То ли всегда так было, то ли время сейчас такое: до нас дошла очередная литературная жемчужина из прошлого. «Развод» стал единственной книгой Сьюзен Таубес, опубликованной при жизни писательницы. И вот через 55 лет он наконец дошёл до читателей, причём сразу в статусе «великого американского романа». В конце прошлого года познакомиться с модернистской работой смогла и русскоязычная аудитория.
Важно иметь в виду, что «Развод» – второе название романа Таубес, первое – «В Америку и обратно в гробу» – отклонили издатели. Изначальный вариант куда больше подходит книге про смерть, Холокост и психоанализ, а главное, не создаёт ложного впечатления, что перед нами чиклит (дешёвое чтиво, нацеленное на женскую аудиторию). Чего нельзя сказать не только о названии «Развод», но и о ярко-розовой обложке с девушкой, спрятавшейся за букетом, – «лице» русскоязычного издания.
В этом плане судьба романа Сьюзен Таубес напоминает историю близкого по духу и по форме произведения «Современная любовь» Констанс ДеЖонг. Специально выдаваемый за чиклит постмодернистский текст содержит в себе ассорти жанров – от шпионского детектива до справки об изгнании евреев-сефардов из Испании. Разница только в том, что ДеЖонг сама затеяла эту игру, а Таубес пришлось подчиниться чужому решению.
Особенно грустным этот факт становится, если знать, какие события последовали за публикацией «Развода». Женоненавистническая реакция на книгу, по словам подруги писательницы философа Сьюзен Сонтаг, привела к явно преждевременной гибели автора. Её тело нашли в Атлантическом океане.
Правда, в пространстве романа Сьюзен Таубес смерть стала только началом. Героиня «Развода» Софи Блайнд (с английского «Слепая») совершенно случайно погибает в центре Парижа под колёсами такси на первых же страницах книги. И уже потом женщина разводится с раздражающим мужем, подвергается экспериментам отца-психоаналитика, становится русалкой, наслаждается бурной личной жизнью и выясняет отношения с родственниками, пережившими Холокост. Размеру посмертного списка дел Софи точно не позавидуешь. Как и количеству путешествий: из настоящего в прошлое, из реальности в воспоминания рода, из Венгрии в США – и обратно.
Сьюзен Таубес проводит свою Софи (очевидно, основанную на самой писательнице) через слои повествования и жанры, прыгая от едкой сатиры к мелодраме, от настоящей трагедии к сюрреализму. Агрессией и эпатажем языка автор готова помериться с Сильвией Плат, а ловкостью деконструкции «Одиссеи» – с Джеймсом Джойсом. Посмертные путешествия Софи – еврейки, венгерки, американки, дочери, жены, любовницы и матери – снимают с неё «личности» слой за слоем, как шубы, подаренные мужем. Путь героя (недаром, что героини) перевёрнут от всего в начале к ничему в конце. Одиссея в его странствиях вело предназначение, Софи ведёт его отсутствие.
Единственный роман Сьюзен Таубес отстаивает своё право называться «великим американским» и наконец вписывает имя своей создательницы в историю через 55 лет после её смерти. В гробу или нет, работа (а скоро на русском языке появится и сборник рассказов) писательницы добралась до наших библиотек, где ей давно было место.