Продолжение. Начало здесь
Глава 1
Алиса заварила себе некрепкий черный чай и прошла с чашкой на балкон. Она уже несколько месяцев снимала эту квартиру с красивым открытым балконом, на котором заботливыми руками хозяев было устроено уютное место для отдыха – плетеное кресло с мягкими подушками и небольшой кофейный столик. В углу стоял напольный цветочный горшок с каким-то растением с буйной зеленью. На полу лежал небольшой коврик. Кованая решетка балкона была выкрашена в черный цвет и блестела в лучах вечернего солнца. Алиса осторожно уселась в кресло и, сделав глоток чая, закрыла глаза. Как же хорошо! Неужели может быть хорошо просто от того, что ты вот так сидишь, пьешь чай и наслаждаешься свежим воздухом и солнцем? Теперь Алиса была уверена, что может! Чтобы это осознать, ей понадобились эти несколько месяцев.
Ей необходимо было остаться одной, собраться с мыслями, успокоиться и подумать, что ей делать дальше. Ее жизнь разбилась в одно мгновение на тысячи осколков, которые она пыталась собрать и, кажется, у нее начало получаться. Она знала, что будет делать дальше, одна, сама, без помощи и опеки. Так будет лучше, решила она. Словно подтвердив ее решение, в животе раздался несильный толчок. Алиса улыбнулась и положила руку на уже округлившийся живот. Да, одна, сама, так будет лучше для нее и ее малыша. Ну что поделать, если ни она, ни ее будущий ребенок оказались не нужны тому, кого она любила больше жизни! Тому, кто так жестоко поступил с ней. От которого она и укрылась в этой квартире, чтобы больше не видеть и не слышать о нем.
В голову снова пришла мысль, что нужно было все-таки сказать отцу ребенка о предстоящем отцовстве. Но Алиса тут же упрямо сжала губы: «Ни за что! Если ему не нужна я, то и ребенок ему не нужен! Он мой! Я справлюсь!» Она тряхнула головой, словно прогоняя неприятные мысли о прошлом, о котором она так старалась если не забыть, то хотя бы не думать в последние месяцы.
Алиса допивала свой чай, смотрела на соседние дома во дворе, на людей на их балконах и в окнах, и думала о том, как будет жить с малышом, как будет растить его. Как малыш будет подрастать, радовать ее, как она услышит его первое слово, увидит первые шаги… Алиса нахмурилась: Да, увидит это все только она, любимый человек не пожелал разделить это с ней. Она снова тряхнула головой и подумала: «Да что сегодня такое, я снова думаю о нем? Хватит, я только успокоилась и выбросила мысли о нем!» Она встала из кресла и подошла к решетке балкона, посмотрела вниз, во двор. В нем было все, как обычно, за исключением черной блестящей машины, которую раньше она здесь не видела. На секунду в голове пронеслась мысль, что это он ее нашел. Но она тут же отбросила ее – зачем ему ее искать? То, как он себя вел в их последнюю, страшную для нее встречу, говорило о том, что искать ее он не станет. Алиса забрала со столика чашку и вернулась в квартиру.
Павел сидел за рулем своего автомобиля и смотрел на дом напротив. Точнее, смотрел на балкон и девушку на нем. В душе его закипала ярость на нее, на себя. Он думал: вот она, наслаждается жизнью, улыбается чему-то своему, тогда как он места себе не находил из-за нее последние несколько месяцев, искал ее. Павел вспомнил, как он жил в последнее время, постоянно на нервах, плохо спал, просыпался в холодном поту от кошмарных снов, что он никогда не найдет ее… Он услышал свой внутренний голос, который спрашивал его: А не ты ли сам устроил себе «веселую» жизнь в эти месяцы? - Павел отмахнулся от вопроса. Он вдруг подумал: а зачем он ее искал, если все видел и слышал о ней тогда? Павел не мог дать себе четкого ответа, искал, потому что хотел удостовериться, что после последней их встречи, с ней все в порядке.
Он снова посмотрел на балкон. О, да, с ней все в порядке! Внутренний голос сказал Павлу: «Ну, ты удостоверился, с ней все хорошо, уезжай отсюда и забудь ее!» Но что-то останавливало его. Он смотрел на девушку, на ее умиротворенное лицо и улыбку, увидел, как она прямо посмотрела на его машину и инстинктивно откинулся на спинку водительского сиденья, чтобы она его не заметила. На лице ее в этот момент отразилась тревога, которая тут же сменилась облегчением. Павел понял, что она подумала о нем… Он поднял руки и устало потер ими лицо. Когда он снова взглянул на балкон, там уже никого не было, она ушла. Павел решительно вышел из машины, закрыл ее брелоком и направился к двери подъезда.
Алиса как раз ставила в шкаф чашку, когда раздался дверной звонок. Кто бы это мог быть? Соседка, наверное, вернулась с работы и по уже устоявшейся между ними традиции, решила зайти на чашку чая. - подумала Алиса и пошла открывать. Она всегда приветливо улыбалась, когда открывала двери – эта привычка выработалась у нее за время работы – гость должен видеть, что ему здесь рады. Так было и в этот раз. Не посмотрев в глазок, она распахнула дверь и увидела пришедшего. Улыбка мгновенно слетела с ее лица, комната вокруг стремительно закружилась, будто затягивая ее в воронку водоворота. Алиса не могла произнести ни слова, судорожно сглатывая и смотря во все глаза на мужчину в дверях. Она не ожидала его когда-нибудь увидеть. Тем более, увидеть сегодня, на пороге этой квартиры.
Он стоял, широко расставив ноги, в безукоризненно отглаженных брюках, о стрелки на которых можно было порезаться. Руки мужчина засунул в карманы брюк, заметно было, что он пытался сжать руки в кулак. Пиджак на его плечах сидел, как влитой. Не хватало только галстука – ворот рубашки был расстегнут на несколько пуговиц и в открытом вороте были видны завитки волос на его груди. В голове девушки пронеслись воспоминания, когда она дотрагивалась своими пальцами до груди мужчины, сейчас стоящего перед ней. Она смотрела на его лицо, на то, как он крепко сжимает скулы, и понимала, что он с трудом сдерживается. В этот момент водоворот, который кружил ее все мгновения встречи, окончательно затянул ее, и она начала оседать на пол, теряя сознание.
Алиса медленно приходила в себя. Глаза ее были закрыты, но она поняла, что лежит на диване в гостиной. Ощущала она и чье-то присутствие в комнате. Она на миг открыла глаза и тут же закрыла их – увидела, кто был рядом с ней. Мужчина сидел на корточках рядом с диваном и встревоженно смотрел на ее лицо. Алисе не хотелось открывать глаза и возвращаться в реальность, которая снова разлеталась для нее на тысячи кусков. Из ее груди вырвался вздох. Она тяжело собирала по кусочкам свой мир, который разбился в прошлый раз, и тоже из-за этого человека. Ну зачем он опять появился в ее жизни, как он ее нашел?? Хотя, она и не пряталась, просто поселилась в этой съемной квартире, чтобы зализать раны и подумать, что делать и как жить дальше. И ведь не интересовался он ее местонахождением все то время, которое прошло с их последней встречи. Так что случилось сегодня? Эти мысли крутились в голове Алисы, пока она продолжала лежать не открывая глаз.
Сколько Алиса пролежала с закрытыми глазами, она не знала. Да и не будешь ведь так лежать вечно… Она открыла глаза и попыталась сесть. Мужчина тут же встал на ноги и отошел от дивана. Алиса села на диване и провела руками по лицу – оно было мокрым от воды, видимо, это он пытался так привести ее в чувство.
- Ты пришла в себя. – утвердительно произнес мужчина. – Это хорошо. Теперь можно поздороваться. – он произносил короткие отрывистые предложения, не отрывая взгляда от лица девушки. – Ну, здравствуй, Алиса.
Алиса подняла глаза и решилась посмотреть на его лицо. Губы его были все также крепко сжаты, глаза - как два ледяных озера. Он смотрел на нее, и этот взгляд не предвещал ничего хорошего.
- Что тебе здесь надо? – наконец произнесла Алиса вместо приветствия.
На его лице промелькнула тень, которая, впрочем, быстро сменилась усмешкой и он произнес:
- Я тоже рад тебя видеть. У меня к тебе накопилось много вопросов. Вот, пришел их задать. И надеюсь получить ответы.
Павел с трудом сдерживал себя. Когда она начала терять сознание там, в прихожей, он еле успел подхватить ее и не дать упасть. Когда он нес ее на руках до дивана в гостиной, он успел заметить изменения в ее фигуре и самое главное – ее округлившийся живот. Страшная догадка возникла у него в голове: «Она беременна! Боже, у нее будет ребенок!» Пока он набирал в стакан воду на кухне, пока пытался привести ее в чувство, в голове пульсировала мысль: Ребенок, ребенок, ребенок! Она нашла кого-то после него и решила родить от него! Но тут же пришла и другая мысль: судя по размеру живота, срок уже не маленький, это может быть его ребенок. Эта догадка привела его в замешательство, затем он разозлился: почему она не сказала ему, молчала столько месяцев и, судя по всему не собиралась вообще сообщать ему, что он станет отцом. Злость на девушку, лежащую перед ним без сознания, разгоравшаяся в его душе, тут же и потухла – он вспомнил их последнюю встречу, вспомнил, как он вел себя. Перед глазами возник образ Алисы в тот момент, ее широко открытые, полные ужаса и слез глаза, которыми она смотрела на него, ее дрожащие губы. Вспоминая и глядя на себя самого со стороны, он и сам себя не узнавал – он никогда не был в такой ярости, как тогда! Он вздохнул и, посмотрев на Алису, заметил ее дрогнувшие ресницы. Слава Богу, она приходит в себя! У него не было опыта действий с потерявшими сознание беременными женщинами. Злость снова овладевала им.
- Ну так что, ты готова отвечать на вопросы? – требовательно спросил Павел.
Алиса молча смотрела не него и лихорадочно соображала: заметил он ее положение или нет, зачем сегодня он здесь.
- Ты меня слышишь? - было заметно, что мужчина теряет терпение.
Алиса собралась с силами и выдавила:
- Слышу. – и добавила более уверенным тоном - Я тоже задала тебе вопрос, на который ты не ответил.
Павел удивленно поднял брови и, засунув руки в карманы брюк, качнулся на каблуках своих вычищенных до блеска туфель:
- Что мне здесь надо? Будто ты не знаешь!
- Нет, не знаю! - Алиса решила встать с дивана, чтобы смотреть ему в глаза не снизу вверх, а на почти одинаковом уровне, что придавало ей решительности. – Ты помнишь, что сказал мне в нашу последнюю встречу? Я исполнила твое пожелание и не попадалась тебе на глаза. И хочу теперь того же от тебя – убирайся отсюда! – голос ее окреп, и она вскинула руку в сторону двери.
Павел стоят, не меняя позы и, кривя губы, молча смотрел на нее. Алиса начинала закипать от этой его наглости:
- Я говорю тебе, прочь из моего дома! И никогда не приближайся ко мне! Я просила Мишу тебе это передать тогда. Уходи! – голос ее почти сорвался на крик.
Павел вынул руки из карманов, прошел к окну и стоя спиной к Алисе, посмотрел в него. Так продолжалось несколько секунд. Алиса стояла, сжимая кулики, грудь ее вздымалась от возмущения. Через несколько мгновений он отвернулся от окна и посмотрел на нее:
- Когда ты собиралась мне сказать? – он увидел замешательство на лице девушки и продолжил – Вижу, что никогда не собиралась. Это мой ребенок?
Алиса поняла, что он догадался о ее беременности. Но ничего ему объяснять не собиралась.
- Я должна отчитываться о своей жизни постороннему человеку? С чего бы это вдруг?
Она увидела, как сжались кулаки Павла, она продолжила:
- Ребенок не имеет к тебе никакого отношения, поэтому я ничего не собираюсь тебе объяснять.
Павел подошел ближе к девушке и испытывающе посмотрел ей в глаза:
- Не имеет? Тогда чей он? Если не мой, почему ты грохнулась в обморок, увидев меня?
Алиса начала перебирать пальцами ткань на юбке своего свободного сарафана и, чтобы не показывать Павлу свое волнение, порывисто скрестила руки на груди:
- От неожиданности, почему еще ты думаешь? Не каждый день у тебя на пороге появляется тот, кто сам же сказал тебе убираться с глаз долой. – она снова почувствовала себя увереннее и продолжила. – Так зачем ты пришел, говоришь? Задать мне какие-то вопросы? Я ответила на них. Теперь уходи, пожалуйста. – она махнула рукой в направлении двери.
Но Павел не собирался вот так просто уходить. Не для того он искал ее столько месяцев.
- Какой у тебя срок? – спросил он, и Алиса поняла, что он не собирается отступать. – Я же вижу, что достаточный, чтобы этот ребенок был моим. Или ты тогда от меня прыгнула в койку еще к кому-то?
Павел намеренно говорил грубо, чтобы увидеть реакцию девушки, которая не заставила себя долго ждать – Алиса стояла достаточно близко к нему, чтобы стремительно вскинуть руку и ударить его по щеке.
- Подонок! –она хотела еще раз ударить его, но он перехватил ее руку, крепко схватив за запястье. – Какой же ты подонок! - Алиса попыталась вырвать свою руку из тисков мужчины, но он крепко удерживал ее и не собирался отпускать. Ее реакция все ему сказала – она беременна от него.
- Отпусти меня сейчас же! Ты… Ты… Я просила тебя! Я просила тебя!... – она начала яростно вырываться, Павел понял, что она на грани истерики и обхватил ее обеими руками. Она продолжала биться в его объятиях и повторять:
- Отпусти, не трогай меня! – но Павел молча крепко обнимал ее, и обнимал до тех пор, пока не почувствовал, что приступ ярости проходит и она беспомощно успокаивается у него в руках. Она, тяжело дыша, начала осознавать, что она снова в его объятиях, чувствует тепло его большого сильного тела. Как же она мечтала снова это почувствовать все эти месяцы одиночества! Мечтала, несмотря на нанесенную ей обиду. Она успокаивалась и наслаждалась секундами этой близости. Вдруг она почувствовала, что все это время его руки гладили ее по спине, пытаясь успокоить. Собрав последние силы, Алиса уперлась ладонями в его грудь и сказала:
- Я в порядке. Отпусти меня.
Лицо Павла дрогнуло, он напрягся и опустил руки. Алиса зябко повела плечами, будто сбрасывая ощущения его рук на ее плечах.
- Паш, уходи, пожалуйста, прошу тебя. – устало закрыв глаза сказала она.
Он снова взял ее за плечи и сказал:
- Нет, я не уйду, по крайней мере пока ты не ответишь мне.
- Хорошо. Что ты хочешь, чтобы я сказала?
Павел отпустил ее и вдруг совсем другим, беззаботным тоном попросил:
- Сделай мне кофе, пожалуйста. А потом поговорим, ок? – он прошел по комнате и сел в кресло. – О, удобненько! – оценил он предмет мебели и выжидательно посмотрел на застывшую в онемении Алису, смотрящую на него широко раскрытыми глазами – Кофе, помнишь?
Алиса продолжала стоять и смотреть на него, по-хозяйски развалившегося в ее кресле. Потом, будто очнувшись, она молча ушла на кухню. Павел слышал доносящиеся из кухни звуки: вот из-под крана полилась вода, вот вспыхнул газ на плите, стукнули дверцы шкафчика, где она, вероятно, хранила кофе. Он немного расслабился и оглядел комнату, в которой находился: высокий потолок, как и во всех старых, как их еще называют, сталинской постройки, квартирах, большое окно и дверь на балкон; мебель классическая – диван, кресло с мягкими подлокотниками, кофейный столик на резных ножках, ковер на полу перед диваном, телевизора нет, вместо него на стене картина с горным пейзажем, небольшая мебельная стенка с книжными полками и полками с изящными фарфоровыми фигурками и статуэтками. Уютно и спокойно, по-домашнему, что ли - подумал Павел. – Интересно, она намеренно выбрала квартиру именно с такой обстановкой, которая успокаивает? Павел подумал, что ей, наверное, требовался покой, после того, как он прогнал ее тогда, четыре месяца назад. У него заскребли кошки на душе, он помнил, как он с ней поступил тогда, но иначе он не мог в той ситуации – она должна была ответить за то, что сделала, Павел не прощал предателей. «Тогда зачем ты сегодня приехал к ней, зачем искал ее последние два месяца?» – услышал Павел свой внутренний голос. На этот вопрос у мужчины не было ответа. Наверное, хотел наконец-то убедиться, что с ней все в порядке, учитывая, в каком состоянии она тогда выбежала из его кабинета. Убедиться, что был прав в своем поступке. Внутренний голос снова ожил: Убедился? Да. И узнал, что стану отцом. И с этим известием нужно было что-то делать. Но Павел уже принял решение.
Размышления мужчины прервало появление из кухни Алисы в подносом, на котором она несла одну кофейную чашку. Она прошла к кофейному столику, поставила на него поднос и пройдя через комнату к шкафу, оперлась на него, скрестив руки на груди.
- Ты не составишь компанию? – спросил Павел, забирая чашку с подноса и делая глоток напитка, при этом отметив про себя, что она не забыла, какой кофе он любит.
- Нет, не составлю. Говори уже и уходи, мне некогда тебя занимать. – нетерпеливо ответила Алиса.
Павел между тем продолжал неторопливо пить кофе и смотреть на девушку. Ей стало неуютно под этим его взглядом, и она нахмурилась:
- Послушай, давай уже покончим с твоим визитом и попрощаемся?
Павел поставил чашку на столик и чуть подавшись вперед расставил широко ноги и опершись локтями в колени, сцепил между собой пальцы и посмотрел на Алису:
- Я уже получил ответы на свои вопросы. Теперь хочу, чтобы ты собрала свои вещи и поехала со мной. – он увидел, как менялось выражение лица Алисы при его словах. Сначала он увидел облегчение, затем она опешила и, наконец, задохнулась, возмущенная его последним предложением.
- Что??? Прости, я не совсем поняла… - решила уточнить она.
Павел откинулся на спинку кресла:
- Да, ты все правильно услышала и поняла: сейчас ты соберешь свои вещи, и мы поедем ко мне домой. Ты же понимаешь, что теперь, когда я знаю то, что ты не собиралась мне говорить, ты не можешь оставаться здесь, одна?
Алиса уже пришла в себя от первых эмоций и ринулась в атаку:
- Я никуда не поеду! Очень даже могу и останусь здесь, у себя дома! Ты по какому праву будешь решать, что мне делать? Ты кто вообще???
Павел перебил ее:
- Я отец твоего ребенка. И да, - он поднялся из кресла и двинулся к Алисе – я буду решать, где и с кем ты теперь будешь находиться! В твоем положении быть одной… А вдруг что-то случится с тобой… или с ним? – он замялся и выразительно посмотрел на ее живот, скрытый под свободного кроя сарафаном. – Ты же понимаешь, что теперь все изменилось?
Алиса с возмущением выдохнула. Ну и наглец! Она не собиралась ему подчиняться. Тем более, после того, что было. Она посмотрела прямо ему в глаза и твердо произнесла:
- Нет. От того, что ты что-то сегодня узнал, не изменилось ничего. По крайней мере, для меня. Уходи уже. Я никуда с тобой не поеду. Я прекрасно жила все это время, думаю, что и ты не скучал, и я дальше буду жить здесь. – она увидела его нетерпящий возражений взгляд и подняла руку в останавливающем жесте – Послушай, уходи. Не знаю, что тебе вдруг от меня понадобилось, и ты заявился сюда… Но я никуда не пойду.
Павел не собирался отступать:
- Пойдешь. Иначе, ты же понимаешь, я подам на отцовство и заберу опеку над ребенком себе. Моих юристов ты знаешь.
О, да, юристов его компании она очень хорошо знала, Павел постарался их знакомству! Он увидел в ее глазах испуганное выражение и удовлетворенно поджал губы:
- Поэтому собирайся. Я подожду. – он развернулся и кивнул в сторону балкона – Там, чтобы не мешать тебе.
Алиса смотрела ему в спину и судорожно сглатывала. Она не думала, что он способен на шантаж, тем более, шантаж ребенком. Хотя, помня, что он делал и говорил, как жестоко себя вел тогда, в своем кабинете, этого стоило ожидать. Она замерла на месте от того, что она уже переживала подобное. Только тогда у нее хватило сил уйти с высоко поднятой головой. Но тогда она не знала, что в ней уже зародилась новая жизнь, личную гордость сохранять было проще. Что же делать теперь? – лихорадочно соображала она, - что делать? Я не могу ехать с ним! Я только-только начала приходить в себя. Он разрушил мою жизнь и снова ее рушит! Она не была виновата в том, в чем он ее тогда обвинил, он не хотел ее слушать, унизил ее. А теперь вдруг явился сюда и требует ехать с ним только потому, что узнал о ребенке! Когда она увидела его на пороге квартиры, у нее пронеслась мысль, что он во всем разобрался и пришел просить прощения, что так поступил с ней тогда. А он, оказывается, пришел вопросы ей задать! Или он пришел именно потому, что откуда-то узнал о том, что бывшая беременна от него? Нет, Алиса ни с кем из общих знакомых не виделась и не общалась в эти четыре месяца. Да она вообще старалась реже выбираться из дома за это время, даже продукты заказывала доставкой. Она не пользовалась телефоном, только домашним, который был в квартире – так ей не хотелось разговаривать с кем-то. Что же делать, как мне его выставить? – думала девушка, стоя все на том же месте.
Павел прошел на балкон и обвел блуждающим взглядом дома напротив, двор, в котором к вечеру собирались на площадке дети, пожилые люди на скамейках. Он сжал губы. Снова он повел себя с ней грубо, пригрозил юристами, и что заберет опеку над еще не родившимся ребенком. Но он не мог теперь иначе. Внутренний голос снова возник у него в голове: то, что было, почему ты ее прогнал, никуда не делось. Он не мог поменять свое мнение об этой женщине. Сначала он был зол на нее, очень зол - он был в ярости. Когда он приехал вечером того дня в свою квартиру, в которой они жили вместе с Алисой, он увидел, что ее вещи на месте – она не пришла за ними после их бурного расставания. Он тогда попросил приходящую прислугу собрать их все и отвезти коробки ей домой. Что было с ними дальше ему было не интересно. Когда Михаил попытался сказать, что курьеру компании никто не открыл и коробки с вещами теперь стояли на их складе, Павел не дал ему договорить – он ничего не хотел слышать и слушать об этой женщине. Потом он узнал, что она не пришла подписать документы об увольнении и, соответственно, не получила расчет. Вот тогда-то Михаил и упомянул о невостребованных коробках с вещами. Павел поручил Михаилу узнать о ней. Но она будто испарилась. Телефон ее не отвечал, в ее квартире жили чужие люди – она сдала жилье, на новую работу она не устроилась – Павел бы знал об этом, ведь новые работодатели всегда звонят прежним, чтоб узнать о сотруднике то, что не укажешь в резюме. В тот момент он и занялся ее поисками. Это чувство вины за грубость при расставании заставило тебя искать ее, узнать, как она? – не успокаивался его внутренний голос. Нет, чувство ответственности – отвечал сам себе Павел. – Как там у Экзюпери? Мы в ответе за тех, кого приручили. Удостовериться, что с человеком, с женщиной, которая ему нравилась когда-то, все в порядке. Да, в порядке, даже больше, чем в порядке! Только не в порядке теперь он, Павел – он станет отцом. И с этим нужно решать, и решать быстро. Поэтому он и прибегнул к шантажу, иначе ее не убедить ехать с ним. Павел задумчиво провел рукой по волосам и обернулся на шорох за спиной.
У выхода на балкон стояла Алиса и по ее виду Павлу стало понятно, что она так и не пошла собирать вещи. Она вскинула голову и глядя ему в глаза сказала:
- Ок, давай, подключай своих юристов, я тебя не боюсь. – по дрожи в ее голосе Павел понял, что это не так. – Возможно, тебя удивят результаты теста и ты отстанешь от меня. – она видела, как загорелись злостью его глаза, но она не могла уже остановиться. – Я же беспринципная, алчная, вероломная и какая там еще? Да тебе же воздухом одним со мной противно дышать! А теперь ты меня хочешь вернуть, потому что будет ребенок? Нет уж!
Павел, в чьих глазах сейчас сверкали стальные молнии, издевательски улыбнулся:
- С чего ты вообразила, что я хочу вернуть тебя? – он выделил последнее слово – Ты – мать моего ребенка, только и всего. И до его рождения без тебя я не смогу его получить. Поэтому пока ты поедешь со мной.
Алису больно, в очередной раз, ранили его слова. Она поняла, что ее иллюзии относительно него окончательно разбились. Напридумывала себе, что он пришел просить прощения. Она набрала в легкие побольше воздуха и сказала:
- Проваливай отсюда, иначе я вызову полицию и скажу, что в мой дом проник преступник.
Она посторонилась, давая ему возможность покинуть балкон и ее квартиру. Мужчина сжал кулаки, он понял, что сегодня не сможет добиться своего. Хорошо, сейчас он уйдет, даст ей время успокоиться, сам подумает над ситуацией, утро вечера же всегда мудренее. Он направился к выходу из квартиры, Алиса последовала за ним. Уже взявшись за ручку двери, он обернулся и сказал:
- Завтра я вернусь. И мой тебе совет, не вздумай снова спрятаться. Второй раз просто так все не закончится.
С этими словами за мужчиной захлопнулась дверь. Алису сразу же отпустило напряжение последнего часа, она тяжело опустилась на диван и закрыла лицо руками.
Продолжение следует...