Осенью воздух становится каким-то особенно прозрачным. И в то же время насыщенным запахами, звуками.
Летишь на метеоре по Оби и кажется, что стоит вглядеться в далекую тундру на берегу, рассмотришь каждый кустик.
В Салехард мы приехали (пришли?приплыли?) около 15 часов. Здесь мы планировали остаться на несколько дней, поэтому жилье забронировали заранее. Забросили вещи, отправились гулять.
Ярко раскрашенные дома, исторические деревянные постройки, современная смотровая площадка — все это создает неповторимую атмосферу. Маленький город цепко стоит на холодной северной земле, насмешливо поглядывая на гостей, забредших в край полярной зимы.
На следующий день мы поехали в гости к оленеводам. Конечно, о посещении договаривались заранее, это не музей.
Встретила нас живенькая пожилая дама. Черные глаза, маленький рост, лукавая улыбка: дочь северных кочевников сноровисто разложила на низком столике угощение и принялась нас потчевать.
Уплетая строганину и брусничный пирог, мы слушали, как по весне оленьи стада откочевывают к Карскому морю, спасаясь от летнего «зноя» и гнуса, следуя вековыми маршрутами. За ними следуют легкие нарты. Такие караваны в сутки могут преодолевать от 20 до 60 км. А могут стоять на месте по нескольку дней. Все зависит даже не столько от сезона, скорее, от природных ритмов.
Для нас, городских жителей, как будто отворилась дверь, хотя нет, какие в чуме двери. Как будто маленькая смуглая рука откинула занавеску, а за ней совсем другой мир — бескрайние мшистые пастбища, сильные и гордые звери, ловкие маленькие погонщики. Кочевой быт, легенды про Нума и Явмала в дымном чуме под завывания пурги и над всем этим — всполохи северного сияния.
Пожалуй, тогда я впервые задумался о том, как мало знаю о мире, в котором живу. Что даже не осознаю, насколько он многообразен и ярок. Правду сказал Рэй Бредбери: «Посмотри на мир — он куда удивительнее снов».
Следующие остановки — Лабытнанги, Нефритовая долина и Воркута.