Часть 1
Амара повела её на север, к выходу из города. Ей совсем не нравилась эта идея покидать купол, но приходилось подчиняться заигравшемуся хозяину.
Ялана заметила, что въезд в город никем не охраняется. Просто в куполе зияла огромная дыра, через которую кто угодно мог свободно входить и выходить. А ещё Йен сказал правду о куполе. Он действительно был собран из каркаса, обтянутого полиэтиленом. «Барахло! – удовлетворённо подумала Ялана. – Сквозь него можно пройти в любом удобном месте!»
Сразу за куполом показались кресты. Кладбище оказалось неожиданно обширным, края было не видно. Ялана долго бродила средь могил и читала надписи на надгробьях. Оказалось, что не все погибли, отнимая топливо у соседей. Судя по эпитафиям, здесь были похоронены и люди, строившие когда-то этот город. Ялана подумала о хрупкости человеческой жизни. Каменный город, построенный этими людьми, простоит ещё века посреди пустыни, и в нём будут рождаться и умирать новые люди. И хоронить их будут на этом же кладбище.
Амара изнывала от жары, слушала, как Ялана бормочет молитвы себе под нос, и боролась с желанием придушить её и тут же и оставить.
Ялана вдруг остановилась и наклонилась к самой земле, разглядывая что-то. Она думала, ей показалось, от жары взгляд совсем затуманился. Но нет! Из трещины в могильной плите действительно пробивался бледненький слабенький росток какой-то травы!
- Посмотри, Амара, какое чудо! – сказала Ялана, вздохнув от удивления.
- Обычная трава! Ты долго ещё будешь святошу из себя корчить? Жарко тут! Пошли в дом! Йен сказал, что ты теперь как миленькая всё выстираешь до последней тряпки!
- Выстираю-выстираю! – проворчала Ялана, аккуратно касаясь травы кончиками пальцев. - И даже как миленькая, если вам так больше нравится!
- Тогда тебе лучше поспешить в купальню! Там много стирки! – злорадно сообщила Амара.
- Неужели ты не понимаешь? Вне купола появился росток и выжил! Это значит, что скоро все люди смогут выйти из-под куполов и жить, где захотят! Рабы смогут убежать куда угодно!
- Размечталась!
- Завтра снова придём сюда и посмотрим, переживёт ли он ночь!
- Конечно, нет! Ночью тут будет минус десять!
- Мы завтра придём и проверим! – заявила Ялана и направилась обратно к дому, думая о том, что эту траву надо бы поливать.
Входя во двор, Ялана снова услышала ужасные крики. Амара вела её в купальню мимо площадки для тренировок и Ялана своими глазами видела, как бойцы Йена беспощадно бьют друг друга. Она удивилась этой бессмысленной жестокости. Зачем нужны тренировки, калечащие бойцов? Всё-таки человек – ужасно нелепое создание! Всё живое на земле стремится победить смерть, а человек постоянно ищет её.
Теперь место работы Яланы было в купальне. Тут было прохладно, легко дышалось. Ялану не покидало ощущение, что она как будто предаёт сейчас Марису и Герима. Они умирают в поле от жгучего солнца, а она тут в водичке плещется!
Ялана стирала, Амара приносила ещё и ещё, как будто собрала всё грязное бельё со всего города. Амаре казалось, что она наказывает строптивую девицу непосильной работой, но Ялана этим грязным тряпьём успешно затыкала зубастую пасть своей совести.
Когда наконец-то принесла всё, что можно, Амара села на пол, прислонилась к стене и задремала. Ялане было скучно просто стирать в тишине, и она попыталась разговорить Амару. Но та была неприступна. В лучшем случае она отвечала односложно и тут же отворачивалась.
Ялана стала петь. Сначала Амара спокойно слушала. Голос у Яланы был хороший и песни мелодичные. Но когда она принялась петь те же песни по третьему кругу, Амара приказала ей замолчать.
- Тогда расскажи мне что-нибудь!
- Нет! Просто молчи!
- Я не буду молчать! – заявила Ялана. – Я буду петь, пока ты с ума не сойдёшь!
- Я сломаю тебе пальцы! – привычно пригрозила Амара.
- Тогда хозяин отрубит тебе руки!
- Ты слишком много о себе мнишь!
- Попробуй! – усмехнулась Ялана и протянула ей руку. - Я даже пожертвую своим пальцем, чтобы доказать тебе, что он накажет тебя!
Амара ничего не ответила, только сверкнула злым взглядом, прислонилась к стене и снова задремала. Ялана запела. Она упорно пела о счастье и любви, о цветах, горах и реках.
Так они и прожили три дня, стирая бельё и развешивая его во дворе на просушку, слушая одни и те же песни и постепенно сходя с ума. По ночам во снах Ялана видела еду, много разной вкусной еды! Блины со сливочным маслом, такое они с Марисой ели по праздникам. Лепёшки с картошкой, это была её любимая еда. Но главное – сочный жареный ягнёнок снился ей каждую ночь. Она почти ощущала его вкус! А просыпаясь, она даже пыталась схватить его рукой из сна.
Йен вернулся домой уставший. Ему хотелось есть и спать, и всё равно он сразу вызвал к себе Амару.
- Не кормила?
- Нет. Она и не просила!
- Я так и знал! Упрямая девка! – улыбнулся Йен. – Что говорит?
- Ничего! Молится, стирает и поёт!
Хозяин засмеялся.
- Молится, стирает и поёт? – довольно повторил он. - Прелесть! Просто прелесть! Приведи-ка её ко мне! Хотя нет… она же не знает, что я приехал?
- Нет, не знает.
- Отнеси ей еды, как будто ты её пожалела, и постарайся разговорить! А я послушаю!
Ялана сразу поняла, что приехал хозяин, увидев еду в руках у Амары. Она с радостью бросила стирку и спросила:
- Йен приехал?
- Нет! – резко заявила Амара. – Просто я решила, что ты тут издохнешь, а мне потом от него же и попадёт!
Амара вошла в купальню, поставила прямо на пол кувшин с вином, сама села рядом и протянула Ялане хлеб и сыр:
- Ешь!
- Не буду!
Ялана скрестила руки на груди и посмотрела на Амару сверху, морщась так, будто ей предложили поужинать дохлой крысой.
- Ты сумасшедшая?! Ешь!
- Я поем, если ты признаешься, что это Йен приказал меня накормить!
Амара замерла, соображая, что делать.
- Ладно! – согласилась она. – Это он приказал накормить тебя на третьи сутки, если к тому времени он сам не вернётся!
- Ну вот то-то же! Так-то я поверю! – заявила Ялана и накинулась на еду.
Амара смотрела, с каким удовольствием она ест, чуть не урча, как бездомная кошка, и подливала ей и себе вина в глиняные кружки. Ялана от нетерпения пыталась глотать большие куски, толком не прожевав, зато хорошо запивая их вином.
- Почему ты такая злая, Амара? – спросила Ялана.
- А ты мутная какая-то! – заявила Амара, подождав, пока Ялана допьёт вино. – Вроде из господ, но дерёшься как уличная девка! Откуда ты знаешь, куда надо ножом ткнуть, чтобы человек тут же упал замертво?
- Знаю и всё! Ты же тоже знаешь!
- Я училась этому много лет! А ты в это время жила в богатом доме какого-то господина и тратила его деньги на рынке! Тебе не обидно, что теперь эти деньги Йен тратит, как ему вздумается? Они достались бы тебе, если б он не сделал тебя своей рабыней!
- Эти деньги никогда не были моими!
- Кого он убил? Твоего мужа или отца? – не сдавалась Амара.
Ялана задумалась. Она решила, что Амаре можно рассказать. Даже если она перескажет всё Йену – пусть лучше она. Лично в глаза сказать ему, как она стала убийцей, Ялана почему-то боялась, сама не понимая почему.
- Мои родители умерли вскоре после моего рождения, - подбирая слова, заговорила Ялана. - Меня вырастили в общине ещё в Убежище под землёй. Потом постепенно мы стали выходить на поверхность, строили дома. Изначально у нас в посёлке не было разделения на рабов и господ. Все работали, а выращенную еду совет общины делил поровну на всех. У нас был только один богач, купец. Он не участвовал в распредделении еды в посёлке. В один ужасный голодный год, совет общины отправился к этому богачу. Они хотели попросить дать им в долг еды или денег, чтобы накормить весь посёлок. Не знаю, о чём они там говорили, но в итоге меня выдали замуж за этого купца. Посёлок был временно спасён. Но через полгода поля опять поразила неизвестная болезнь, урожай погиб. Я видела, как люди умирали от голода, а в моём новом доме столы ломились от еды. Муж говорил, что на весь посёлок этой еды всё равно не хватит, а так хоть мы сыты будем. Я уговорила его пустить в наш дом жить хотя бы моих друзей. Он выполнил мою просьбу, спас их от голодной смерти, но при этом заклеймил их моей печатью. Ему показалось это смешным.
Ялана замолчала, смотря перед собой невидящим взглядом.
- И что? – не поняла Амара. – Ты на нём тренировалась кухонными ножами людей убивать?
- Нет, на его друзьях! – зло ответила Ялана. – Я послушно вышла за него замуж. Надеялась, что смогу привыкнуть к нему. Но вскоре оказалось, что мой муж любит, напившись, притащить в дом толпу таких же пьяных друзей, а потом валяться на полу без сознания, пока его друзья хозяйничают в его доме. Однажды они напали на меня. Я им не далась, убила всех троих. Меня не повесили, потому что совет общины не поверил, что обычная девушка могла убить троих здоровых мужчин!
Ялана задрожала от злости и подумала, что надо взять себя в руки.
- Я тоже не верю! – заявила Амара.
- Я надеялась, что меня повесят, если я убью, поэтому я изо всех сил старалась убить. К тому же они были пьяны и плохо держались на ногах. А муж всё понял. Он так испугался, что сначала даже посадил меня под замок.
Её всё ещё трясло. Она вспомнила цветы и немного успокоилась. Ей стало легче дышать.
- Пока меня замуж не выдали, у меня был жених. Он дарил мне цветы…
- Дурак!
- Вовсе нет! Представь, он рисковал жизнью, чтобы увидеть мою улыбку!
- Я и говорю, дурак!
- Нет, просто мы любили друг друга. А потом он перестал со мной здороваться. Ему родители запретили здороваться с убийцей. Ну как? Я всё ещё кажусь тебе мутной?
- Я думаю, что однажды ты убьёшь Йена. Просто раньше я думала, что из-за денег, а теперь я думаю, из-за того, что он мужчина! Ты ненавидишь мужчин!
- Я много кого ненавижу, Амара! Но это не значит, что я всех буду убивать. А Йена тем более. Лучше быть его рабыней, чем беглой знатной дамой.
- А я бы на твоём месте не потерпела от него таких оскорблений. Попробовал бы он меня еды лишить!
- Разве это оскорбление? – усмехнулась Ялана. - Он же должен как-то показать мне, кто тут хозяин!
Ялана улыбнулась, вспомнив Йена.
- Я никогда не стану убивать его. Он мне нравится, у него есть сердце. Пойдём к нему?
- К нему? – переспросила Амара.
- Ну он же приехал, Амара! Я же всё понимаю! И теперь он ждёт от меня благодарности за еду! Пойдём!
Амара не сразу поднялась за ней. Надо было идти в покои хозяина как можно медленнее, чтобы дать ему время самому туда прийти раньше них.
Йен вернулся в свою спальню и налил себе вина. Через минуту примчалась светящаяся счастьем Ялана и кинулась к нему на шею.
- Я скучала по тебе! Спасибо за еду!
Ялана попыталась поцеловать его, но он нахмурился и снял её руки со своей шеи.
- Ты сердишься на меня?
- Я всё слышал, Ялана, каждое твоё слово! – тихо сказал он, не глядя на неё.
Она ждала от него чего-то подобного, но всё равно ей стало как будто холодно.
- Я не понимаю твоей реакции! Как будто я в чём-то виновата перед тобой!
- Нет, не виновата! Просто раньше я был уверен, что я играю в рабыню с холёной богатенькой девицей, а оказалось, что ты и есть рабыня. А это не смешно.
- Говоришь, что слышал каждое слово. Но суть ты явно не понял!
- Я всё понял! Ты либо в сто раз хитрее меня, либо ты действительно несчастная замученная девочка! В любом случае играть с тобой не стоит! Уходи!
Ялана надула губы, посмотрела на него исподлобья. Йен так и не повернулся к ней, и Ялана пошла к выходу, растерянная и обескураженная.
- Утром отправишься в поле вместе со всеми! – грустно сказал хозяин, не оборачиваясь.
Ялана пришла в глиняный дом и обняла Марису.
- Что случилось?
- Пропала я совсем! Я влюбилась в него!
- А он? Наигрался и выгнал? – чуть не заплакала Мариса.
- Хуже! Если бы оскорбил, я бы его убила и этим удовлетворилась. А он жалеет меня! Я не знаю, что теперь делать!
Ялана смотрела в маленькое окошечко на купол, светящийся оранжевым от заката, и скучала по Йену. Ей хотелось, чтобы он снова рассказал ей о цветах и океанах. Она всё время вспоминала его улыбающееся лицо и не могла понять теперь, как ей в голову пришло всё разболтать Амаре? Это всё вино! Вино в голову ударило, точно!
Йен сначала перебирал в памяти её слова и чувствовал, что его трясёт. Потом он долго собирался с духом, но всё-таки вызвал Амару.
- Ялана работать теперь будет наравне со всеми, в поле. Прямо сейчас заклейми всех четверых.
- И Ялану тоже? – на всякий случай переспросила Амара.
Йен даже не посмотрел на неё.
- И Ялану тоже! – чётко произнёс он.
Амара ушла. Нервное состояние его так и не отпустило, стало только хуже. Теперь он почему-то был уверен, что её история – чистая правда, а он, получается, такой же трус, каким был её муж. Но обратной дороги не было, приказ прозвучал. Оставалось надеяться, что однажды она смирится и успокоится. Главное, что с клеймом она теперь вряд ли куда-то убежит.
Их полусонных выволокли из дома во двор. Ялане связали ноги и держали сразу двое. Это было лишнее. Ялана даже не дёрнулась, чтобы помешать им.
Потом Мариса дула ей на обожжённое запястье и поливала холодной водой из кружки.
- Подуй на своё запястье, Мариса! У тебя точно такой же ожог! – ворчала Ялана, отдёргивая руку.
- А ты говоришь, он тебя жалеет!
- Я брезгливость приняла за сочувствие! Ошиблась, бывает! – сказала Ялана с таким видом, с каким она обычно начинала людей беспощадно убивать.
- Нет, Ялана! Теперь ты только руку поднимешь на него, он убьёт тебя!
- А я и не буду руку поднимать! – заявила Ялана и легла спать. Надо было хорошо выспаться перед прополкой и поливом.
Два дня Мариса настороженно ждала от Яланы какой-нибудь глупости. Но Ялана вела себя очень покорно. Она работала в поле вместе со всеми, и, казалось, смирилась с их новой жизнью.
Ялана не обращала внимания на бойцов, охранявших рабов в поле, поэтому Мариса решила, что она оставила мысль сбежать. Мариса успокоилась, пока сама не заметила, что надсмотрщики вдруг напились. Это было хорошо видно, бойцы плохо держались в своих сёдлах и громко хохотали.
- Значит, хозяин куда-то уехал, раз охрана ведёт себя так расслабленно, - заметила Ялана.
- Видишь, как Ронео смотрит на оружие охранников? – шепнула ей в ответ Мариса. - Он явно хочет сбежать! Поговори с ним! Ты же понимаешь, что это плохая идея! Сначала надо всё продумать, подготовиться и бежать всем вместе!
Ялана посмотрела на Ронео. Тот действительно время от времени бросал сосредоточенные изучающие взгляды на охрану. Ялана даже улыбнулась, понимая, что он хочет бежать через пустыню, рискуя жизнью, к своей девушке. Воспоминания о незабудках ласково пощекотали своими лепестками и чуть не довели до слёз. Ему надо бежать как можно скорее, чтобы успеть спасти её от таких же захватчиков вроде Йена и его друзей!
- Всё будет хорошо! – пообещала Ялана Марисе и перешла на гряду поближе к Ронео.
Тот сначала совершенно не обрадовался её вниманию.
- Я придумала, как тебе сбежать отсюда! – прошептала ему Ялана. – Ночью, когда Мариса и Герим уснут, я расскажу тебе! Хорошо?
- Хорошо! – обрадовался Ронео.
Он был счастлив, что Ялана приняла его идею и не станет отговаривать, как пугливая Мариса. Он ждал ночи. Ему хотелось скорее поговорить с Яланой.
Но у хозяина были другие планы на эту ночь. Он неожиданно вернулся и приказал Амаре привести к нему в купальню Ялану.
Ялана в это время лежала в глиняном доме на жёстком полу, но ей казалось, что она парит в облаках. Она не чувствовала своих мышц. Только мозоли на ладонях напоминали, что у неё ещё есть руки. Ялана даже не заметила, как уснула, слушая, как нетерпеливо Ронео ворочается с боку на бок. Теперь ей снились сорняки и водокачка. Вдруг откуда-то из блаженной сладкой тишины донёсся грубый голос Амары:
- Встала быстро! И пошла за мной! Быстро!
Ялана, ещё толком не проснувшись, поднялась, чтобы выяснить, что случилось.
- Йен зовёт!
- Скажи ему, что я умерла! – заявила Ялана и попыталась отвернуться.
Амара больно ударила её в бок. Мариса, будто почувствовав её боль, тут же проснулась и ахнула. Ялана поняла, что Амара с удовольствием будет бить её хоть до утра, поэтому проще всё-таки сразу разобраться с хозяином, чтобы не нервировать Марису, и вернуться ко сну.
Она встала и посмотрела на Ронео, который тоже благополучно уснул, так и не дождавшись обещанного разговора. Она перешагнула через его руку, изуродованную теперь ещё одним клеймом, и вышла за Амарой.
Теперь Ялана не плыла царственной поступью навстречу своему хозяину. Теперь она шагала, стиснув зубы от злости. Она кипела от ярости, и усталость, накопившаяся за день пахоты, казалась ей ничтожной отговоркой.
«Ты, видимо, решил, что, заклеймив меня, победил окончательно! Думаешь, теперь я твоя? Дурачок! Ну, держись! Я готова нарушить свой план и бежать прямо сейчас! Только убью тебя перед этим, и можно будет бежать!»
Проходя по двору, Ялана поняла, что хозяин вернулся не из города, а из похода. По крайней мере мимо неё пронесли раненого бойца. Он громко страдал от боли и прижимал к себе раненую руку.
Ялана вошла в купальню и встала над ванной, презрительно глядя сверху на своего хозяина. Он выглядел получше, чем тот раненый боец, хотя тоже сильно пострадал. Вода в ванне всё сильнее окрашивалась его кровью, но он как будто этого не замечал.
«Умеешь ты дышать под водой, красавчик? – размышляла она, разглядывая его раны. – Только дёрнись в мою сторону, и я проверю это!»
Йен тоже разглядывал её. Он думал, с чего начать. Он снова увидел в её взгляде твёрдую решимость убить его, она явно была в ярости. Будет непросто!
- Как поход? – сердито спросила она сквозь зубы. – Ещё рабов привёз?
- Нет, всех оставил в пустом посёлке! – беззаботно ответил он. - Мне вас-то кормить нечем! Через неделю все будем голодать!
- Даже ты? – усмехнулась она.
- Помой меня! – приказал Йен и швырнул губку ей в руки.
Губка упала на пол. Ялана, как он и ожидал, подняла её и размахнулась, чтобы швырнуть ему в лицо. Он хищно улыбнулся, встал из воды, схватил её и затащил в ванну. Он пытался прижать её к себе, чтобы поцеловать, а Ялана действительно изо всех сил старалась его утопить. Он понял это, когда она схватила его за горло и своим весом чуть не прижала ко дну. Йен опрокинул её, всё-таки с силой повернул к себе лицом и поцеловал, так ласково, так нежно, что её пробила предательская дрожь. Ей сразу страшно захотелось сдаться, исцеловать его всего! Ялана стихла и заплакала. Он целовал её лицо и гладил вымокшие волосы.
- Что ты делаешь со мной?
- Люблю тебя! Бандиты все так любят! Терпи!
Ялана оттолкнула его, он ударился спиной о каменные ступеньки, но тут же снова схватил её и притянул к себе.
- Ты поставил мне клеймо и отправил в поле, чтобы забыть! А теперь опять любишь меня?!
- Я не для этого заклеймил тебя! Мне ничего не оставалось! Иначе мне с тобой никак не справиться!
Ему приходилось крепко держать её, чтобы только поцеловать. Он устал.
- Сколько у тебя рабынь? – жёстко спросила она.
- Три или четыре, я не пересчитывал, не знаю!
- Почему тебе не переспать с кем-то из них?
- Я с тобой хочу!
- Ты устал и ты ранен! – с ненавистью говорила Ялана. - Тебе сейчас нужна покорная рабыня! А меня ты получишь только мёртвую!
Она всё-таки вырвалась, поднялась по ступенькам из ванны и встала у выхода из купальни, тяжело дыша и отжимая на себе мокрую тунику.
- Ну, хорошо! – сказал хозяин мстительно, не отрывая взгляд от лица Яланы. – Амара! Приведи другую рабыню!
Амара тут же вошла.
- Какую?
- Без разницы! А эту уведи обратно!
Выйдя во двор, Ялана опять расплакалась. Бездушная Амара рычала сквозь зубы и больно толкала её побыстрее к дому, но Ялана не хотела будить Марису. Несчастная Мариса опять будет до слёз жалеть её, не так всё понимая.
Ялана взяла себя в руки, вытерла слёзы и шагнула в дом. Мариса не спала, ждала её и обрадовалась, увидев живой.
- Мариса, давай спать! – тихо попросила Ялана.
- Давай! – безнадёжно согласилась Мариса, понимая, что игры хозяина никогда не закончатся, а спать действительно надо.
Уже через час недовольная Амара, чертыхаясь, снова вела её к хозяину.
- Он же позвал другую рабыню! Что ему от меня-то опять надо?! – возмутилась Ялана.
- Я не знаю, но если я так и буду бегать туда-сюда всю ночь, я тебе точно что-нибудь сломаю!
Теперь Йен сидел за столом на террасе и пил вино. Его израненные руки «украшали» повязки из бинтов. Он смотрел как-то грустно и выглядел уставшим. Ялане даже интересно стало, что ему действительно надо?
- Поговори со мной! – потребовал он.
Ялана молчала, гордо глядя на спящий двор с высоты хозяйской террасы. У неё не было никакого желания разговаривать с этим идиотом. Она хотела спать.
- Хочешь, я расскажу тебе о жизни до Катастрофы?
Ялана вдруг вынырнула из своих мыслей и посмотрела на него тревожно. Сон тут же улетучился. Теперь ей хотелось проникнуть в его сознание, чтобы своими глазами увидеть то, что видел он.
- Садись! Выпей вина со мной! Я расскажу тебе всё, что помню!
Ялана села в кресло напротив, не отводя от него глаз. Йен не торопясь налил ей вина. Его приятно волновало одно только её присутствие. Ему казалось, что больше ему ничего не нужно. Он думал, что ей рассказать? В итоге решил рассказать первое, что в голову пришло. Для неё это всё равно будет как удивительная сказка!
- Недалеко от нашей деревни была река, - начал Йен. - Когда мне было лет пять, отец надел на меня спасательный жилет и отпустил одного на воду на маленькой резиновой лодке на вёслах. Было очень холодно, реку немного штормило, поэтому мама нервничала и ругала папу, но он не поддавался. Он сидел на берегу и смотрел, как я первый раз в жизни самостоятельно плавал вдоль берега. А мне было и страшно, и интересно одновременно, и как-то радостно! Я почему-то хорошо запомнил тот день.
- Что значит штормило? – тихо спросила Ялана.
- Значит был сильный ветер.
- Он мог сдуть тебя?
- Он поднимал волны – это и есть шторм. Лодка могла перевернуться.
- Шторм, - повторила Ялана, пытаясь представить себе волны на реке.
- Теперь ты расскажи мне что-нибудь!
- Мне-то что рассказывать? – усмехнулась она. – Давай лучше ты ещё что-нибудь расскажешь!
Она смотрела на него жадно, а он был доволен, что разговорил её. Теперь она надолго здесь останется.
- Сначала ты расскажи мне о том мальчике, что дарил тебе цветы!
- Зачем? – нахмурилась она.
- Это приятные воспоминания, я хочу послушать! Часто он тебе цветы дарил?
- Всего два раза! – сказала она и задумалась.
Она не хотела ничего рассказывать. Ей совершенно не нравилась новая хозяйская забава – лезть к ней в душу. Но воспоминания сами собой заполнили всё её сознание, и она как будто утонула в них. Йен ждал продолжения.
- Когда он первый раз принёс незабудки, я была безумно счастлива! Я повсюду таскала их с собой, а когда они начали вянуть, попыталась их посадить в землю в огороде. Но они всё равно погибли, конечно. Тогда он повёл меня за купол к скалам и показал, где они растут. Он полез на отвесную стену, и у меня чуть сердце не остановилось. Я звала его обратно, но на него смотрели все его друзья и мои подруги. Он всё-таки нарвал для меня ещё цветов и спустился вниз. Я сразу растоптала их и сказала, что все цветы ждёт та же участь.
- Он понял?
- Не сразу! Сначала он был в бешенстве, что я так унизила его перед всеми. Но я объяснила ему, что его жизнь мне дороже, чем зависть подруг, и он понял. Как ты думаешь, почему цветы растут только на скалах?
- Скалы нагреваются за день, поэтому цветы не замерзают ночью… Я бы на его месте увёз тебя куда угодно, хоть на другую планету, но не отдал бы какому-то купцу!
- Этот мальчик – самое светлое воспоминание в моей жизни, а ты говоришь, что он не любил меня!
- Он любил тебя, Ялана! Просто он был слабаком!
- Ты зато крутой очень!
- Может и не крутой, но я никогда в жизни никому не отдам тебя, чего бы мне это ни стоило!
- То есть ты настаиваешь, что ты заклеймил меня только для этого?
- Именно для этого!
- Я не буду больше спорить с тобой! Отпусти меня спать!
- Нет, давай я тебе ещё что-нибудь расскажу!
- Расскажи! – тихо попросила Ялана и перестала злиться. – Ты говорил, что видел океан! Там в самом деле плавали огромные рыбы размером с дом?
Её глаза горели, она опять забыла, что надо держать дистанцию.
- Я бы сказал, размером с самолёт!
- Точно! Расскажи мне о самолётах! Как они летали?
- Сначала расскажи мне, почему у тебя волосы синие?
- Я не знаю. Мать Марисы говорила, что я такой родилась.
- Тебя не удивляет, что ты одна такая?
- Удивляет, – просто ответила Ялана.
- И что ты думаешь по этому поводу?
- Ничего!
- Ты никогда не видела людей с таким же цветом волос?
- Нет. Фиг с ними, с волосами! Расскажи о самолётах!
Йен прищурился, разглядывая её лицо. Она действительно не понимала, о чём он говорит.
- А родителей своих ты не помнишь?
- Нет. Они умерли, когда я была совсем маленькой.
- И ты ничего о них не знаешь?
- Мать Марисы рассказывала, что мои родители были врачами. Они спасали людей в Убежище, всех подряд, пока сами не умерли из-за облучения. А отец Марисы говорил, что меня украли бандиты. Они хотели отдать меня обратно родителям за топливо, но испугались чего-то и бросили посреди пустыни. Так я и потерялась. Его версия была очень подозрительной, и я не хотела верить этому.
- Почему?
- Откуда он знал, что бандиты хотели отдать меня обратно за топливо? – улыбнулась Ялана.
- Ты думаешь, он и был тем бандитом?
Ялана удивилась.
- Вообще-то я всегда думала, что он просто придумал нескладную сказку. Но теперь, когда ты так сказал, мне стало страшно! И вообще версия о врачах мне нравится гораздо больше!
- А где теперь родители Марисы?
- Радиация... – пожала плечами Ялана. - Они несколько лет болели и всё-таки умерли.
Ялана грустно смотрела в стол, подперев щёку рукой. Йен подумал, что надо прекращать допрос, а то она из его же любопытства догадается сделать выводы. К тому же она явно расстроилась.
- Кроме незабудок, ты цветов не видела? – спросил он.
- Нет, - оживилась Ялана. – Как выглядели… розы?
Они проговорили до самого утра. Он рассказывал ей всё подряд, а она засыпала его вопросами. Иногда Ялана пыталась спорить с ним, потому что в своих фантазиях по чьим-то обрывочным рассказам она уже представила себе каким был мир до катастрофы, и эти представления не всегда совпадали с тем, что говорил Йен. Он смеялся, но каждый раз прилежно объяснял ей, почему она говорит ерунду.
Когда Ялана начала зевать, Йен вызвал Амару. Она опять была не в духе, потому что не выспалась.
- Отведи её в глиняный дом! Пусть спит, в поле её не отправляй сегодня!
Амара посмотрела на Ялану с нескрываемой ненавистью. Она готова была придушить Ялану тут же, на глазах у хозяина. Мало того, что из-за этой глупой девки никто не спал всю ночь, теперь она сама-то выспится, а остальные будут работать!
А Ялана поймала себя на мысли, что не хочет уходить из его покоев. Она жалела, что ночь так быстро закончилась. Йен понял это по её лицу.
- Пока, Ялана! – сказал он просто, без злорадства, хотя понимал, что наконец-то победил её, окончательно и бесповоротно. Завтра же она сама придёт в его покои!
- Пока! – прошептала она, глядя в стол.
Ялана шла по тёмному спящему двору, не понимая, что с ней происходит. Ей хотелось плакать и смеяться одновременно.
«Ах вот как он решил! – подумала она, снова стиснув зубы. – Он решил своими сказками меня заманить! И ведь заманил же, подлец! Хочется слушать его бесконечно! Чёрт, что же делать? А как же побег?»
Амара уже подводила её к дому, поэтому надо было срочно что-то решать. И Ялана решилась. Она как будто в пропасть прыгнула:
- Скажи, Амара! А если с Тафием вдруг что-нибудь случится, кто станет начальником охраны? Уж не ты ли?
- Может и я! – заявила Амара и посмотрела на Ялану долгим внимательным взглядом.
- У меня есть отличный план! – подбодрила Ялана.
- Тебе-то это зачем?
Ялана задумалась. Что ответить? Она и сама не знает теперь, зачем.
- Ты же понимаешь, что я не позволю Йену командовать мной! – ответила она, наконец.
- Я же говорила! – усмехнулась Амара.
Она всё ещё злилась на девицу, поэтому не сразу согласилась.
– Хорошо! – подумав, сказала Амара. - Сегодня пойдём на кладбище, будешь молиться!
- Отлично! Буду молиться! – согласилась Ялана.
Ялана хорошо выспалась перед тем, как Амара повела её к хозяину. Йен почувствовал что-то неладное, но отпустил их на кладбище. Он не вообразил, что две хищницы объединятся и будут в тишине могильных плит планировать переворот в его доме.
Ялана поливала цветы на могилах, рыхлила землю и рассказывала Амаре свою задумку. Амара хищно улыбалась и думала над её словами.
Ялану не покидало ощущение, что теперь всё будет хорошо. Уж если растения как-то приспособились выживать в этой пустыне, не смотря на палящее солнце и ночную стужу, человек тем более справится!
Йен отправился в город, надеясь на рынке сбыть награбленное. Надо было очень постараться заработать как можно больше денег, потому что дома его ждала дюжина голодных ртов. Его не было дома почти двое суток.
Утром второго дня он въехал в свой двор, отдал коня Амаре и вдруг понял, что вокруг царит какая-то странная тишина. И ворота ему обычно открывает Тафий…
- Что происходит? Почему так тихо? – грозно спросил он у Амары.
- Тафий убил одного из рабов, парня.
- Что?!
- Как только ты уехал, они начали пить и пили всю ночь. Под утро выволокли из глиняного дома первого попавшегося раба и забили его до смерти. Я не знала, когда ты вернёшься, приказала его похоронить.
- Где Тафий? – уставшим голосом спросил хозяин.
- Во дворе под навесом, еле живой.
- Как звали этого раба?
- Ронео!
Имя прозвучало как гром. Йен даже посмотрел в глаза Амаре, чтобы удостовериться, что она не ошиблась.
- Ронео, - повторил он за ней. - Накрыть на стол и привести ко мне Ялану! – тихо приказал Йен.
Ялана вошла в его покои бледная, с красными опухшими глазами, смотрела только под ноги. Села с ним за стол, но от еды отказалась.
Йен не мог отделаться от мысли, что это он во всём виноват. Он всегда знал за Тафием его пристрастие мучить и убивать людей, но так ничего с этим и не сделал. Ещё в прошлый раз надо было убить Тафия… или хотя бы выгнать его…
Ялана положила голову на руки, не издав ни звука. Она так и смотрела куда-то вглубь себя. Йен не стал говорить с ней. Он молча поел, взял свой меч и отправился на площадку для тренировок. К его ужасу там действительно всё было залито кровью. Йен весь почернел от злости.
Тафия он нашёл, лежащим на земле под крышей среди ещё троих бойцов. Все четверо страшно мучились тошнотой. Это было странно.
Йен помнил, что обещал не говорить с Тафием, сразу убить, поэтому поднял за шкирку первого попавшегося паренька с земли.
- Сколько вы выпили вчера?
- Всего кувшин! Вон он и есть!
- А потом что?
- А потом я ничего не помню!
На столе действительно стоял только один кувшин. Йен отпустил парня, взял в руки кувшин. И вдруг всё стало так очевидно! Он вспомнил, что когда в прошлый раз он грозил убить Тафия, она всё это слышала!
На дне оставалось ещё на один глоток. Он подумал, кого бы напоить этим зельем? Для этой цели отлично подошёл Тайс, – он был трезв, ни в чём не виноват и ему такой дозы было достаточно.
Йен нашёл его, как обычно, в кладовке с едой, но на этот раз ругать не стал.
- Помнишь, ты хотел попробовать вино, а я тебе запретил?
- Помню, - с готовностью кивнул Тайс.
- Ты понял, почему я тебе запретил?
- Потому что я ещё не дорос! – пожал плечами Тайс, и Йен, как и тогда, не увидел в его глазах ни капли понимания.
- Вот теперь я хочу, чтобы ты выпил это!
Йен вручил ему кувшин, заставил выпить всё, что там оставалось, и приказал идти за ним на террасу. Перепуганный мальчишка сначала попрощался с жизнью, а потом, в покоях хозяина быстро освоился и накинулся на фрукты и сыр. Йен сидел напротив и наблюдал за ним. Через полчаса мальчик уснул прямо в кресле, с куском сыра в руке и несмотря на яркое солнце освещавшее террасу.
Йен, как ни странно, испытал облегчение. Ему стало так хорошо и спокойно, что он даже прикрыл глаза и посидел ещё немного в кресле в тишине. Он медленно дышал полной грудью, радуясь каждому своему вздоху. Никто не умер, и он ни в чём не виноват. Но что же делать-то теперь с этой бандой мошенниц?
- Амара! – позвал хозяин. - Поставь-ка пару кресел у свежей могилы! Отправь на кладбище сначала Тафия и всех, кто пил с ним ночью, а потом приведи туда Ялану! Лопаты не забудьте!
Йен вышел из дома как раз, когда Амара вела Ялану на кладбище. Амара без сомнения объяснила ей, что происходит, но Ялана держалась до последнего. На лице её царила безмерная скорбь, опухшие от слёз глаза всё так же будто разглядывали милые сердцу воспоминания. Йен был восхищён таким самообладанием и жмурился от удовольствия, как кот, добравшийся до сметаны. Ему нравилось, что она так старательно играет для него.
Они сели в кресла и стали наблюдать, как бойцы, борясь с похмельем и тошнотой, обливаясь потом, раскапывают могилу Ронео...
Часть 3
