Восьмое марта.
Два года назад в этот день я везла маме охапку тюльпанов.
По дороге вытащила из огромного букета несколько штук и бабушку хотела поздравить на остановке — показалось мне, что она одинокая. Я, как обычно себе намечтала, да напредставляла, что живёт она одна, что никто ее не поздравил, ну и так далее. А она меня в колдовстве заподозрила...
Снегу было в ту зиму — у, много так. Прошла, да какое прошла — пролезла на могилку к маме, да разложила цветы. Будто полянка получилась. В жизни у неё мало было радости, вдруг оттуда посмотрела и порадовалась — не забыли. Это я ещё верила, то есть там что-то...
Счастливое было время. Серёжик мой был со мной, а всё остальное — такая ерунда. Ну подумала, бабушка, что я колдую, дни жизни хочу её сократить — пусть думала бы сколько хотела. Конечно, я сама виновата, как всегда — лезу, куда меня не просят...
Теперь дни — так, как резина, тянутся, тянутся. И такие же черные. Нет им конца. Хоть и обратный отсчёт запущен. Уже не живу, а просто жду конца. Гоню, тороплю ненавистное время...
Я ушла с работы четыре года назад. Да, 6 марта 2019 года. После смерти мамы не смогла, да и не решилась доверить никому Серёжика — какая там сиделка, нет. Сдать его куда-то, чтобы сохранить работу — об этом даже и мысли не было. Хотя мне советовали и такое, пугая безденежьем и указывая на моё природную упрямство. Предложить им представить, что они сдали своих детей куда-либо я, конечно, не могла. Это жестоко. Даже на миг подумать — страшно. А моим друзьям, ставшим впоследствии просто бывшими коллегами это было запросто. Ведь "по-дружески" желали. Да и потом: не своё — не болит.
Правда, также по-дружески и осуждая, и предрекая, что взвою от такой жизни.
Ну да ладно, всё это теперь неважно абсолютно.
Четыре года назад попросила моя знакомая поздравить свою маму. Купить ей тюльпаны и отвезти. Она сама в Москву перебралась, а мама здесь. Предложила я ей ещё не то, что сюрприз — маленький гостинчик маме.
Давай, — говорю, я ещё блинов пожарю и "живыми" ягодами начиню.
Правда, у нас была только вишня замороженная и малина. Но всё равно — маме будет приятно. Букет и блины на козьем молоке с ягодами. Хорошо бы торт, но я умею только шоколадный, а другие то получаются, то нет — не хочу рисковать. А блины, как у всех у нас — блюдо с гарантией. Блины тоненькие, а ягоды чуть-чуть сдобрены сахарной пудрой, чтобы не забить вкус, чтобы кислинку сохранить...
Согласилась моя знакомая... Я рано-рано утром, ещё Серёжик и Юра спали, уехала на рынок. Чтобы самой выбрать цветы. Потому, как Юре вечно всучат то, что никто не берёт. Да ещё, наверное, скажут: самые лучшие. А тут-то не мне, а в подарок. Маме. Пусть не моей, но всё же.
Выбрала тюльпаны прямо с луковицами. Разноцветные, крепкие такие, как богатыри. Дома луковицы обрезала, цветы завязала лентой. Да блины приготовила.
Юра в роли курьера поехал к назначенному времени. Чтобы одновременно — он приехал, и дочь позвонила, поздравила. А мама получила подарочек. Будто из рук в руки. От дочери.
Подъехал Юра к дому, позвонил знакомой. Вызывай маму из подъезда. Стою, мол, у дверей.
Вышла мама. Растерянная. От Наташи? Вы курьер? Ну спасибо, спасибо вам, молодой человек. А блины моя дочь печь не умеет. Это точно от неё?
Насилу объяснил, что и как. Не в обиде на пожилую женщину, а на себя — к сюрпризам надо готовить людей, потому как время такое — всякое случается...
А эти цветы Тане. От мужа. Полтора года её нет, а ходит Виктор каждый день... Спросила Надя у него: как вы, привыкаете? Нет, — отвернулся он. И за платком в карман полез. Ей было 49, да вот болячка "модная" не дала шанса.
Дорогие друзья, спасибо большое за внимание!
Берегите себя и своих близких. Пусть у вас всё будет хорошо.
С уважением, Женя.