На районной комиссии по делам несовершеннолетних было принято решение усилить профилактическую работу с неблагополучными семьями. Требовалось показать членам государственно системы профилактики условия жизни подучетных.
Николаю поручили организовать для высокопоставленных участников комиссии рейд по неблагополучным семьям на своем участке, что так же являлось элементом «усиления» работы.
По долгу службы приходилось общаться с очень разными людьми, но что касалось семей — это была отдельная тема. В протоколе на плохих родителей их отношение к воспитанию звучало, как злостное уклонение от выполнения родительских обязанностей, а на простом русском языке это означало беспробудное пьянство, аморальный образ жизни, грязь в жилых помещениях, тараканы, мыши, крысы, соответствующие запахи, букет возможных инфекционных заболеваний… и вот все это надо было продемонстрировать.
Для Николая не требовалось какая-то особая подготовка, обходы подконтрольных семей — это была ежедневная рутина, поэтому организм уже прошел определенную закалку, три раза побывав в инфекционном отделении после общения с родителями-нарушителями. Нос адаптировался к запахам, речь и движения были выверены с учетом обстановки и состояния опрашиваемых. В комиссии были, в основном, представители женского пола- руководители и замы административных учреждений. Их задача заключалась в проведении профилактических бесед с неблагополучными, чтобы те коренным образом поменяли свои устои и образ жизни и сразу принялись усердно воспитывать своих чад.
Первая семья на участке была, можно сказать, не из списка «топ» злостных уклонистов, но основные элементы имели место быть. Комиссия поднялась на пятый этаж и одна из замов на высоких каблуках с шикарным платочком на шее и благоухающим ароматом духов, начала усердно нажимать на кнопку звонка, а потом стучать в дверь- никакой реакции. Николай пояснил, что так здесь никто не откроет, долбанул несколько раз ногой и громко проорал имя хозяйки. Через несколько секунд послышалось шуршание с обратной стороны и слабый голос прохрипел: «Кто там?». «Открывай давай, б…ь, день уже, а ты все спишь», - проорал Николай. «А, это ты Саныч, открываю», - прохрипел голос в замочную скважину. Дверь открылась и на пороге нарисовалась «галантная» дама, взъерошенная, с синяком под глазом, с жутким запахом перегара. Николай любезно предложил членам комиссии пройти внутрь, чтобы сделать осмотр на месте и провести беседу, и в этот момент от шлейфа запахов, потянувшегося их квартиры одной из представительниц на высоких каблуках стало плохо, ее начало тошнить, ее коллега решила проявить заботу и предложила выйти на воздух. Николай стоял с мамашей на пороге квартиры и не понимал, что делать дальше.
Руководители и замы субъектов государственной системы профилактики, опустив головы и прикрыв ладонями нос, друг за другом спускались по лестнице вниз, на выход. «Че, все посмотрели?», - ехидно прохрипела мамаша. «Вечером зайду детей проверить, только попробуй мне нажрись», - парировал Николай.
Он спустился вниз, наблюдая за миловидными дамами, сидящими на лавке, вытирающими платками слезы и пытающимися отдышаться. «Это что, все такие семьи будут у нас сегодня?», - спросила одна. «Будут еще хуже, эта еще более-менее, середнячок», - ответил Николай. «А разве может быть еще хуже?», -спросила вторая. Руководительница команды грозно сказала, что необходимо посмотреть еще 2–3 семьи и провести беседы, потому что это их работа, но они не будут более подниматься в квартиры. Глава комиссии посмотрела на Николая и предложила ему решение, что он должен будет вывести родителей на улицу, а там уж их воспитают.
По результатам рейда была составлена справка-отчет, который раскрывал, как члены комиссии мудро наставляли «на земле» неблагополучных родителей и как те правильно реагировали и сразу после этого бросали пить и бежали устраиваться на работу. Николай слышал, что авторы и редакторы справки получили премии и грамоты за результативный рейд, но только вот Юлька- мать из той первой квартиры к вечеру опять напилась, а ее дети седели на лавке во дворе голодные и что с этим можно сделать, Николай не знал.