В самом начале 80-х годов случилось это забавное происшествие. У моей мамы была близкая подруга — та самая, что когда-то вела меня за руку в школу и была моим классным руководителем. Однажды в выходные к ней приехали погостить её племянница с мужем и маленьким сынишкой, которому едва исполнилось пять лет.
Малыш накануне получил задание от воспитательницы: к понедельнику нужно было выучить стихотворение про осень. Однако время неумолимо текло, и вскоре все позабыли о предстоящем испытании. Воскресенье стремительно приближалось к концу, и лишь тогда взрослые спохватились. Судорожно пытаясь вспомнить подходящие строки, они вдруг обнаружили, что память отказывалась выдавать шедевры классической поэзии. Все попытки оказались тщетными: будто туман окутал сознание, стерев из него все знакомые рифмы.
Тут мамина подруга, известная своим искромётным юмором, неожиданно вспомнила одно стихотворение — правда, весьма своеобразное. Оно звучало так: «Поздняя осень, грачи улетели, некому больше г…о убирать, дятел сидит на об…нной ели, что за погода...» И далее следовала ещё более пикантная версия, явно не предназначенная для детских ушей. Взрослые рассмеялись, посчитав эту шутку удачной, и решили забыть обо всём. Но вот ребёнок оказался куда более восприимчивым. Эти необычные стихи ему настолько понравились, что он твёрдо решил их выучить. Ни уговоры, ни обещания найти что-то другое не могли заставить малыша отказаться от своего выбора.
И тут взрослые осознали, что начало этой поэмы заимствовано из известного стихотворения Некрасова. У подруги мамы была прекрасная библиотека, но, как назло, среди множества книг отсутствовал сборник произведений Николая Алексеевича. Сегодня такие поиски занимают считанные минуты благодаря интернету, но в те времена приходилось полагаться исключительно на свою память или обращаться к соседям. Воскресные вечера были временем, когда двери библиотек были закрыты, оставляя нас один на один с нашими воспоминаниями.
Вечером дом погрузился в атмосферу суеты: соседи и друзья по очереди пытались вспомнить хотя бы пару строк из заветного стихотворения. Но каждый раз всё заканчивалось провалом — никто не мог продвинуться дальше первых двух строф.
«Поздняя осень. Грачи улетели.
Лес обнажился, поля опустели.
Только не сжата полоска одна...
Грустную думу наводит она».
С каждым словом ситуация становилась всё комичней: взрослые начинали смеяться, а ребёнок, упорно требующий продолжения, заливался слезами. Уже выучив первые строки, он настаивал на том, что где-то там должно быть «ещё что-то», но убедить его в обратном оказалось невозможно.
Примерно в десять часов вечера подруга мамы наконец-то нашла нужную книгу у одной из своих приятельниц. Получив диктовку по телефону, мы с облегчением вздохнули. Казалось бы, миссия выполнена, но тут возник новый вопрос: сумеет ли маленький мальчик справиться с таким объёмным и сложным текстом? К нашему изумлению, после третьей попытки он начал декламировать стихи без единой ошибки. Победоносно завершив своё выступление, он мгновенно заснул прямо на полу, так и не добравшись до кровати.
На следующий день в детском саду воспитатели были поражены выбором столь сложного и мрачного стихотворения для маленького ребёнка. Но мальчик читал его с гордостью и энтузиазмом, словно передавал через каждое слово всю драму пережитого пути. Родители, краснея, рассказали педагогам историю возникновения этого необычного задания, вызвав у тех добродушный смех. После этого случая взрослым дали совет: впредь быть более осмотрительными в выборе стихотворения для малышей.