«Однажды, каждый человек в каждом фильме, снятом в этом году, умрёт. Но однажды, ребёнок, родившийся через 50 лет, наткнётся на ваше изображение, мерцающее на экране, и он почувствует, что знает вас, знает, как друга, хотя вы и перестанете дышать задолго до того, как он начнёт.»
История кинематографа начала свой отсчёт 28 декабря 1895 года, когда в Париже на бульваре Капуцинов в одном из залов «Гранд кафе» прошёл первый сеанс кинопоказа. И по сей день магия кино радует, удивляет и восхищает миллионы людей.
Вышедший в прошлом году фильм «Вавилон» (англ. «Babylon») франко-американского кинорежиссёра и сценариста Дэмьена Шазелла — это признание в любви одному из прекраснейших творений человечества в абсолютно безумно-драйвовой шумной манере автора.
По сюжету действие «Вавилона» начинается в Голливуде в середине пьянящих революционных 1920-х годов. Времени конца эпохи немых картин и появлению звуковых.
Фильм захватывает дух с первых же секунд. Волна сумасшествия происходящего на экране подхватывает зрителя, а океан хаоса повествования, отлично подчёркнутый рваным монтажом и музыкальным джазовым сопровождением, тянет смотрящего в бездну. Глотнуть воздуха удаётся лишь в небольших минутных перерывах в виде переходов от одной сцены к другой. Но, к большому сожалению, после середины фильма начинается штиль, а удовольствие от просмотра сменяется периодичным поглядыванием на часы.
Затянутый сюжет, попытка впихнуть всё и сразу, лишние пустые (хоть и харизматичные) персонажи меняют, несмотря на блестящее начало, отношение к сему творению в целом. Но всё это не будет иметь значения для людей, боготворящих кинематограф так же, как и сам автор.
За попытку показать, что кино — не просто картинки на экране, а целый живой организм, что за каждым фильмом, каждым кадром, каждой съёмочной площадкой, павильоном, светом, звуком стоят обычные, горящие идеей, мечтающие, любящие, страдающие, с разными судьбами люди, Дэмьену Шазеллу можно простить всё вышеперечисленное. И мы ему это, разумеется, прощаем.
7 из 10.