Бог из кустов

⁠⁠

– А вот представь, если меня всё же схватят эти инопланетные воинствующие маньяки, не знающие жалости, и я, как честный человек, скажу больше, как честный гуманоид, буду вынужден свидетельствовать против Новаскома перед межгалактическим советом. К тому же у них есть видеозапись инцидента. Тогда судьба Новаскома окажется в руках бога из кустов.

– Из горящих?

– Из обычных.

– Да какой ещё бог из кустов, что ты такое мелешь?

– Есть два выражения, которые обозначают, что героев, оказавшихся в смертельной опасности, спасёт лишь чудо. Первое, камерное: Бог из машины. Второе народное, господствующее в интернете: Рояль в кустах. Я же смешал два выражения в одно. Получился бог из кустов, или кустарный бог. Рояль из машины я отверг, как идущее вразрез с моими эстетическими вкусами. Так вот, если в момент моей дачи показаний из кустов выскочит бог…

– ...из горящих, – мрачно вставил Гербес.

– ...или из аудитории…

– ...из горящей, – мрачно вставил Гербес.

– Почему из горящей?

– А из горящей аудитории самое то выскакивать.

– Неважно, откуда он там выскочит, но, выскочив, совершит свои мистические два притопа - три прихлопа, то положение будет спасено. Война не случится, а я выйду сухим, не запятнав своей чести.

– Нет, ты не аутист! – воскликнул поражённый Гербес.

– Спасибо и на этом.

– Ты клинический аутист, эталон мирового аутизма! Тебя надо срочно наградить кубком мастера-аутиста!

– Меня? – недоуменно переспросил Брокк. – Но почему?

– Ты отказываешься от больших денег ради своих никому не нужных книжонок, а сейчас на голубом глазу ровным голосом утверждаешь, что тебе важнее не соврать, важнее твоя честь, чем избежать войны и десятков тысяч потенциальных жертв! Вот кто истинный маньяк, всё это время умело скрывающийся под личиной моего брата-аутиста, а не эти чёртовы пришельцы!

– Я просто рассуждаю вслух. Это всего лишь вольные абстрактные фантазии.

– Твои вольные абстракции, в которых ты добровольно погряз, до добра ещё никого не довели, помяни моё слово. А только до психушки. И это в лучшем случае.

– Фантазировать не запретишь. Есть же гипотетическая задачка, в которой предлагается убийство невинного ребёнка ради счастья всего человечества.

– Совсем уже кукушка от книжек поехала. Такого и в мыслях допускать нельзя!

– Проблема многих в том, что они подходят к теории с точки зрения практики.

– А как ещё надо подходить к этой чепухе, замешанной на убийстве ребёнка? Это какая-то провокация. Общее счастье недостижимо! Это всем известный факт.

– В том и дело, что теория на то и теория, что она кристально чиста. Никакого подвоха, иначе и смысла нет в задачках такого рода. Надо лишь поверить, что, убив ребёнка, все станут счастливы. Но убить должен ты. И ты должен посмотреть на ситуацию глазами невинного ребёнка.

Гербес со страхом воззрился на Броккена.

– Зачем?

– Чтобы поверить в условия задачи. Дети не отравлены моралью, религией, бытом, опытом, другими людьми и, самое главное, страхом, поэтому всё ещё могут считаться разумными существами. У них абстрактное мышление возведено в максимально достижимый абсолют.

– Это бесчеловечно.

Книга "В Великом Нигде, где всё возможно": https://author.today/reader/238865/2150392