Известный зауральский иконописец расписал алтарную стену храма Рождества Христова в Кургане
«Сейчас я счастлив!» — сказал на днях, представляя свою работу друзьям и коллегам, художник и священнослужитель Андрей Ваньков. И сказано это после нескольких месяцев сомнений и преодоления самого себя, а потом еще полугода тяжких, но праведных трудов над алтарной стеной храма Рождества Христова в Кургане. Так нам явилась роспись с сюжетом, которому две тысячи лет — «Тайная вечеря».
Как рассказывает сам художник, такую роспись в академическом стиле около года назад предложил ему сделать настоятель храма Михаил Кучеров. «Я не реалист, — продолжает Ваньков, — и потому наотрез отказался. Но отец Михаил оказался настойчивым, и вскоре я показал ему эскиз предполагаемой росписи. Через какое-то время эскиз вернулся ко мне с начертанным «Благославляю!» и подписью митрополита Курганского и Белозерского Даниила. Такое напутствие не позволяло отступать, и я взялся за труды».
Бесспорно, что явление такого произведения искусства в нашем городе есть событие не только религиозной жизни, но и светской культуры. И, конечно, в памяти всплывает всемирно известная фреска великого Леонардо да Винчи «Тайная вечеря» в одном из соборов Милана. Сюжет и там, и у нас неизменен — это последняя трапеза Христа с двенадцатью его учениками (апостолами), во время которой он предсказал Иудино предательство. «Истинно говорю вам, что один из вас предаст меня».
Вольно или невольно ищешь «цитирования» Ваньковым миланской фрески. Но… К примеру у Леонардо все 12 апостолов поделены на четыре группы. В центре — Христос, его любимый ученик Иоанн рядом, он заснул за столом, опустив голову на плечо Петру. У Ванькова Иоанн еще ближе к Христу, склонившись головой на плечо самого Учителя. Да и деления апостолов на группы нет, они все в движении, в динамике разговоров и расположены, в отличие от итальянской фрески, по обе стороны стола. Роспись Ванькова более светлая, праздничная. Художник, по его словам, свое цветовое понимание сюжета наложил на академический стиль. Получилось, что в зеленоголубой палитре Иисуса и его апостолов связывают свет, любовь и братство. Этим автор хотел сказать, что Христос такой же, как все, равен каждому из учеников и каждому из нас. В конце концов автор признался: «Когда я понял это абсолютное равенство, то почувствовал неосознанное блаженство».
История мировой живописи знает еще несколько версий «Тайной вечери», но будем скромными и не станем тягаться с великими мастерами прошлого. Однако зафиксируем, что аналогов росписи Андрея Ванькова нет. Это не копия, не подражание, это свой взгляд на классический евангельский сюжет, трагичность которого вдруг обернулась светлой братской любовью. «Это — первообраз» — так сказали наши священники. «Святой дух от этого творения исходит», — добавил народный художник России Герман Травников.
Источником вдохновения при осуществлении большого (7 метров в ширину и 2 с небольшим метра — в высоту) во всех смыслах этого церковно-художественного проекта для Андрея Ванькова наверняка служит давно освоенный им широчайший фон мировой культуры, включая библейские и античные мифы. Вот и нам не худо бы перед знакомством, например, с его росписью церкви во имя иконы Пресвятой Богородицы «Семистрельная» в районном центре Лебяжье или с такими его же живописными работами разных лет, как «Пётр и Павел», «Благая весть», «Давид и Урия», «Магдалина», «Протоапостолы», «Суд Соломона», заглянуть в Библию, освежить в памяти вузовские знания античных мифов и средневековой истории. Это обязательно приведет к более точному пониманию того, что хотел сказать нам художник.
Возвращаясь к «неосознанному блаженству», скажем, что искусство Андрея Ванькова дарит нам наслаждение особого рода. Мы получаем удовольствие от размышления, сопоставления и сравнения, от угадывания культурного кода. Такая степень наслаждения достигается нелегко, через нравственные и интеллектуальные усилия, но ведь побед над собой, грешным, не бывает без преодолений.