1 марта в городском суде Петрозаводска завершилось рассмотрение дела экс-руководителя Роспотребнадзора Республики Карелия Анатолия Коваленко.
Ранее признанный невиновным в гибели 14 детей на Сямозере бывший госслужащий требовал компенсации морального вреда за шесть лет преследования. Сумма иска — 12 млн рублей, отсудить у государства получилось 3 млн рублей.
Необоснованная сумма?
Почти семь лет назад, 18 июня 2016 года, 47 детей, отдыхавших в лагере «Парк-отель Сямозеро», отправились в сплав. Во время прогулки на каноэ и плотах начался шторм. Дети оказались в воде, 33 из них удалось спастись, а 14 — утонули.
Фигурантами уголовного дела долгое время были сотрудники Роспотребнадзора РК – на тот момент руководитель ведомства Анатолий Коваленко и его заместитель Людмила Котович. Сторона обвинения настаивала на том, чтобы отправить их в колонию-поселение на шесть лет. Спустя годы, пока шли разбирательства, Петрозаводский городской суд, а затем и Третий кассационный суд Санкт-Петербурга признали их невиновными в халатности, повлекшей смерть детей.
Надо сказать, по мнению Минфина, обозначенная сумма в 12 млн не обоснована и велика. Одним из аргументов ведомства стала судебная практика по подобным делам.
«По похожему делу, где реабилитированный истец обвинялся в тяжком преступлении и три года содержался под стражей, Петрозаводский городской суд удовлетворил иск на сумму 2 млн рублей», — привела пример представитель Минфина Анна Маркова.
«Я стал инвалидом»
По мнению Анатолия Коваленко, годы, в течение которых его считали виновным в гибели несовершеннолетних, для его здоровья не прошли бесследно.
«До уголовного дела я хоть и был болен, но не был инвалидом, — произнёс он на суде. — После уголовного преследования я стал инвалидом».
По словам представителя бывшего руководителя Роспотребнадзора РК, из-за ранее предъявленных обвинений безупречная репутация его доверителя сильно пострадала, ведь он обвинялся в должностном преступлении, которое повлекло за собой смерть 14 детей.
«На большей части заседаний присутствовали законные представители погибших детей, — сказал адвокат Анатолия Коваленко Михаил Ямчитский. — Считаю, они были введены в заблуждение органами следствия и прокуратуры относительно виновности Коваленко в смерти их детей. Своё соответствующее отношение (они) переносили на него. Он находился с ними в одном зале в течение длительного времени, слушал их выступления, когда на него показывали пальцем и говорили: «Ты убил наших детей!».
«Каждый страдает по-своему»
Прокуратура апеллировала к тому, что сумма иска должна быть снижена и не отвечает принципам, которые закреплены в законодательстве РФ. Это принципы разумности, справедливости и соразмерности, которые «позволяют соблюсти баланс как частных, так и публичных интересов».
В надзорном органе указывали на то, что при заявлении 12 млн рублей в иске этот баланс нарушается. В итоге суд удовлетворил требования истца частично: 3 млн рублей присудили Коваленко в качестве компенсации морального вреда, а 10 тыс. рублей из бюджета взыскали в качестве оплаты адвокату.
«Готов ли мой доверитель обжаловать решение, сказать не могу, не видел полный текст решения суда, он окажется в нашем распоряжении в ближайшее время, и мы с ним ознакомимся, — прокомментировал «АиФ. Карелия» адвокат Михаил Ямчитский. — Окончательное слово будет за моим доверителем. Физические и нравственные страдания — вещь сугубо индивидуальная. Каждый страдает по-своему: кому-то достаточно косого взгляда, чтобы тот погрузился в депрессию, а от кого-то как от стенки горох всё отскакивает».
По словам адвоката срок для обжалования судебных решений по гражданским делам достаточно большой — один месяц с момента оглашения: хватит времени, чтобы подумать, всё взвесить и определиться с возможным обжалованием.
«Анатолий Иванович с тех пор, как вступил в законную силу приговор суда (о признании его невиновным), выдохнул и чувствует себя намного лучше, нежели, когда осуществлялось уголовное преследование, — добавил адвокат. — Тем не менее, человек не восстановился окончательно: очень много об этом думает, переживает, его ситуация не отпустила. Может быть, она вообще никогда его не отпустит?!».