В опустевшем храме, словно шелест времен, то и дело разносились чьи-то голоса. Незнакомые, неясные, но живые. Иринка верила – это говорят Святые Угодники, перешептываются, обсуждают услышанное от сельчан. Сейчас они смотрели на нее с удивлением и интересом – что скажет эта девочка в темном школьном платье. У нее непокрыта голова и голые ноги с избитыми в кровь коленками. И неловкая свечка в руках. Иринка переминалась, нерешительно поглядывая то на высокий купол, то на строгие лики. У некоторых еще стояли, дотлевая после службы тоненькие, остро пахнущие медовым лугом, свечи. Совсем такие, как держала она в руках. Она взглянула на свечу – та потерлась и изогнулась в ее горячих и потных ладошках. Пройдя к одной из икон – самой доброй, со склоненной к младенцу прекрасной женщиной, она зажгла свою свечу об огарок чужой свечи и, налив немного воска в подсвечник, поставила. Оранжевое пламя. Иринка наблюдала за хлипким, но таким настырным серым дымком, что поднимался над свечкой и, тянулся к н