накрыла с головой. Захрипела. Воздух обжег легкие и взорвал все внутри. Она судорожно глотала воздух.
Телефон разрывался от настойчивого звонка. Веселая мелодия резко контрастировала с горькими слезами.
Девушка повернула голову на звук.
- Телефон… - сорвалось с ее губ. Голос медленно затухал. Звуки вырывались с трудом. – Скажи ему… - Тишина. Пауза. Собралась с последними силами. – Что люблю…
Сознание потухло вместе с последним ударом сердца. Ее тело неестественно покоилось на скелетах кроватей-убийц. Красивая и юная.
PS. Вскрытие показало, что полученные травмы несовместимы с жизнью. сломанное при ударе ребро пронзило сердце. Она должна была умереть мгновенно. Чудо, что пришла в сознание, да еще и скала что-то.
А он ждал, что она перезвонит, не зная, что она умерла с его именем на губах.