И мне не было стыдно. Это новые для меня ощущения. Когда за слезы беспомощности не стыдно.
Вторую ночь подряд провела сидя. Так тоже не дышится (дома не могла дышать только лежа, здесь - в любой позе), но ртом дышать сидя легче, чем лежа. Головная боль достигла своего невыносимого пика, и я попросила обезбол. Вкололи. Так нежно. Милая молоденькая медсестричка, почему не ты берешь по утрам кровь? 🌝
После обезбола накрыл какой-то армагеддон. Легла. Пульс, сердцебиение, башка. Пускай. Просить помочь? Ну уж нет. Наверное, это аллергия на обезбол. Не знаю. Неинтересно. Просто дальше сама. Легла и пусть само. К утру всяко отпустит.
В пазухах свежезалитый и уже застывший цемент. Ни туда, ни обратно. Из закрытого колпачком катетера капает гной с кровью.
Закрыла батарею, жарит как не в себя. И не увидела, что уборщица оставила окно приоткрытым. Утром - горло. Увидят - выпишут сами. Или переведут в инфекционное отделение? Во время движения по лабиринтам института неплохо бы соскочить в запасной выход и - на свободу. Домой.
Если Вы думаете, что 49 химиотерапий - это признак мужества и стойкости, Вы ошибаетесь. 49 химиотерапий в Песочном или на Приморском, 3 - это ощущения себя королевской пациенткой. Понимаете? Не блатной. Королевской! Только врачебное внимание, деликатность, теплые руки, фразы про "ну давайте полечимся еще", комплименты, улыбки, деликатные, максимально аккуратные манипуляции - именно это стоит на верхней ступеньке пьедестала и отвечает на вопрос, а как ты, Вика, еще жива? Со своим канцероматозом и множественными мтс в жизненно-важные органы? А вот так. Потому что у меня есть две мамы в Напалкова и одна на Приморском, 3. И несколько пап там же. Они 4 года держат меня на своих руках и плечах! 4! Почитайте, сколько можно протянуть с канцероматозом, проросшим по самое не могу.
Дальше - мои читатели. Их руки и плечи я чувствую не менее остро, чем врачебные. Это работает, кто бы что не говорил. Любовь, душевная близость, жизненная позиция и даже одинаковость слога, приводящая в трепет и восторг (Осень осетра, это про тебя).
И рядом с подписчиками - муж. Преданный как собака. У него все внутри. Снаружи - не ест, не спит, кружит вокруг больницы, а вдруг мне что-то понадобится, а у нас пробки. Вчера вечером силой отправила домой и взяла слово, что он отключит телефон. Ночью, правда, была мысль позвонить и попросить приехать и забрать меня, так что хорошо, что он дал мне слово. Но я не звонила, не проверяла. 🌝
И вот эта экстренная госпитализация вроде и не по прямому профилю онко. Но она перечеркнула все. Усилия десятков, сотен, тысяч людей. Настрой на продолжение карбо. Настроение, желания, веру в свои ресурсы на 50-ю и в знак, что она состоится.
Ничего не хочу. Ничего. Мы так долго держались, вместе с раком, кстати, ему тоже спасибо, что в моем случае он не так тороплив, как мог бы. Растет, но степенно, давая возможность понять, что он любит, что нет, давая возможность остановиться на пару месяцев или сделать паузу на полгода. Он не самый плохой парень, друзья.
И получается, что 1 мед взял и все эти наши достижения накрыл своим мрачным колпаком.
Сегодня на промывке, пока готовили раствор, меня затрясло. Я хорошо знаю эту тряску - это ожидание известной сильной боли. Контролировать, унять, враз перестать трястись только потому, что тебе сказали "перестаньте трястись" - невозможно. А мне сказали. В повелительном наклонении. Перед 7 студентами. Ну и я взорвалась. Я не хотела, я вообще не такая, но у всего есть предел. У всего. Не только у боли. Особенно у унижения. Я зарыдала, прям навзрыд, и стала говорить, говорить, говорить. Про концентрацию боли за последние двое суток в 1 меде, про адский забор крови, про ухудшение состояния, про боль, боль, боль, которой за 9 лет возни с раком не было в таком количестве, как за 2 дня здесь. Упомянула Песочный, пребывание в котором - рай, в отличие от местного Гестапо.
Бедные студенты. Вчера их было 15, сегодня 7, завтра, очевидно, придет один?
- Плачете? Вы и дома все время плачете? Вы слезливая?
- Ага! Я все время рыдаю. Всю жизнь. Оплакиваю непринятие своего рака. Очень смешно. Просто в корень.
Дописываю после паузы. Прошло 1,5 часа. Приходила ко мне делегация. Громкая женщина, которая убеждала меня в склонности плакать, и все еще 7 студентов в белом. Принесла дополнительные назначения от лора (сама к нему сходила), зачитала, там дважды в сутки противоаллергический укол и сосудосуживающие капли, я очень согласна с этим. У меня все с собой, это мои жизненно-пожизненные вещи, но здесь мне велели это не принимать, чтобы не смазать эффект от промываний. А как не принимать, если без них я не могу дышать? И сегодня ночью, скорее всего, случился пик за 2 дня пропуска. Вот и все.
Шумная женщина сказала, что лор меня хорошо помнит (это она делала мне в среду проколы и нашатырем потом откачивала), и что раз гнойный процесс у меня не такой, чтоб прям капец (это они на КТ увидели, наверное, или после первой промывки, не знаю), то достаточно одной промывки в день (сначала говорили о двух).
Потом она затащила в палату медсестру с уколом, засадили мне супрастин (у меня есть современные таблетки, но ладно, пусть колют, желудок крепче будет) и сказала, что в выходные еще промоют, а во вторник у меня еще какая-то КТ. Я схватила ее за руки и сказала, какая еще КТ, в понедельник мне надо выписаться кровь из носу. Она: "Ну мы ж не тюрьма. Посмотрим!" Вау! Значит, я теперь каждому входящему ко мне буду эту удочку закидывать. Еще она сказала, что надо бы ко мне кого-то подселить. Тогда мне некогда будет плакать. Она так и не поняла, что стало причиной моего единичного слезного прорыва. Боже, говорю, нет, только не это! Она не ответила.
Спросила, какой антибиотик мне колют. Говорю, что к амоксиклаву я резистентна (услышала это слово от моего доктора в Песочном, когда речь шла о нечувствительности моего рака к карбоплатину и др). Так вот колют мне антибиотик другой группы - тот, что убивает конкретно мою инфекцию (они исследовали содержимое пункций). Так что и это правильно.
В общем, друзья, получается, что мне просто надо было раньше разрыдаться! И отношение изменилось. И с лором проконсультировались, и антигистаминное добавили, и капли мои разрешили, и насчет выписки орать не стали. Вот только это все шумная женщина сделала. У меня врач-то есть вообще? Или сбежали все?
К слову, на уколы я ходила в процедурный кабинет. Теперь их делают в палате. Все еще одноместной. 😎
Обед не отдельно приготовленный, но это, наверное, потому, что у меня нет обоняния и вкуса (а вообще, уточнили, есть или нет 😁)
На ужин вчера была форель:
Это фотки убогие, а кормят и поят на самом деле разнообразно и вполне себе для больницы.
Наверное, мне лучше закрыть комментарии к этому посту, да?
Ну, давайте пока оставлю открытыми, а как прочитаю, что я все делаю не так и что мне надо срочно сделать то-то и то-то, то отключу? 😊
Огромное спасибо всем понимающим и разделяющим со мной эти дни февраля. Спасибо тем, кто пишет то, что я хотела бы прочитать. Не назидания в повелительном наклонении, а слова поддержки и соучастия.
Екатерина Вадимовна Б., Ирина Александровна Н., Лена Волкова, Альбина Анатольевна Г., Оля Сергеевна И.и ее мама Лена, Наталья Львовна Х., Мадина Радиковна М., Екатерина Геннадьевна С., Шушаник К. и другие мои читатели. Огромное спасибо за Вашу постоянную материальную подпитку❣