Правозащитники европейской организации Solidaritätsnetz International обратили внимание на несоответствие законотворческой деятельности в Молдове европейским требованиям.
Законотворческая деятельность в Молдове вызывает озабоченность европейских правозащитников, ряд недавно принятых в стране законов направлены на подавление оппозиции и гражданского общества, об этом говорится в опубликованном экспертами международной правозащитной организации Solidaritätsnetz International заявлении.
Эксперты упомянули три разработанных правящей PAS законодательные инициативы, обратив внимание на то, что все они ранее подверглись критике со стороны Венецианской комиссии и ОБСЕ.
Так, напомнили в Solidaritätsnetz International, положения проекта закона о Службе информации и безопасности в случае их принятия могли "наделить разведывательную службу слишком широкими полномочиями и "неограниченной властью"", – отмечала Венецианская комиссия.
Также Венецианская комиссия опубликовала свое промежуточное заключение по законопроекту Республики Молдова, направленному на ограничение чрезмерного экономического и политического влияния в общественной жизни (деолигархизация), в котором властям Кишинева было "рекомендовано проводить системные реформы, а не сосредотачиваться на конкретных лицах".
Подвергся критике и "закон о сепаратизме", который, по мнению Действующего председателя ОБСЕ, министра иностранных дел Северной Македонии Буяра Османи, не нужно было принимать, если это может негативно повлиять на переговорный процесс между Кишиневом и Тирасполем.
"Как следует из законотворческой деятельности режима в Кишиневе, президент Санду под прикрытием демократических нарративов выстраивает исключительно личную власть. Все законодательные инициативы и уже принятые законы направлены на подавление оппозиции и гражданского общества. Вместо демократических реформ в диалоге с обществом Санду занимается укреплением репрессивного аппарата", – отмечается в заявлении Solidaritätsnetz International.
Правозащитники также указывают на то, что в Молдове действует режим чрезвычайного положения, хотя в стране нет ни горячего конфликта, ни стихийного бедствия.