–Лера, пошли, мама ждет,– Виталька взял меня за руку и повел к дому. Не успели мы подняться по ступеням, как дверь распахнулась и на пороге появилась Милана Григорьевна.
– Ну наконец-то! А я заждалась вас. Лерочка, девочка моя, дай обниму,–она подошла ко мне и прижала к себе.
Виталик посмотрел на мать:
– Мама, Лера сомневается, что ты будешь помогать с Димой.Скажи ей об этом сама.
Милана Григорьевна засуетилась:
–Конечно, Лера! Я с удовольствием буду вам помогать. Уже и кандидатура няни рассматривается.Ты, дорогая, даже не сомневайся,– и она погладила меня по спине ладонью.– Сынок, приглашай Лерочку к столу,обед уже готов.
Мы прошли в столовую и разместились за столом, на котором стояла супница из фарфора, расписанная под гжель.Тут же стояла пара салатов, заправленных майонезом, поверх которого лежали маленькие веточки укропа.А в плетеной хлебнице лежали так тонко нарезанные кусочки хлеба, что казалось, сквозь них можно смотреть и видеть сидящих за столом. Большая ваза с фруктами, притягивала взгляд своей красотой.
Милана Григорьевна взяла половник и стала наливать горячий дымящийся борщ в тарелки. Потом поставила тарелку передо мной:
– Ты ешь, ешь, борщ очень вкусный получился, вот сметанку ложи, лук свежий со своего огорода,– и она стала подсовывать мне все, что стояло на столе.
– Милана Григорьевна, да вы не волнуйтесь, я сама все достану, руки у меня есть,–я заулыбалась.
– Лерочка, а вы с Иваном решили развестись?–Милана Григорьевна внимательно посмотрела на меня, но увидев мои удивленные глаза, тут же спросила. – Или я неправильно поняла?
Я перестала есть:
–А с чего вы взяли?
–Ой, мне Виталик сказал. Да, сынок, ты же так сказал?
Виталька строго взглянул на мать:
– Мама, я сказал, что Лера и Иван решили временно пожить отдельно друг от друга.
–Да, мы решили разобраться в себе.Но я думаю, что и развод не за горами,– мы переглянулись с Виталькой.
– А как же Дима? Ведь все считают его сыном Ивана, а я знаю очень хорошо твоего свекра, он просто так его не отдаст.
Виталька положил мне на тарелку порцию салата, посмотрел на мать:
–Надеюсь, что до этого дело не дойдет.
Милана Григорьевна перестала есть:
– Сынок,ты плохо его знаешь, а я знаю.
– Ему сейчас не до внука, он занят Ксенией. У него там такая любовь, что Дима последнее время его мало интересовал,– я стряхнула крошки хлеба, упавшие мне на блузку.
–Ну хотелось бы, чтобы так оно и было,– Милана Григорьевна тяжело вздохнула.– Я надеюсь, что скоро Димочка будет с нами.
После обеда я засобиралась за Димой, этот застольный разговор посеял во мне тревогу:” А вдруг и правда они не отдадут мне сына? Что я буду тогда делать?”
– Виталь, я пойду за Димой, что-то мне тревожно, а вдруг и правда они не отдадут его– я подошла к Витальке, который вальяжно развалился на диване. Он сразу соскочил и подошел ко мне:
– Я пойду с тобой. Вам может потребоваться моя помощь.
– Нет, не надо, если что-то пойдет не так, я позвоню тебе.
–Хорошо,–он обнял меня и прикоснулся губами к моим глазам.– Ты главное, веди себя естественно, не ругайся с Иваном, скажи, что пойдешь погулять с сыном, а сама в парк, я буду тогда ждать тебя там.
Через двадцать минут я уже стояла в прихожей нашего дома. В доме стояла тишина и только горничная Марина сновала туда-сюда, вытирая пыль с мебели и множественных статуэток из фарфора .С тех пор, как умерла мама Ивана, исчезли все вазы, в которых когда-то стояли свежие цветы, которые она так любила.
–Марина, а в доме есть кто-нибудь?Такое ощущение, что дом вымер.
Она посмотрела на меня и промолчала. Я знала, что из всей обслуги, живущей здесь, Марина была самая молчаливая, чем и устраивала Иван Ивановича, который к выбору работников относился очень дотошно.Он прекрасно понимал, что прислуга знает много секретов их большого дома и не желал, чтобы их тайнами воспользовались многочисленные завистники и враги. Но я-то была частью их семьи и знала, как можно разговорить Марину.Я подошла к ней и спросила о маленькой дочери, которая осталась у нее в деревне на попечении старшей сестры, у которой своих было пять ребятишек, а тут еще Маринкина Катюша.Горничная сразу встрепенулась и посмотрела на меня потеплевшим взглядом:
–Ой, Лера вы одна только и интересуетесь моей дочерью. Спасибо вам, мне очень приятно.С дочерью все хорошо, учится на отлично, старается. Говорит, что не хочет меня огорчать. Я вот думаю, надо мне на выходных съездить домой, проведать ее.
– Конечно, надо обязательно,– я притронулась к ее руке.
Она тут же перевела на меня свой взгляд:
–Лера, Дима приболел, он сейчас с Марией Сергеевной.
Я вздрогнула:
– Марина, что с ним?
–Нет, вы не переживайте, врач сказала, что просто красное горлышко и невысокая температура, ничего серьезного.
– Ладно, я пошла к нему. Не видела всего два дня, а такое чувство, что целую вечность. А Иван дома?
Мне показалось, что щеки Марины покрылись легким румянцем:
–Да, он дома, но не один,– она потупила взгляд.
– А с кем, интересно знать?
Но Марина сделала вид, что не расслышала моего вопроса, она с удвоенной силой принялась вытирать пыль.
–Ну ладно, сама увижу,– я пошла к лифту, но немного постояв, подумала, что поднимусь по ступеням, чтобы не спугнуть своего муженька шумом лифта. Преодолев пять этажей, я решила сначала зайти в детскую комнату, чтобы увидеть Диму.
Няня Мария Сергеевна очень обрадовалась моему приходу.Она заулыбалась и показала знаком,приложив палец к губам, что Дима спит и лучше не шуметь. Я подошла к кроватке и склонилась над спящим Димой: мой сынок посапывал, подложив одну руку под щеку. Как же он вырос за этот год, мое солнышко, моя радость.
Я поманила к себе Марию Сергеевну и зашептала ей:
– Мария Сергеевна, я бы хотела с Димой погулять немного, когда он проснется.
–Лера, он болен, и я считаю, что ему на улицу пока нельзя. Да и еще, ваш муж Иван приказал мне, что гулять с Димой вы можете только в моем сопровождении.
От услышанного я опешила:
– Что? Иван приказал? Еще не хватало сопровождать меня.Это мой сын и я буду гулять с ним одна, без сопровождающих.
Мария Сергеевна посмотрела на меня умоляюще:
– Он сказал, если я не буду выполнять их требования, то меня просто-напросто уволят.Вы пожалейте меня, дорогая.– Она взяла мои руки в свои ладони, и из ее глаз выкатилась слеза, которую она смахнула ладонью.– А на моем попечении малолетний внук, мама которого тяжело больна и я одна тяну их. Сын-то погиб, он служил на границе, а невестка слегла после пережитого.
Мне стало не по себе, я не знала, как поступить, но и сына оставлять здесь я не хотела. Мария Сергеевна была для меня чужим человеком, но все равно мне было ее жалко.
–Ладно, я схожу к Ивану, пока Дима спит, а потом мы с вами решим, как быть.
Я вышла из детской и пошла к нашей комнате. Открыла дверь и огляделась: Ивана здесь не было, но из спальни послышались какие-то звуки, я подошла и посмотрела в приоткрытую дверь. На кровати лежал Иван, а рядом с ним … Ксения, которая ласкала и целовала моего мужа. Они были так увлечены друг другом, что даже не услышали, как я вошла в комнату и стала свидетелем их страсти. Вот чего-чего, а этого я точно не ожидала увидеть. Иван и Ксения, я решила, что это будет моим козырем, если появятся проблемы с сыном.
А также я поняла со стопроцентной уверенностью, что такой муж мне не нужен, я ни минуты не колебалась, что мне надо уйти от него.
Я неслышно вышла из комнаты и вернулась в детскую.
Дима уже проснулся и, увидев меня, протянул ко мне свои ручонки:– Мама, ди.
Я схватила его и прижала к себе, потом стала быстро одевать. Мария Сергеевна смотрела на меня, не отрывая глаз:
– Лера, вы все же пойдете гулять?Но врач советовал пока не выводить его на улицу.
– Да. Мария Сергеевна, я должна вам сказать, я расстаюсь с мужем и Диму забираю с собой. Мы с ним уходим к родному отцу и бабушке.А сыночка одену потеплее и все будет хорошо.
–Как к родному? А Иван?–она смотрела, округлив глаза.
– А Иван ему не родной отец.
–Ну и дела!
– А вас прошу не переживать, мы заберем вас с собой. Нам там тоже будет нужна няня.
Марина Сергеевна заплакала:
– Спасибо вам большое. Я буду вам благодарна всегда.
Через пол часа я везла коляску с Димой по дорожке парка, а навстречу нам шел счастливый Акулов. Он подошел к коляске ,присел на корточки перед сыном и протянул ему руку:
– Ну, здравствуй, сынок.