Книжечка небольшого объема, читается быстро, легко и весело. История непритязательная, без страшных тайн, жутких убийств, нечеловеческих страданий. Непризнанный гений от литературы едет в одно из самых литературных мест России – Пушкиногорье. Почему-то вспомнился совсем другой маршрут – Москва-Петушки. В сюжетах ничего общего, кроме алкоголизма авторов и реального отображения действительности.
Часто пишут про фирменный довлатовский юмор. Не назвала бы его стиль юмористическим. Жизненным – однозначно, жизнь, она смешнее любого анекдота. Вот, например, такая фраза.
Хорошо его знаю… с плохой стороны.
И чего здесь потешного? Обычная характеристика, общеупотребительная, примеров каждый назовет – море, даже не задумываясь.
Или такая.
… столько читал о вреде алкоголя! Решил навсегда бросить… читать.
Логичное решение. Бывает, что и работа мешает пить, рецепт тот же. Автор устраивается в заповедник экскурсоводом, снимает комнату.
- В деревне Сосново. Пять минут от турбазы. Отдельный вход.
- Это главное.
- Хозяин, правда, выпивает…
- Еще один козырь.
Нормальный разговор квартиросъемщика о будущем месте проживания. Хозяин, Михал Иванович, отдельный вход организовал моментально, просто вышиб заколоченную дверь.
Был он нелепым и в доброте своей, и в злобе. Начальство материл в лицо последними словами, А проходя мимо изображения Фридриха Энгельса, стаскивал шапку. Без конца проклинал родезийского диктатора Яна Смита. Зато любил и уважал буфетчицу в шалмане, которая его неизменно обсчитывала.
Человек простой и непритязательный, без особых заморочек, а что жену пытается пристрелить, так у каждого из нас есть отдельные недостатки. При наличии работы и жилья жизнь писателя налаживается, доходы растут, даже долги гасятся. Экскурсанты, правда, раздражают, малообразованные, интересуются отчеством детей Пушкина, из-за чего была дуэль Пушкина с Лермонтовым, кто такой Борис Годунов, да еще требуют исполнения романсов. Так академики на экскурсии не ездят.
Да и сам экскурсовод дает повод к упрекам в профессиональной несостоятельности. Не знает, в каком году родился Бенкендорф, вместо стихов Пушкина о няне задвигает Есенина.
Ирония и сарказм Довлатова никак не относятся к Пушкину. Солнце русской поэзии, наше все – такие эпитеты в книге отсутствуют, тем не менее отчетливо читаются. И про сотрудников заповедника. Автор упорно пытается убедить читателя в их обыденности и приземленности, но, вопреки его желанию и несмотря на ерничество, вырисовываются достойные уважения портреты.
«Заповедник» - книга во многом автобиографичная, как практически все книги Довлатова. Роскошные эпизоды – совместный загул с местным фотографом и беседа с майором из органов. Больше всего автор пишет о семейной жизни, пусть и несложившейся, но ведь была любовь, чувства, есть ребенок. Период у него такой неопределенный, предотъездный. Вроде и не хочет эмигрировать, но несет по течению, а сил сопротивляться нет. В итоге оборваны корни, утеряна связь с источником родного языка, ранняя смерть.
На чужом языке мы теряем восемьдесят процентов своей личности. Мы утрачиваем способность шутить, иронизировать.
Сказано верно, хотя и печально, а утрачено гораздо больше, чем сказано.