Каждое утро начинается с битвы. Нет, не с будильником — с ним я уже давно в сговоре и просто выключаю, даже не открывая глаза. Враги сидят глубже. Они уже ждут, пока я проснусь, чтобы снова начать свою внутреннюю войну.
Первым на арену выходит Стыд.
— Ну и зачем ты вчера это сказала? — ехидно шепчет он.
Я пытаюсь не слушать, но, конечно же, вспоминаю, как вчера выдала какую-то глупость в разговоре. Теперь, очевидно, моя жизнь окончена. Люди запомнят этот момент, будут пересказывать его детям и внукам, а моя фотография появится в учебниках как иллюстрация к слову «позор».
Пока я мысленно прощаюсь с нормальной социальной жизнью, просыпается Вина.
— А ты помнишь, что обещала себе не есть на ночь? — с укором напоминает она.
Ну конечно, я помню! Но объясните мне, почему кусочек торта в 23:40 — это преступление, а в 9 утра — завтрак? Я пытаюсь оправдаться перед самой собой, но Вина уже нашла новую цель: невыполненные обещания, забытые дедлайны, тот самый звонок, который я «точно сделаю завтра» уже месяц.
И тут, когда я уже практически готова смириться со своим моральным крахом, появляется Тревога.
— А вдруг сегодня всё пойдёт не так? Вдруг тебя уволят? Вдруг ты случайно отправишь боссу сообщение «Ок, бро» вместо «Приняла, спасибо»?
А я всего-то хотела спокойно позавтракать…
Но вот что я заметила: эти внутренние враги живут только в моей голове. Им нужна моя энергия, моя уверенность, мои силы. Стоит мне перестать их кормить — и они становятся тише.
Я смотрю в окно. Там мир живёт своей жизнью: солнце светит, люди куда-то спешат, кто-то улыбается, кто-то что-то обсуждает. И никто, вообще никто не переживает из-за моего вчерашнего неловкого комментария или ночного кусочка торта.
Так что сегодня я объявляю день без осуждения самой себя.
Если Стыд, Вина и Тревога захотят поговорить — пусть, но я их слушать не буду. У меня дела поважнее: пить кофе, смотреть на небо и ждать интересных, красивых моментов. Ведь если перестать вариться в голове, оказывается, что мир снаружи намного добрее, чем нам кажется.