Иммануил Кант, в полном соответствии с тенденциями эпохи Просвещения, в которую жил, провозгласил, что к другому человеку следует относиться не как к средству, а как к цели. И эта мысль по сей день почитается чуть ли не венцом нравственных учений о человеке. Кант считал идеалом государства республику свободных и разумных человеческих личностей.
Однако с точки зрения практики, такая республика – самая настоящая утопия, исторической науке она неизвестна. И всё по причине того, что львиную долю человеческих личностей трудно назвать разумной, а ещё меньше нравственной.
Эпоха Просвещения, как известно, отличалась сильно завышенной оценкой человека, чего не избежали даже такие гении, как Кант. Классик консерватизма Жозеф де Местр считал глубоко ложным свойственное философии Просвещения представление о «человеке вообще», которому предписывали некие абстрактные свойства, права и т.д.: «в мире отнюдь нет общечеловека, – писал он. – Касательно общечеловека я заявляю, что не встречал такового в своей жизни; если он и существует, то мне об этом неведомо».
Таким образом, «общечеловека» не существует, как и приписываемых ему моральных, гражданских, интеллектуальных и прочих атрибутов. «Эти фикции используются в политической риторике для манипуляций социальными субъектами», – писал один из популяризаторов де Местра.
И хотя мыслители ХХ века сильно поколебали веру в человеческую разумность и непорочность, по сей день главные государственные и международные документы провозглашают «аксиому», что «все люди рождаются одинаковыми в своих достоинствах и потому имеют неотчуждаемые права и свободы». В этом либералы полностью совпали с основателями первого в мире государства трудящихся, главным лозунгом которого был: «Всё во имя человека, всё для блага человека!»
Почему то и советские коммунисты, и западные либералы решили, что если создать людям условия для самосовершенствования, они все непременно этим и займутся. Однако реальности это не соответствует. Основная масса, особо не мудрствуя, использует предоставленную свободу исключительно для удовлетворения далеко не самых высоких побуждений.
Считается абсолютно недопустимым видеть в любом человеке средство. Человек (неважно какой) провозглашается великими гуманистами последних столетий – главной целью цивилизации. Нравственная оценка кого-либо зависит от того, принимает он данную «аксиому» или нет. В последнем случае он непременно вызовет нападки со стороны общества и будет заклеймён в аморализме и человеконенавистничестве.
Очевидно, следует согласиться с тем, что нельзя использовать человека как средство. Правда вопрос требует расширения: также нельзя видеть средство и в животных. По какому праву их сделали средством, кто провозгласил такое право? Здесь наблюдается какое-то странное упущение в мировой официальной этике.
Что же касается вопроса, является ли человек главной целью общества и государства, как провозглашено в Конституции РФ, тут возникает много вопросов. И главный среди них – о каком человеке идёт речь?
Когда рассуждают об отличии человека от животных, как правило, называют разум, речь и свободную волю. Но над всеми ими следует поставить индивидуальные нравственные отличия. Если животные, все, за исключением психически нездоровых, законопослушны и морально устойчивы, то о людях такого не скажешь. Поэтому, говоря о людях, всегда следует их подразделять на моральных и аморальных. Последних зачастую не в состоянии исправить даже тюрьма.
Отсюда следует вывод: все люди без исключения не могут быть целью. По здравому рассуждению, если говорить о цели общества в данном контексте, то ею могут быть высоконравственные, культурные, образованные, ответственные и социально активные граждане. Но никак не то что преступные и аморальные элементы, но и равнодушные, бесцельные, невежественные, никчёмные субъекты, а таких среди нас предостаточно.
Практика показывает, что исправить подобных субъектов, как правило, не представляется возможным. Поэтому не следует увлекаться псевдогуманистическими лозунгами о любви и заботе обо всех людях без исключения. Гораздо лучше для благополучия общества применить к асоциальным элементам повышенное внимание правоохранительных органов и органов опеки.
Не существует какого-то единого народа в границах страны. Ни общность территории, ни общность языка и традиций не в состоянии объединить людей в нечто единое по нравственному принципу. Это положение должно служить отправной точкой внутренней политики государства.
То, что тезис «Человек – главная цель» не выдерживает этической критики, подтверждает и тот неприятный факт, что именно человеку наша планета обязана превращением её в свалку и уничтожением основной массы животных. Поэтому, если и говорить что-то в рассматриваемом контексте, то тезис следует поправить: «Человек с большой буквы – главная цель».