17
С восходом солнца наш самолет, продолжил путь к Нелькану, где совершил краткую остановку, пополнив баки топливом, а мою кабину почтой. А вот дальше началось новенькое. Через некоторое время после вылета из Нелькана, наш экипаж вывел самолет в открытое море, оторвавшись от береговых ориентиров и взяв курс на мою «малую родину» Николаевск-на-Амуре. Внизу поплыли торосистые льды с черными полыньями холодной, даже на взгляд, воды. Примерно через полтора часа полета показался большой остров. Облетев его выступающий мыс, мы еще больше часа летели над ледяными полями, после чего бережком добрались до Николаевска, где и приземлились, опять в темноте.
«Малая родина» встретила нас гораздо более гостеприимно, нежели Охотск. После очередной погрузки, когда почтовые завалы в пассажирской кабине приняли угрожающие размеры, на почтовых санях нас отвезли в «номера», бывший «отель du Nord». Наверное, в честь него в мое время главная гостиница Николаевска называется «Север». Так что переночевали мы более-менее комфортно, хотя от «отеля» там, конечно, мало что осталось. По-видимому, здание в основном использовалось как коммуналка в качестве «маневренного жилого фонда». Но хоть тепло и можно спать, не в горнолыжке, и то хлеб.
18
Утром нас ждал последний, самый длительный этап перелета от Николаевска до Хабаровска «по прямой» более 600км. Кажется, я уже начал привыкать к полету на этажерке, не смотря на холод, тряску и болтанку, держался АНТ в воздухе не хуже своих навороченных потомков. По крайней мере, пока. Однако, «Дневник тещи» я успел прочитать полностью еще во время взлета в Николаевске и на посадку в Хабаровске его уже не хватило. Тем не менее, приземлились успешно. И в дальнейшем мне тоже сопутствовала удача. Пока мы с младшими членами экипажа помогали почтовикам перетаскивать тюки с почтой, наш КВС добрался до телефона и выяснил, что в Хабаровске мы вполне можем устроиться с комфортом в гостинице Дальний Восток с хорошими условиями, а не в коммунальном клоповнике «1-ой коммунальной гостиницы».
Это сообщение было встречено курившими вместе с грузчиками на бревне около здания аэропорта авиаторами с восторгом. По словам товарища Тарасова, там даже останавливаются приезжающие в город партийные руководители.
- Вот только, товарищ Абалкин, и цена там не маленькая, - с сомнением посмотрел он на меня. – Потянете ли вы, с командировочных-то чекистских? Или вас забросить в «коммуналку»?
- А, была, не была, один раз живем, - с улыбкой рубанул рукой я, решив, что после такого перелета и перед длинной дорогой до Москвы по железке, имею право потратить немного из берзинской «заначки».
В результате мы загрузились в кузов грузовика и, продуваемые «родным» хабаровским зимним ветром, выехали с привокзальной площадки. Площадью это назвать, конечно, было невозможно. Я не раз, конечно, бывал в хабаровском аэропорту в СВОЕМ времени и понимаю, что в 37-ом году тут может быть что-то по-другому. Но вот выезжали мы, по моим ощущениям, совсем в другую сторону, чем из аэропорта «Хабаровск-новый».
Ба! Да неужели же это наш «Малый порт»? Аэропорт МВЛ, у которого стоял (или стоит, или будет стоять) вертолет, который собирались прихватизировать у нас воротилы (от слова «вор») из Ют-Эйр. Похоже, что «Малый порт» старше своего «старшего брата». Грузовик выехал на проезжую дорогу и шустро покатил, видимо, в сторону города. Через пару минут фары выхватили из темноты строения. Авиагородок? Вроде бы, его начали строить позже. А что там было до этого? Вроде бы, деревня Матвеевка-2-я. А вот и поворот, наверное, на Чернореченское шоссе. Еще через несколько минут пути по пустой заледенелой дороге, по левой стороне фары выхватили какие-то производственные постройки? - Что это? – спросил я.
– А это мы кирпичный завод проезжаем, – сообщил товарищ Тарасов.
Скоро въехали в городскую застройку. Стали появляться встречные автомобили или телеги. Из знакомых ориентиров я узнал только лишь водокачку у гостиницы «Турист». Самой гостиницы, ясен день, еще не было. Да еще зеленые насаждения парков «Динамо» и «Гайдара» с расположенным перед ними зданием Железнодорожного техникума, в то время Школы военных техников. Когда же проехали площадь Ленина, ландшафты стали уже более-менее знакомы. Да и фонари появились. А вскоре наш автомобиль остановился около здания на пересечении Муравьева–Амурского и Истомина.
Часть первая. Хозяин Колымы. Подглавка 19
Высказать свое "фи" или "вау" вы можете на главной странице книги, там же есть ссылка на полную версию книги.