Тайна за каждой страницей: 5 книг с захватывающим сюжетом

Суббота — время для чтения детективов. 😊 Все согласны? Да, мы читаем каждый день, но именно в выходные, после рабочих будней, делать это вдвойне приятнее. Поэтому ловите весьма интригующую подборку!

*нажав на название книги, вы сможете прочитать ознакомительную часть, а также узнать мнение читателей о той или иной книге :)

Убийство в заброшенном поместье

Заброшенное английское поместье. Пропавший портрет. Убитый смотритель. Не на такое наследство она рассчитывала… Пережив за последний год смерть матери, развод и потерю работы в издательстве, американка Джо Джонс внезапно получает в наследство семейное поместье на севере Йоркшира. Вот только ждет ее не роскошный дворец, а мрачный особняк, пустовавший более сотни лет. С дырой в крыше, плесенью по углам, запущенным садом и почти сгнившей библиотекой. Впрочем, Джо, обладающую поистине энциклопедическими знаниями, но испытывающую робость от общения с людьми, такое не пугает. Она с энтузиазмом берется за восстановление поместья и изучение истории семьи, о которой почти ничего не знает. А потом Джо находит безжизненное тело смотрителя своего нового дома с тремя пулевыми ранениями в спине. И понимает, что может стать главной подозреваемой в убийстве. В то же время из секретной комнаты в особняке пропадает особенный портрет, странным образом связанный с обнаруженным трупом и с загадочной историей ее семьи. С помощью торговца антиквариатом из Уэльса, угрюмого местного детектива и жены владельца паба, Джо предстоит найти пропавшую картину. А заодно раскрыть крайне неприятные тайны маленького городка и собственной семьи. И все это она должна сделать до того, как убийца нанесет еще один удар…

– Что вы имеете в виду? Как исчезли? – То и имею. – Сид направил фонарь на себя. – Собрали вещички и удрали. И уволили всех, а то нет? О да, гордость города, типа. – Фальшивым фальцетом он пропищал: «Нанимаем работников для большого сада и чертовски большого дома». – А потом – вшух! Бежали, словно за ними гнались.

Все же у особняка был несколько угрожающий вид, хотя со второго взгляда уже не казалось, будто дом властвует – просто тихо наблюдает. Ей рассказали, что камень для постройки дома добывали где-то неподалеку. И земля кое-где – все сплошь источенный временем известняк – стала уже проседать. Это напомнило ей о пещере, куда она попала совсем ребенком.

– Я не ваш дружочек. И мне хотелось бы знать, чем вы тут занимаетесь, потому что вы мне не нравитесь. В смысле, когда вы здесь. – Последнюю часть фразы Джо произнесла не так уверенно, как ей хотелось бы. – Да что с вами такое? Я тут вас пытаюсь предупредить. Боже ж мой. Дамочка, да если так вести себя с людьми, своей вы тут не станете. – Насвистывая, он пошел к выходу и, обернувшись, добавил: – Траву я тут стригу. Газон. В Штатах тоже это делают, так?

Охотник

Тихий омут глухой ирландской провинции где-то между Слайго и Голуэем вновь не дает заскучать Келу Хуперу, бывшему полицейскому из Чикаго, переехавшему в Ирландию в поисках деревенского покоя. Трей Редди, местный подросток и теперь подмастерье Кела в его столярной работе, а также вся остальная семейка Редди вновь оказываются оком циклона, который затягивает в себя микровселенную деревни Арднакелти. Ветер посеял Джонни, непутевый глава семейства Редди, а пожнут бурю едва ли не поголовно все в округе, от мала до велика. Особенно те, кто воплощает собой незыблемые законы этих мест, неписаные правила, по которым живет этот древний край, – те, кому издавна досаждали проходимцы из клана Редди и кто совсем недавно покарал эту семью. В этом детективном вестерне с элементами золотоискательской авантюры Келу Хуперу вновь придется решать задачи, от которых он тщетно пытался сбежать из Чикаго за океан, и стараться при этом не расстаться со свободой, а то и с жизнью.

Может, оно и успокаивает, однако Трей все еще необщительна – даже по ее собственным понятиям. Через некоторое время Драч с Банджо, загнанные жаждой, заходят в открытую переднюю дверь, долго и шумно пьют из своих мисок и заскакивают в мастерскую, требуя внимания.

Мартов личный бес — скука. Согласно пространным объяснениям Келу, Март считает скуку величайшей для фермера опасностью, куда большей, чем трактора и жижесборники. От скуки ум у человека делается беспокойным, и тогда человек берется лечить себя от беспокойства, вытворяя всякую дурацкую херню.

Она могла бы успокоить его — хотя бы временно, — забрав в постель, но с самого начала решила, что не позволит Келовым настроениям стать её ответственностью; не то чтоб у него их было много, однако Шон, её муж, был человеком настроения, и она по ошибке решила, что в её задачи входит его настроения исправлять. Кел никогда не ждёт от неё такого — вот это, среди многого прочего, она в нём и ценит. Портить такое у неё нет никакого намерения.

Убийство на Острове-тюрьме

Этот одинокий клочок суши в Южно-Китайском море окутан страшными легендами. Когда-то здесь высадились безумцы с «корабля дураков», захватили его и превратили в настоящий ад. А сегодня он носит имя Остров-тюрьма, потому что на нем расположилось особое учреждение – строжайше охраняемая психиатрическая лечебница для опасных душевнобольных преступников. Безумием здесь наполнен каждый день. Но на этот раз случилось нечто из ряда вон: директор лечебницы сам сошел с ума, напал на нескольких человек, а потом был убит, причем абсолютно невозможным способом… Ему чем-то пронзили сердце. Это произошло в ярко освещенном, находящемся под ежесекундным наблюдением изоляторе с мягкими стенами, куда его поместили после тщательнейшего досмотра. Одежда сильно окровавлена, однако не порвана в области раны. Камеры зафиксировали убийство, но убийцы на них нет. Специалист по таким невозможным преступлениям в Китае лишь один – выдающийся сыщик-математик Чэнь Цзюэ…

До появления специализированных психиатрических лечебниц большинство душевнобольных сажали на корабль, спускали его на воду – ну а дальше будь что будет. И вот такой корабль с больными пассажирами на борту курсировал от одного города к другому. Этот обычай особенно был распространен в Германии.

– Нам надо выбираться с острова! Нельзя терять ни секунды! – настаивал Лонгфелло. – Если уплывем сейчас, то у нас еще есть шансы остаться в живых! А иначе нас всех порешат дьявол и его приспешники! – Но у нас нет лодки! Если мы сколотим плот из простых досок, то его быстро разрушат волны, и мы погибнем! – разумно тревожились моряки.

Пытаюсь поднять правую руку, но не могу. Я замечаю, что мои конечности привязаны кожаными ремнями темно-коричневого цвета к койке, и я лишь могу немножко задрать голову, чтобы осмотреться вокруг. На мне надета больничная пижама в сине-белую полоску, белья нет. Одежда мне не по размеру, она кажется чересчур широкой. Пижама не просто грязная – от нее несет тошнотворной затхлостью.

Охотясь на Аделин

Бриллиант Смерть идет со мной рука об руку, но жнец не в силах мне противостоять. Я застряла в мире, полном чудовищ, принявших человеческий облик, и тех, кто не такой, каким кажется. Они не смогут удерживать меня вечно. Я больше не узнаю ту, в кого превратилась, и я борюсь за то, чтобы отыскать дорогу к зверю, который охотится за мной в ночи. Они называют меня бриллиантом, но они создали лишь ангела смерти. Охотник Я родился хищником, с безжалостностью, вросшей в мои кости. Ночью у меня украли то, что мне принадлежит, как алмаз, спрятанный в крепости. Я понял, что больше не могу сдерживать зверя. Кровь обагрит землю, когда я уничтожу этот мир, чтобы найти ее. И вернуть ее туда, где ей самое место. Никто не избежит моего гнева, особенно те, кто предал меня.

Я преследовал тебя на протяжении многих жизней, Аделин. Моя душа так сильно нуждается в тебе, что я стал тенью, обреченной вечно охотиться за тобой.

Я никогда не пойму, почему люди боятся смерти, ведь время гораздо страшнее нее. В конечном итоге оно и приводит нас к гибели, потому что время – единственное, что делает нас по-настоящему смертными. Мы заперты в иллюзии, из которой нет выхода.

Шрамы напоминают нам о том, что мы выжили, а не о том, что нас когда-то убивало.

Возможности человеческого тела больше не ограничиваются законами физики. Абсолютное разрушение на кончиках моих пальцев способно сжечь целые города, превратить их в пепел и тлеющие угли. Одно чирканье спичкой или взмах запястьем – и все, что видят мои глаза, поглотит тот черный огонь, что полыхает внутри меня.

Масло

Журналистка Рика загорается идеей написать серию статей о Манако Кадзии – женщине, которую подозревают в вымогательстве и убийствах собственных поклонников. Она окружала мужчин заботой и любовью, кормила домашней едой, жила на их деньги… а потом они умирали. Но общественность удивляют не столько сами преступления, сколько внешность убийцы: ее полнота никак не вяжется с образом роковой содержанки. Журналистка хочет выяснить, в чем секрет Кадзии, почему ее любили мужчины, откуда у нее такая уверенность в себе? Чтобы подступиться к загадочной преступнице, Рика просит у нее рецепт говяжьего рагу, которое один из убитых ел прямо перед смертью. В ответ женщина требует, чтобы Рика тоже начала готовить. Пытаясь втереться в доверие к Манако, журналистка не замечает, как сама оказывается в паутине манипуляций и лжи, постепенно теряя контроль над собственной жизнью…

На горячем рисе масло начнет таять, но нужно успеть съесть порцию, прежде чем оно растает полностью. Холодное масло и горячий рис. Контраст температур – первая услада. А когда ингредиенты перемешиваются во рту, вкус становится теплым и золотистым. Да, именно золотистым. Нежное масло обволакивает каждую рисинку, его вкус согревает рот и горло до самого желудка, а на языке остается сладковатое сливочное послевкусие…

Когда мир вокруг полон тягот и несправедливости, хочется привести в порядок хотя бы свою жизнь – так, чтобы тебе самой все нравилось. Построить свою маленькую личную крепость. Старательно, шаг за шагом. Это даже без больших затрат возможно, если все с умом делать. К тому же готовить своими руками то, что хочется поесть, очень приятно, пусть порой и непросто.

Я прожил жизнь холостяком, но хочу, чтобы кто-то заботился обо мне в старости. Даже уродина подойдет. Главное, чтобы умела готовить и вести хозяйство. Пусть она и страшненькая, зато такая наивная. Ничего о жизни не знает.