Я подам на развод, если ты не прекратишь общение со своим гадким семейством, - сказала я мужу

Я стояла у окна, когда в наш двор заехала машина свекрови. Дарья Дмитриевна часто нас навещала. И ей казалось, что она так проявляется заботу. На самом деле свекровь просто хотела влезть в нашу с Юрой жизнь.

Я сказала мужу, что приехала его мама.

- Ты опять будешь молчать или встанешь на мою сторону?

- Ты чего? Мама переживает за нас, она старается. Но ты не бойся, я не дам тебя в обиду.

Мне в это слабо верилось. Юра, когда приходила его мать и начинала читать мне лекции и делать замечания, обычно отмалчивался.

Свекровь позвонила в дверь, я открыла.

- Наденька, привет, - с натянутой улыбкой сказала Дарья Дмитриевна. – Я мимо проезжала, решила к вам заглянуть, проведать вас.

Со свекровью вместе была и ее дочка Тамара. Мне сразу же показалось, что визит женщин был спланированным, а не случайным.

Дарья Дмитриевна сразу же перешла к своей любимой теме. Она стала говорить, как похудел ее сын, как я не кормлю его. Потом она стала рассматривать, в чем одет Юра.

- Твоя жена так и не научилась гладить! – воскликнула свекровь. – Все мятое у тебя, на бомжа так скоро похож станешь. Я научу еще, невестку гладить и убирать.

И готовить ее надо научить, то от ее еды в голодные обмороки можно начать падать.

Я слушала еще долго речи свекрови. Потом я обратилась к мужу, попросила его что-то сказать в мою защиту. Но Юра не смог внятного ничего ответить матери.

- Я подам на развод, если ты не прекратишь общение со своим гадким семейством, - тихо сказала я Юре, чтобы как-то расшевелить его.

И эти мои слова услышала Дарья Дмитриевна. Она тут же стала называть меня неблагодарной. А когда я попросила ее подбирать выражения, она мне стала напоминать, что она дала денег на первый взнос по ипотеке.

- И я тут имею полное право находиться, - сказала свекровь. – Юра меня не выгоняет и не сделает этого никогда! Он знает, что я права по поводу тебя. Такая женщина не сможет ничего добиться в жизни. И детей она не сможет воспитать, поэтому и к лучшему, что у вас их нет.

- Какие дети? – вмешалась золовка. – У этой только карьера на уме.

Я не стала терпеть подобное. Я решила рассказать мужу все, что раньше делала его мать.

- Твоя мама меня к своему личному врачу водила, анализы мои изучала! Я уже молчу о том, что она лазит по нашим шкафам, стирает наши вещи, которые, как ей кажется, плохо пахнут. Как мне такое терпеть?

Юра поменялся в лице. У него все-таки было понимание личных границ, поэтому он стал спрашивать у матери, правду ли я говорю про визиты к врачу.

- А что тут такого? Я только заботилась о твоем будущем. Мне важно, чтобы у тебя были здоровые дети.

- Мама, так не делается! – крикнул Юра. – Как ты посмела?

- Ты неблагодарностью от этой нищенки заразился? Тебе еще раз напомнить, что я про квартиру вашу сказала?

Я не выдержала. Я стала снимать со стен фотографии, кидать их на пол. Потом я начала собирать в коробки все мелкие предметы интерьера.

- Забирайте все и убирайтесь! – кричала я на свекровь. – Нам не нужны подачки! И без вас всех мы прекрасно можем прожить. Нечего нас попрекать и шантажировать!

Дарья Дмитриевна сначала называла меня сумасшедшей, говорила, что мне место в психушке. А потом она стала ломать комедию Она начала хвататься за сердце, делать вид, что ей плохо.

Юра не поверил в этот спектакль. Он попросил маму прекратить, после чего отправил ее и сестру прочь. Я была впервые довольна тем, как повел себя мой супруг.

Но радость моя не была долгой. Позвонила Тамара, сказала, что Дарья Дмитриевна в больнице. Меня разозлило одно то, что Юра просто взял трубку после всего случившегося. Правда, он не поверил сестре.

Но потом позвонили с незнакомого номера. Это был врач из больницы. Он подтвердил, что Дарья Дмитриевна попала с сердечным приступом к ним.

Юра сразу же стал собираться к матери. Он ей позвонил, сказал, что скоро будет. И я поняла, что ничего не меняется.

Я решила, что буду подавать на развод, потому что иначе у меня не получится оградиться от Дарьи Дмитриевны и всего семейства супруга. А Юра пусть сидит рядом с мамой, слушает ее, ест ее еду. Ему так хорошо, поэтому не вижу смысла препятствовать его выбору.