На старом городском кладбище стояла глубокая непроницаемая тишина, отчего складывалось впечатление, будто все оно было накрыто каким-то огромным прозрачным куполом. Поскрипывания деревьев, редкие крики птиц, звуки шагов немногочисленных посетителей - все эти звуки исчезали так же неожиданно, как и появлялись. Не привыкшему к такой тишине Олегу казалось, будто он находится под водой или где-то далеко в космосе, и что уши его вот-вот лопнут от этого необычного и даже зловещего безмолвия. Он стоял возле двух высоких песчаных холмиков, под которыми покоились его самые близкие люди и пытался развеять тишину неразборчивым бормотанием.
Два холмика, два креста, один большой, другой чуть поменьше. На фото, прикрепленном к большому кресту, была изображена красивая молодая женщина, которая грустно улыбалась и смотрела со снимка задумчивым взглядом.
«Тихомирова Ольга Сергеевна» - было написано чуть ниже.
На маленьком кресте было фото совсем маленькой девочки, лицо которой было серьезным и даже строгим.
«Тихомирова Света» - гласила надпись.
Жена и дочь. Две слишком рано оборвавшиеся жизни. Олег посмотрел на лежащие у подножий крестов цветы и вытер бежавшую по щеке слезу. Прошел уже год с того самого дня, как его семья погибла в автокатастрофе, а боль в душе так и не унималась. Те, кто говорили, что время лечит, нагло врали.
- А я тут уезжать собрался, - тихо сказал Олег, присев на низенькую лавочку. - Не то чтобы далеко, но и не близко. Тут в четырех часах езды поселок есть, хорошее, тихое место. Буду там жить и работать. А сюда, наверное, больше не вернусь.
Он поднялся, стряхнул с рукава куртки паучка и грустно улыбнулся.
- Ну вот и все, - шепнул он, опустив голову. - Пора мне. Как-нибудь еще вас проведаю. Простите меня... за все.
Олег махнул рукой и пошел к выходу, сунув озябшие руки в карманы и сгорбившись так, будто на плечах у него лежал тяжелый, мучительный груз.
Старое, давно не ремонтированное шоссе проходило мимо огромных, заросших бурьяном полей, на которых паслись коровы, мимо маленьких, полупустых деревенек, мимо неизвестно кем и неизвестно для чего построенных и ныне заброшенных зданий. Но очень скоро все они сменились темной стеной леса, и сидевший за рулем Олег больше не видел ничего, кроме огромных хвойных деревьев, которые стояли так тесно, что даже яркое летнее солнце не могло проникнуть под их кроны. Олег слегка опустил стекло и в лицо ему тут же ударил свежий, пропитанный запахами смолы и трав воздух. Стараясь держать микроавтобус как можно ровнее на разбитой дороге, Олег очень скоро утомился и захотел пить. Как назло, вода в бутылке уже закончилась, а вокруг не было ни малейшего намека на какой-нибудь придорожный магазинчик или заправку. Мысленно чертыхнувшись, Олег вытер взмокший лоб и облизал пересохшие губы. Ехать до поселка оставалось еще добрых полчаса.
Минут через десять, к большому облегчению Олега, лес снова сменился полем, и вокруг стали появляться признаки жизни. Тут и там были разбросаны небольшие, кособокие домишки, кирпичные гаражи, длинные, похожие на вкопанные в землю бочки лесопилки. Наконец, в поле зрения Олега появился магазин - большое одноэтажное здание с выцветшей вывеской, говорящей о том, что внутри продаются продукты. Остановив машину прямо возле входа, Олег чуть ли не бегом направился внутрь и тут же вышел наружу, держа в руках две бутылки прохладной, освежающей минералки. Откупорив одну бутылку, Олег долго пил, запрокинув вверх голову и любуясь безмятежным июльским небом.
- Слышь, мужик, ты случайно не в Красный Бор едешь? - услышал он вдруг негромкий, хрипловатый голос.
Олег повернулся и увидел сидевшего возле магазина мужчину, возраст которого трудно было определить на глаз. Одет незнакомец был весьма не броско - в полинялую футболку и камуфляжные штаны, которые были заправлены в берцы. Лицо мужчины было заросшим густой щетиной, отчего казалось слегка отталкивающим и неприятным.
- В Красный бор, - ответил Олег на его вопрос, утвердительно кивнув. - А что?
- Ну, коли так, может подбросишь? - мужчина поднялся и направился к Олегу. - Я тут уже час автобус жду и никак не дождусь. Знал бы, так пешком бы давно дошел.
Олег снова кивнул и махнул рукой.
- Садись, - сказал он, забросив на заднее сиденье бутылки и залезая за руль. - Только у меня тут ремень безопасности порван, накинь его так на себя, чтобы с гаишниками проблем не было.
Мужчина тут же уселся рядом и усмехнулся.
- Тут гаишники такая же редкость, как и северное сияние, - сказал он, потирая загорелую шею. - Тут ты их точно не найдешь, ближайший ихний пост за сорок километров отсюдова. Ну что, поехали, что ли?
- Поехали, - хмыкнул Олег, заводя мотор.
Некоторое время они ехали молча, обмениваясь лишь короткими взглядами. Потом попутчик, видимо устав от долгого молчания, вытащил из кармана пачку сиг*рет.
- Можно?
- Кури… - сказал Олег.
- А меня Серегой звать, между прочим, - сказал он, вольготно развалившись в кресле. - А тебя?
Олег представился без всякого энтузиазма. Разговаривать за рулем он никогда не любил, это сильно отвлекало и нервировало.
- А ты за чем в Бор-то едешь? - спросил Серега, выдыхая дым Олегу в лицо. - По виду-то ты вроде не местный.
Олег, сообразив, что от собеседника так просто не отделаться, решил поддержать зарождавшуюся беседу.
- Ну, скоро стану местным, - ухмыльнулся он. - Домик я там купил недавно. Теперь вот переезжаю, последние вещи перевожу. Ты, кстати, может чего интересного о поселке расскажешь?
Серега докурил и тут же достал новую с*гарету. Давно бросившему кур*ть Олегу табачный дым был неприятен, и он то и дело отмахивался от него, но попутчика это ничуть не смущало.
- А что тут рассказывать, - поморщился Серега, обнажив желтые зубы. - Поселок как поселок. Глушь, конечно, хотя и не совсем. Есть поликлиника, больница, дом культуры, в общем все, как положено. Магазины тоже имеются, так что от дефицита пока не страдаем. С работой вот только туговато, в последнее время все позакрывалось. Был мясокомбинат - теперь нету, была мебельная фабрика - тоже закрыли к чертовой бабушке. Из всего былого изобилия только пекарня да молочная ферма кое-как держатся, да и то со скрипом. Так что с работенкой у нас напряженка, имей это в виду.
- Я насчет этого не беспокоюсь, - невозмутимо сказал Олег. - Работенка у меня уже имеется. Я у вас педиатром трудится буду. У вас, вроде как, долгое время проблемы с этим были, так вот теперь они закончились.
- Да у нас со многим проблемы. - Серега сплюнул и выбросил бычок. - А ты что же, один сюда или с семьей?
- Один.
- А семья что?
- А нет семьи... - Олег отвернулся и сделал вид, что смотрит в зеркало. - Погибла семья, год назад. Автобус влетел в бензоколонку, пять человек погибли. Жена и дочка в их числе. Вот так...
- А-а-а, вон оно что, - скорбно протянул Серега. - Да, слыхал я про это. Страшное дело было. А у меня тоже первая жена два года назад умерла. Рак у нее был. Раз - и все, за полгода сгорела. Ну, я с годок погоревал, да и снова женился. Жизнь-то, брат, продолжается. Живые-то завсегда к живым тянутся, а мертвым - вечная память.
Снова наступила тишина. На этот раз Серега продержался чуть подольше, но снова его болтливый язык не дал ему покоя.
- А ты где дом купил? - спросил он.
- На Пушкина, - ответил Олег. - Дом двадцать три. У вдовы Пауковой.
Лицо Сереги вытянулось от удивления. Он вытащил третью сигар*ту и зажег ее.
- У Пауковой? - переспросил он как бы с недоверием. - Ох нехорошее место, слухи про него всякие ходят. Нет, дом, конечно, хороший, Володька с сыном его зашибись отделали. И водопровод, и кочегарка, и баня новая. Только вот...
- Что «только вот»? - перебил его Олег.
- Да как тебе сказать... Дурной дом-то в итоге получился. Володька... ну, в смысле Пауков Владимир, участковый наш бывший, застрелился там. Пришел домой с работы, заперся в чулане, да прямо из табельного и застрелился. Зачем, почему - никто не знает. Он даже записки никакой не оставил. А через полгода там же, в этом же чулане его сын Илья помер. Молодой парень, тридцать с небольшим лет, ты представляешь? Зашел в чулан, да и упал. Врачи сказали, что тромб в голове оторвался. А с виду он такой бугай был, что и не скажешь, будто с ним что-то не в порядке было. А потом и вдовушка Володькина тоже вроде как сбрендила слегка и уехала к дочери в другой город. А домик, стало быть, тебе сбагрила.
- А по ней и не скажешь, что она сбрендила, - усмехнулся Олег. - Рассудительная, деловая женщина. Между прочим, всю бумажную волокиту на себя взяла.
- Да это она из-за того, что от дома хотела побыстрее отделаться. Она баба хитрая. Так что ты смотри, я тебя предупредил.
Олег засмеялся и кивнул.
- Ладно, буду иметь в виду, - отозвался он. - Только я вот материалист, знаешь ли. В сказки давно верить перестал.
- Это не сказки, - обиженно заявил Серега. - Вот начнет тебя Володькин призрак по ночам мордовать - тогда и посмеешься. Ты вот чего - сходи к нашему попу, отцу Николаю. Он мужик толковый, супротив чертей первый человек на деревне. Он даже белую горячку лечит. Он тебе, если что, дом освятит, и все будет шито-крыто.
- Ладно, спасибо за совет, - продолжал смеяться Олег. - Ой, не могу я. Черти, попы. Средневековье какое-то!
Серега снова обиженно надулся и замолчал, на этот раз надолго. Когда микроавтобус въехал в поселок, он попросил Олега остановить возле вокзала и выпрыгнул из машины.
- Ну, бывай, новосел, - сказал он, махнув рукой. - Ежели что, заглядывай в гости. Я на Парковой живу, дом четыре. Найдешь, не заблудишься.
- Бывай, - ответил Олег. - Всего доброго.
Он снова тронул машину и свернул в узенький переулок.
Дом вдовы Пауковой, а ныне принадлежавший Олегу, снаружи не представлял собой ничего особенного. Это был обычный деревянный одноэтажный дом с мезонином, обложенный белым кирпичом и двумя большими наружными пластиковыми окнами. Во двор вели высокие кованные ворота, украшенные затейливыми дубовыми листьями, сделанными из бронзовых пластинок. Скрытый за ними двор был просторным и ухоженным, с клумбами, двумя небольшими беседками и маленьким плетеным заборчиком, за которым был разбит большой сад. Внутри дом выглядел большим и светлым; тонкие перегородки разделяли помещение на четыре комнаты - гостиную, кухню, спальню и ванную, совмещенную с туалетом. Также к дому прилегали просторные сени, которые из-за небольшого внутреннего окошечка были погружены в сумрак и тот самый чулан, в котором, если верить Сереге, расстался с жизнью прежний хозяин дома. Чулан этот был заперт на небольшой замок, и Олег не стал его открывать, а прошел мимо, держа в руках огромную коробку с вещами. Это была последняя коробка из четырех, и Олег, поставив ее на пол, устало сел на диван. Он, как и еще кое-что из мебели, остался в доме после продажи. Вдова не стала забирать свою мебель и Олег приобрел ее за символическую сумму, надеясь впоследствии найти ей какое-нибудь применение или попросту от нее избавиться.
Весь оставшийся день и вечер Олег наводил в доме порядок - стирал накопившуюся за несколько месяцев пыль, мыл полы, чистил окна, проветривал дом. Уборку он закончил уже ближе к полуночи и, сидя с чашкой чая на кухне, старался заметить что-нибудь свидетельствовавшее о присутствии в доме потусторонних сил. Увы, ничего интересного не происходило: из чулана за все это время не донеслось ни единого звука, лампочки не моргали, никто не стонал и не охал. Лишь временами из-за холодильника слышалось мышиное шебуршание и в стенах постукивали прятавшиеся там жуки-точильщики. Устало зевнув, Олег неторопливо допил чай, доел остывший ужин, сложил всю грязную посуду в раковину и лег на свой мягкий диван. Уснул он мгновенно, едва коснувшись щекой подушки, и проспал без каких-либо сновидений до самого утра.
Появлению в поселке педиатра местное население очень обрадовалось. Еще бы: теперь не нужно было тратить время, деньги и нервы, чтобы съездить в город; и к тому же Олег был настоящим профессионалом, у которого за плечами было почти десять лет стажа. Но не только его профессиональные качества и деликатность заставляли женщин вести к нему на прием своих чад. Олег был одинок, весьма симпатичен и обходителен, и это сразу оценили все незамужние женщины поселка. Их в Красном Бору было имелось в достатке. Все они то и дело захаживали в детскую консультацию якобы за советом, а на деле же пытались подбить к Олегу клинья, и порой делали это так неумело, что Олег волей-неволей над этим открыто иронизировал. Так, например, работница молочной фермы Елена принялась чуть ли не каждый день носить Олегу обед, отчего тому приходилось скрываться в своем кабинете и делать вид, что он спит и не слышит настойчивого стука в дверь. Не отставала от Елены и молодая бухгалтерша Юлия, которая, будучи в разводе, активно искала себе нового спутника и отчима для своего двухгодовалого сына Гриши. Она тоже постоянно ошивалась в консультации и строила глазки Олегу, и порой ее флирт выходил далеко за рамки приличия. То она демонстративно поправляла чулки и закидывала ногу на ногу, нескромно отсвечивая нижним бельем, то едва не падала в объятия к Олегу, который, несмотря на все попытки его соблазнить, держался стоически.
- Наверное, придется заключить фиктивный брак, - шутил он, попивая кофе с пожилой медсестрой Анной Викторовной, которая тоже была не в восторге от всех этих выходок. - Осталось только найти кандидатку на роль жены.
- Тут такой трюк не прокатит, - вздыхала умудренная жизненным опытом Анна Викторовна. - Все всех знают, как облупленных. Враз все поймут. А про вас всякие нехорошие слухи пустят, это они тоже могут. Скажет какой-нибудь дурак, что у вас ориентация не та или что вы больны по мужской части - и привет. Заклюют вас.
- Да уж лучше пусть так, чем смотреть на это непотребство, - размышлял вслух Олег. - Пускай болтают, что хотят. Мне-то от этого ни жарко, ни холодно. Я толстокожий.
Анна Викторовна качала головой, выражая свое несогласие.
- Толстокожий вы или нет, а гадости за спиной выслушивать приятного мало. Вы просто шлите их прямым текстом, да и все.
Но слать посетителей прямым текстом воспитанный и тактичный Олег не мог, и потому продолжал работать, как ни в чем не бывало. И вскоре судьба подарила ему отличный шанс избавиться от назойливых поклонниц, не прибегая при этом к радикальным мерам.
Каждый раз, заходя после работы в небольшой магазинчик с романичным названием «Лагуна», Олег встречался с Лизой - молодой симпатичной продавщицей, которая улыбалась всем без исключения покупателям, и только Олегу ее улыбка казалась необычно красивой.
Он подолгу смотрел в голубые, словно весеннее небо глаза Лизы и не мог оторвать взгляда, отчего продавщица сильно смущалась и первой отводила взгляд. То, что Олег всякий раз попадал в ее смену, он ничем объяснить не мог, и только радовался тому, что судьба делает ему такие подарки.
- Дяденька, дяденька, возьмите котенка, - воскликнула какая-то подбежавшая к Олегу девчушка лет шести, когда тот однажды вышел из магазина. - Глядите, какой он красивый!
Она протянула Олегу совсем крошечного, едва открывшего глаза котенка и тот осторожно взял его за загривок.
- Красавец, спору нет, - с улыбкой согласился Олег. - Только мне-то он зачем? У меня на кошек аллергия. Да и мышей у меня нет, я всех потравил. Почему бы тебе не оставить его себе?
Девочка вздохнула и пожала плечами.
- Мне мама не разрешает завести котенка, - ответила она. - Я по-всякому уговаривала, а она ни в какую. Тут на стройке кошка целых шесть штук родила, почти всех разобрали, а этот остался. Я его домой принесла, а мама велела мне отнести его обратно.
Олег почесал котенку за ухом и тот, несмотря на свой маленький размер, громко замурлыкал. Раздумывая над тем, что делать с ним и девочкой, Олег не заметил, как дверь магазина распахнулась и из нее вышла Лиза.
- Опять ты с этим котенком, Даша, - сердито сказала она, присаживаясь перед девочкой на корточки. - Ну сколько раз я тебе говорила, чтобы ты с ним не таскалась. Он уличный, грязный, весь в блохах, и вполне может быть, что у него лишай. Ты что, хочешь подцепить какую-нибудь заразу и все лето проваляться в больнице?
Даша мотнула головой и громко всхлипнула.
- Я его дяденьке отдала, - сказала она плаксиво.
Лиза посмотрела на Олега и улыбнулась своей красивой белоснежной улыбкой.
- Это моя дочка Даша, - объяснила она, опустив глаза. - Вечно бегает где-нибудь поблизости, когда я на работе. Раньше за ней бабушка присматривала, а теперь ее не стало и...
Она умолкла, видимо поймав себя на мысли, что болтает слишком много и покраснела. Олег положил спящего котенка на ладонь и погладил его пальцем.
- Мне кажется, Даше этот красавчик очень нужен, - сказал он, подмигнув девочке. - Разрешите ей его взять. Пусть нянчится, так хоть ей не скучно будет. Я тоже в детстве любил возиться со всякими зверушками. Чихал, плакал, а все равно возился.
- Да, мамочка, можно я его возьму? - взмолилась Даша, сложив руки. - Я его так и назову - Красавчиком. Гляди, какой она красивый!
Она взяла котенка в руки и продемонстрировала его матери. Лиза с минуту молчала, посматривая то на котенка, то на дочь, то на Олега.
- Ладно, отнеси его домой и накорми чем-нибудь, - наконец сказала она. - И из дома больше ни ногой. Я приду через пару часов.
Даша встретила слова матери бурными аплодисментами, после чего схватила котенка и убежала. Олег и Лиза остались стоять возле входа в магазин и смотрели ей вослед.
- Хорошая у вас дочка, - произнес Олег, кашлянув кулак. - Чем-то на мою Свету похожа. Впрочем, все дети похожи друг на друга.
- У вас есть дочка? - спросила Лиза.
- Как вам сказать... - Олег грустно взглянул на нее и лицо его мучительно исказилось. - Теперь уже нет. В общем, это очень печальная история. Не думаю, что вам она будет интересна.
Лиза поправила свою синюю форму и понимающе кивнула.
- Вообще-то, я не прочь выслушать ее, - сказала она тихо. - Конечно, если вы захотите ее рассказать. Может быть, когда я освобожусь...
Лицо Олега просияло, болезненная бледность на нем сменилась легким румянцем.
- Когда освободитесь, заходите ко мне в гости, - тут же предложил он. - Я живу на Пушкина, дом двадцать три. Приходите вместе с дочкой, я буду рад.
- О, это дом вдовы Пауковой? - изумленно спросила Лиза. - Так это вы его купили?
- Так точно. Вообще-то, это самый обычный дом. Так что, вы зайдете?
Лиза кивнула.
- Ну, мне пора, - сказала она. - До закрытия еще полтора часа. А завтра... Мы придем.
- Буду ждать.
Олег улыбнулся и, нехотя развернувшись, побрел прочь от магазина. Пройдя десяток шагов, он обернулся назад, но Лизы уже не было.
Лиза и Даша так часто бывали в гостях у Олега, что все его соседи решили, у них закрутился роман, и слухи об этом стремительно расползлись по всему поселку. Олега это не смущало; наоборот, он был рад тому, что внимание к нему женского пола сошло на нет, а вот у Лизы дела обстояли несколько иначе. Злые языки, коих в поселке, к сожалению, было достаточно, болтали о том, что Лиза захомутала заезжего врача, и что теперь Олегу придется держать на своей шее чужого ребенка. Иногда, стоя за прилавком, Лиза ловила на себе завистливые взгляды покупательниц, которые едва сдерживали свою граничащую с ненавистью неприязнь. Лиза же держалась как могла и по-прежнему улыбалась каждому, кто заходил в магазин. Смотреть на мир с улыбкой Лизу научила ее покойная мама, которая тоже воспитывала дочь в одиночку. Так, утверждала она, мир выглядит чуточку светлее, чем он есть на самом деле.
- Похоже, твоя мама была весьма мудрой женщиной, - как-то раз заметил Олег, когда они с Лизой сидели в беседке и пили чай. - А я свою совсем не помню. Она умерла, когда мне было четыре. Я вырос с отцом. Он частенько напивался, но всегда держал себя в руках. Только часто плакал, когда я засыпал. Он очень страдал от одиночества.
- А ты? - спросила Лиза, внимательно посмотрев ему в глаза. - Разве ты не страдаешь от него же?
Олег пожал плечами.
- Не знаю, я как-то не задумывался. Я вообще стараюсь ни о чем не думать, кроме работы. Хотя иногда, по ночам, в тишине, в голову все же приходят кое-какие мысли... Болезненные мысли. Мысли о том, что все могло бы быть иначе.
Лиза положила свою тонкую, прохладную руку на руку Олега и слегка погладила ее пальцами.
- Иногда мы получаем еще один шанс, - улыбнулась она. - Еще одну попытку. Тебе так не кажется?
Олег положил сверху вторую руку и улыбнулся в ответ.
- Как знать, - ответил он. - Судьба меня никогда особо не баловала.
- Возможно, сейчас она сделала исключение, - загадочно произнесла Лиза. - Для нас обоих.
Лето приближалось к концу. Окружавшие со всех сторон поселок леса стремительно желтели, ночи становились все длиннее и холоднее. Солнце почти не появлялось; каждый день с неба сыпал противный мелкий дождь, который стучал по крышам машин и зонтам идущих по улицам людей. Все чаще к Олегу обращались пациенты с простудой, и он, на себе испытывая надвигавшуюся осеннюю хандру, без всякого энтузиазма осматривал их, прописывал нужные лекарства и давал однотипные советы. Поселок медленно погружался в обычную для этого времени года дрему.
Но неожиданно, в последнюю неделю лета, поселок вдруг загудел от громкой новости - пропал мальчик Степа, десяти лет от роду, предположительно заблудился в лесу. Почти сразу были организованы поиски, в поселок съехалась целая куча полицейских, волонтеров, добровольцев-следопытов из соседних населенных пунктов; все они сутки напролет без сна и отдыха бродили по окрестностям, пытаясь найти Степу или хотя бы его следы. Но, несмотря на шумиху, произошло еще одно исчезновение - на этот раз пропала ровесница Степы Маша, которая отправилась покататься по лесу на велосипеде. После этого весь поселок оказался не на шутку перепуган; все обсуждали случившиеся за несколько дней исчезновения и боялись выпускать детей одних на улицу. Заговорили о маньяке, заведшемся в поселке, а кое-кто грешил на появившуюся в лесу нечистую силу. Тут же вспомнили и о печально известном участковом Паукове, который покончил с собой в собственном чулане.
- Граждане, сохраняйте спокойствие! - Олег пытался угомонить разгоряченных мамаш, которые говорили так громко, что их возгласы слышались даже из-за плотно закрытой двери.
- Вам легко говорить, у вас детей нет! - возбужденно воскликнула какая-то дамочка. - А мы боимся и за себя, и за своих деток!
Олег наградил ее сердитым взглядом и щелкнул пальцами.
- Вы мешаете мне работать, - повысил он голос. - Здесь вам не базар и не пивная! Хотите поговорить - идите на улицу.
Он погрозил всем пальцем и вошел обратно в кабинет, снова плотно затворив за собой дверь. Какое-то время стояла долгожданная тишина, но вскоре крики из-за двери послышались вновь, на этот раз усилившись.
- Куда без очереди-то? - кричал кто-то. - Не пущу!
- Уйдите с дороги, у меня срочное дело, - слышалось в ответ. - Да уйдите же вы!
Крики сменились какой-то возней, и Олег, испугавшись того, что в коридоре началась драка, подскочил к двери и распахнул ее. Увидев, что несколько женщин удерживают рвущуюся в кабинет Лизу, Олег пронзительно свистнул и хлопнул кулаком по спинке стула.
- Молчать всем! - зарычал он, пресекая творившееся на его глазах безобразие. - Вы что себе позволяете? Мне что, наряд сюда вызвать, чтобы вас угомонить?
Он подбежал к плачущей и растрепанной Лизе и, подхватив ее под руку, повел к себе в кабинет.
- Ишь, любовницу завел, - фыркнула одна из женщин, когда дверь закрылась. - Ни стыда, ни совести у людей. Совсем не скрываются от общественности.
Олег уже не слышал этих слов. Он усадил Лизу на кушетку и налил ей воды. Лиза одним махом осушила стакан и едва не выронила его из рук.
- Даша пропала, - сообщила она, дрожа всем телом.
- Как это - пропала? - не поверил своим ушам Олег.
- Вот так пропала. Я проснулась, а ее нигде нет. Ни дома, ни в огороде, ни на улице. Никто ее сегодня не видел. Господи, ну почему и она тоже?..
Лиза зарыдала, закрыв лицо руками, и Олегу пришлось потрудиться, чтобы ее успокоить.
- Так, ты пока ступай домой и жди меня, - сказал он, вытирая ей лицо носовым платком. - Я сейчас закончу здесь все дела и сразу же приеду. Мы что-нибудь придумаем и найдем Дашу. Ты меня поняла?
Лиза кивнула и вышла из кабинета. Олег проводил ее до лестницы и вернулся обратно.
- На сегодня все, - объявил он во всеуслышание. - Прием окончен.
И, не произнося больше ни звука, скрылся за дверью.
Через полчаса Олег был уже у себя дома и готовился к поискам Даши. Облачившись в старую армейскую куртку, он бегал по дому и бросал в рюкзак все необходимые вещи. Так туда отправились моток веревки, охотничий нож, большой фонарик с запасными батарейками, компас, пачка сушеного мяса, вода, две старые рации и коробку охотничьих спичек. Когда все необходимое было собрано, Олег вдруг вспомнил о главном - подробной карте здешних окрестностей. Их Олег знал плохо; за те два месяца, что он пробыл здесь, он никогда не углублялся далеко в лес и не знал никаких маршрутов. Отправляться на поиски вслепую было глупо - Олег рисковал потеряться так же, как и Даша, которую он намеревался искать.
Неожиданно Олега озарила вселяющая надежду мысль, и он, улыбнувшись ей, бросился к двери, ведущей в чулан. Та была по-прежнему заперта; Олег двумя сильными ударами рукояткой ножа сбил маленький замок и вошел внутрь. Чулан встретил его темнотой и запахом старой бумаги. Олег нашарил на стене выключатель и нажал на него. Под потолком тут же вспыхнула старая тусклая лампочка и залила все вокруг желтым мерцающим светом. Олег постоял с минуту, внимательно рассматривая все, что его окружало. Какие-то большие мешки, сваленные на полу, две огромных коробки с газетами и журналами, старый милицейский китель на стене, пыльные мягкие игрушки и другая рухлядь. Олег щелкнул фонариком и подошел к одной из коробок. Достав из нее подшивку старых местных газет, он оторвал одну из общей стопки и принялся читать.
- «Успехи колхоза имени Кирова за семьдесят четвертый год», - произнес он вслух, бегая глазами по строчкам. - Так, это нам ни к чему... «Милиция накрыла банду браконьеров»... тоже мимо. «Победы наших школьников на всесоюзных олимпиадах»... да что же такое-то!
Он убрал газету в сторону и тут же оторвал другую, чуть посвежее, за девяносто третий год. Олег бегло осмотрел первую полосу, перевернул страницу и нашел кое-что интересное.
«Заброшенные ракетные шахты близ поселка представляют угрозу для населения, - снова прочел он вслух. - Местные власти игнорируют просьбы об их консервации». Вот же зараза!
Дальше статью прочитать было невозможно из-за огромной кляксы. Олег отшвырнул газету и выбежал из чулана. На ходу набросив рюкзак, он выскочил из дома и запрыгнул в машину. В кармане куртке завибрировал телефон. Звонила Лиза.
- Уже еду, - крикнул Олег в трубку. - Сейчас буду у тебя.
Он завел мотор и вырулил из ворот на улицу.
- Ты что-нибудь знаешь о старых ракетных шахтах? - спросил Олег у Лизы, когда они вместе въехали в лес.
- О ракетных шахтах?
- Да, о шахтах. - Олег внимательно следил за ухабистой дорогой, не давая машине съехать в колею. - Я нашел у себя старые газеты, и там говорилось об этих самых шахтах. Где они?
Лиза наморщила лоб и зажмурила глаза.
- Да, точно, есть здесь шахты, - наконец вспомнила она. - Они глубоко в лесу, примерно в пяти километрах отсюда. Как-то в детстве я бывала там с друзьями, но внутрь мы никогда не залезали. Жуткое место. А почему ты думаешь, что дети именно там?
Олег дал газу и фургон пролетел через огромную лужу, подняв высокие брызги.
- Дети всегда лезут в такие места, - ухмыльнулся он. - Их к ним как магнитом тянет. А может, их туда кто-нибудь затащил. В любом случае, мы должны их проверить. Ты помнишь дорогу?
Лиза кивнула и стала указывать путь. Сначала микроавтобус свернул на узенькую, заросшую папоротником тропу, потом углубился под своды согнутых ветром сосен, затем снова вынырнул на открытую местность и вновь скрылся в лесу. Олег, чертыхаясь, провел машину по старому, полуразвалившемуся деревянному мосту, который в любой момент грозил обрушиться в реку и, миновав его, затормозил у глубокого заросшего оврага.
- Дальше придется идти пешком, - сказала Лиза. - Шахты в овраге, вон за теми деревьями. Видишь те бетонные плиты?
Олег присмотрелся и увидел сваленные в кучу, позеленевшие от времени глыбы.
- Значит так, - произнес он, вытаскивая рюкзак. - Ты оставайся в машине и не выпускай из рук рацию. Если я что-нибудь найду, то сразу тебе сообщу. Когда услышишь мой голос - нажимай вот на эту кнопку и отвечай. Все понятно?
Лиза кивнула и сжала рацию руками.
- Осторожнее там, - напутствовала она.
Олег улыбнулся и подмигнул ей в ответ.
Попасть в шахты можно было двумя путями. Первый путь пролегал через зияющую в земле дыру, которая пугала своей непроглядной чернотой. Второй был куда надежнее - всего-то нужно было спуститься по лестнице в небольшой бункер и выйти через массивную гермодверь в просторный ангар, из которого во все стороны расползались ветки шахт. Олег воспользовался вторым путем и вскоре находился в железо-бетонном лабиринте, на ходу решая, что делать дальше.
- Даша! - крикнул он, и эхо тут же разметало его голос по всем закоулкам этого зловещего подземного каземата. - Даша, ты где? Это я, дядя Олег!
Он свернул в первый попавшийся на глаза туннель и пошел по нему, освещая себе путь фонариком. Стояла гробовая тишина, которую нарушали лишь звуки шагов и капающей откуда-то сверху воды. Но вдруг к ним прибавились еще какие-то странные звуки, и Олег остановился.
- Даша! - снова позвал он. - Ты здесь?
С минуту было тихо, затем послышался слабый далекий отклик. Олег со всех ног бросился на него, перепрыгивая через валявшийся на полу хлам.
- Помогите! - раздалось где-то совсем рядом.
- Молчать! - тут же рявкнул кто-то в ответ.
Олег остановился возле покореженной двери и привалился к стене. Заглянув внутрь через небольшое окошечко, он увидел трех сидевших на полу детей и стоявшего возле них Серегу с ружьем в руках.
- Слушай, Серега, - начал Олег, стараясь говорить как можно спокойнее. - Не знаю, что ты задумал, но думаю, что это хреновая идея. Лучше отпусти детей, и все будет хорошо.
- Да пошел-ка ты, - выкрикнул Серега, держа дверь на мушке. - Отсюда никто живым не выйдет!
Он демонстративно выстрелил, и эхо разнесло хлопок по всему подземелью. Дети тут же заплакали и заерзали на полу. Олег выдохнул и достал из рюкзака нож. У Сереги была двустволка, и если он выстрелит снова, то Олег успеет ворваться внутрь и ударить его ножом. Оставалось только спровоцировать его на этот выстрел.
- Серега, давай посидим, поговорим, - сказал Олег, двигаясь к двери. - Ты расскажешь, что случилось, а я тебя выслушаю. Я умею слушать. У тебя какая-то проблема, верно?
- Ты моя проблема, - крикнул Серега, снова вскидывая ружье. - Вали отсюда, пока я тебе мозги не вышиб!
- Ну зачем ты так, Серега, - выдохнул Олег, готовясь к броску. - Помнишь, как мы славно поболтали по дороге. Я думал, что ты нормальный мужик, а ты, оказывается, дерьмо и трус. Ну зачем тебе дети?
Серега замешкался и Олег, воспользовавшись этим, кинулся на него и уд*рил нож*м в плечо. Серега заревел от боли, отшвырнул Олега и выстрелил. Пуля угодила Олегу в ногу; он тоже вскрикнул, но сумел оттолкнуться здоровой ногой от пола и навалился на Серегу. Уронив его, Олег схватил валявшийся поблизости булыжник и огрел им Серегу по голове. Дети перестали плакать и следили за схваткой двух мужчин, прижавшись друг к дружке.
- Ну все, все, - сказал Олег, подползая к ним. - Мы победили. Теперь все будет хорошо.
Он вытащил из кармана рацию и поднес ее к губам.
- Лиза, я нашел их, - сказал он, морщась от боли. - Даша со мной. Теперь нам нужна твоя помощь. Мне... нужна твоя помощь. Сообщи всем, чтобы двигали к нам.
Он привалился к стене и закрыл глаза. Простреленная нога горела огнем, а к горлу подкатывала тошнота.
- Ну что, герой, а вот и мы, - сказала Лиза, входя в палату к Олегу. - Принесли тебе гостинцев. Ну, и как твоя нога?
Олег вытащил из-под одеяла забинтованную ногу и ткнул в нее пальцем.
- Пока никак, - ответил он. - Болит немного и чешется. Но, самое главное - колено не задето, а это уже хорошо. Иначе остался бы на всю жизнь хромым.
Он улыбнулся Даше и мягко пожал ее руку. Девочка положила на одеяло целый ворох желтых листьев и подмигнула Олегу.
- А с Серегой что? - спросил Олег, устраиваясь на койке. - Какого хре... извиняюсь, какого лешего он все это затеял?
Лиза вздохнула и развела руками.
- Больной он, - ответила она. - На всю голову. Сейчас его на обследование увезли. Будут решать, что с ним делать?
- А где он тогда ружье взял? - недоуменно спросил Олег. - И что его жена об этом думает?
Лиза как-то странно посмотрела на него и усмехнулась.
- Да нет у него никакой жены, - ответила она. - Он всю жизнь с матерью прожил. А насчет ружья не знаю. Может, в лесу нашел, а может, купил у кого-нибудь. Ты лучше скажи, когда тебя выпишут?
Олег посмотрел в потолок и загнул несколько пальцев.
- Дней через пять, наверное, - улыбнулся он. - А что?
Лиза приобняла Дашу и посмотрела на дочку.
- Мы тебя ждем, - пропищала Даша, смущенно отводя взгляд. - Мы тебя очень любим, дядя Олег!
Олег расхохотался и протянул к ним руки.
- И я вас тоже, - шепнул он, заключая их в объятия.
В Красном Бору осталось еще немало тайн. Застрелившийся участковый, заброшенные ракетные шахты, неожиданно спятивший Серега - все они так и остались для Олега нераскрытыми. Но одно он знал точно - в этом наполненном секретами поселке он нашел сразу двух людей, которые любили его, и которых любил он сам. А что до остального... Олег усмехнулся и посмотрел в окно, на пожелтевшие деревья. В конце концов, тайны рано или поздно перестанут быть тайнами. Когда-нибудь, Олег обо всем узнает.
А пока ему сильно хотелось спать.
Автор: Антон Марков