1984. Галина Вишневская (1926—2012) рассматривает витрину магазина в Венеции
15 марта 1978 года Леонид Ильич Брежнев подписал указ о лишении советского гражданства виолончелиста Мстислава Ростроповича и певицы Галины Вишневской. В газете «Известия» была опубликована статья об этом под заголовком «Идеологические перерожденцы». В ней говорилось, что «выехавшие в зарубежные поездки Ростропович и Вишневская, не проявляя желания возвратиться в Советский Союз, вели антипатриотическую деятельность, порочили советский общественный строй, звание гражданина СССР».
Между прочим, Леонид Ильич был лично знаком, как минимум, с Вишневской. Она вспоминала вечер, проведённый в обществе Брежнева в Берлине в 1964 году:
«Хорошо одетый, черноволосый нестарый мужчина — ему было тогда 57 лет, — энергичный и очень общительный, компанейский... Пил он не много, рассказывал анекдоты и даже стал петь смешные частушки, прищёлкивая пятками, руками изображая балалайку, цокал языком и на вятском наречии пел довольно приятным голосом. И это не были плоские потуги, нет, это было артистично и талантливо. Кто-то из присутствующих провозгласил тост:
— Леонид Ильич, за вас!
— Нет, что там за меня пить, мы выпьем за артистов. Что такое политики, сегодня мы есть, а завтра нас нет. Искусство же — вечно. Выпьем за артистов!».
А вот у Брежнева его собеседница оставила не самое лучшее впечатление. Георгий Шахназаров: «Однажды Леонид Ильич рассказал нам, что на ужине в Берлине Галина Вишневская позволила себе выругаться в его присутствии. «С тех пор не могу её видеть!» — с чувством заключил Генсек».
Мстислав Ростропович позднее активно поддерживал Бориса Ельцина, в 1991 и 1993 годах. События Августа 1991-го их сторонники даже называли «революцией с лицом Ростроповича».
Ростропович во время событий Августа 1991 года в Белом доме
Виктор Пелевин вывел в романе «Generation П» (1999) хомячка, увешанного орденами, по имени Ростропович.
«Телефон зазвонил опять. Азадовский взял трубку, послушал немного, и его лицо расцвело широкой улыбкой:
— Вот это я хотел услышать! Контрольный сделали? Хвалю.
Видимо, новость была очень хорошей — встав, Азадовский потер руки, пружинисто пошёл к встроенному в стену шкафу, достал из него большую клетку, на дне которой что-то быстро заметалось, и перенес ее на стол. Клетка была старой, со следами ржавчины, и походила на скелет абажура.
— Что это? — спросил Татарский.
— Ростропович, — ответил Азадовский. [...]
Татарский заметил на грудке хомячка несколько зубчатых металлических кружков, похожих на часовые шестеренки. Вглядевшись, он увидел, что это маленькие копии орденов, выполненные с удивительным искусством, — кажется, в них даже мерцали крошечные камни, что усиливало сходство с деталями часов...
— Кто это ему дал? — спросил он.
— А кто ж ему даст, если не я, — пропел Азадовский, вынимая пинцетом из баночки короткую ленточку из синего муара. — Держи крепче...
— За что ему орден? — спросил Татарский.
— А настроение хорошее. Что, завидно?».
Так Мстислав Леопольдович остался в истории...
Элита святых девяностых. Ростропович, Вишневская, Солженицыны, Любимов