Степан получил одобрение Центра на возвращение в условленном месте перехода. Проинструктировав напоследок Жигунова и Турмина, лейтенант «отбыл в часть».
Переход по прифронтовым дорогам оказался не менее опасным, чем перелёт.Патрули, проверки, отметки в документах постоянно держали в напряжении. Добравшись до необходимой точки, Степан стал готовиться к переходу линии фронта. До неё было ещё далеко, но лезть на передовую он не стал – это провал. Поэтому при подготовке рассматривался и такой вариант – перейти фронт по реке, тем более, что сейчас река находилась по обе стороны фронта.
Для начала Челкашов нашёл на берегу подходящее дерево, которое и послужит ему транспортом. Внутри было небольшое выгнившее пространство, которое защитит его от посторонних глаз и пуль, если кому-то не понравится плывущая коряга. Но Степан не полагался на случай. Он потратил день, вычислил течение реки и перетащил к нужному месту пару десятков поваленных деревьев, корневищ и больших веток. Устал сильно, потому как старался брать деревья побольше, а вот тащить их было по лесной чаще не удобно. Зато база была готова. Только этого показалось Челкашову мало. Он прошёлся по берегу и нашёл нависший над водой косогорчик с молодыми ёлочками и берёзками. Он не стал прятаться за темноту. Пошёл от обратного, чтобы усыпить бдительность тех, кто будет против него.
На рассвете глухой взрыв обвалил косогор, который усеял воду деревьями, травой, кустами. Следом на просторы реки Степан вытолкнул заготовленные и пришвартованные у берега деревья коряги, среди которых было и его укрытие. Вода ещё была холодной, но резиновый костюм и тёплое бельё сдерживали речные объятия, потому как плыть надо было долго. В стволе своего корабля Степан проделал несколько отверстий, чтобы иметь обзор и представление о том, где находится.
Пока всё складывалось, как он задумал. Первыми по реке плыли молодые берёзки и ёлочки, а затем эскадра коряг и старых деревьев. День был пасмурный, срывался дождь. Было похоже, что где-то вверху на реке обвалился берег и потянул за собой кучу мусора. Вода медленно несла его навстречу опасности.
Вот на берегу показалась телега с бочкой, которую два красноармейца наполняли водой. Один задержался, глянул на реку и продолжил свою работу. Стали доноситься звуки взрывов, а затем и выстрелов – передовая.
Степан напрягся – вот момент истины. Обстрелять могут и свои и чужие. От такой формулировки даже усмехнулся.
- Так кто свои, а кто чужие? – подумал он, - В настоящий момент понятия размыты. Пуля с любой стороны не желательна.
На правом берегу Челкашов увидел советских бойцов с винтовками. Офицер поднял бинокль и стал рассматривать водный парад деревьев. Течение не ждало, а уносило его вперёд. Капитан опустил бинокль, посчитав, что мусор, который уходит к фашистам, не представляет интереса. Теперь Степан ждал встречи с немцами.
Вдруг рядом раздался взрыв, бревно сильно качнуло, затем громыхнул второй. Степан выругался. Ясно, немцы решили ударить из миномёта по реке, чтобы предотвратить возможные действия русских. Хорошо, что его бревно не оказалось в гуще вместе с другими, куда они стреляли. Дальше поплыл спокойно. Пока не стоит двигаться. Прошло время, Челкашов осмотрелся и стал выгребать в сторону. Бревно почти не слушалось. Тогда Степан пренебрёг опасностью, поднырнул и оказался рядом с бревном. Улучшив момент, когда берег был поближе, он отпустил свой корабль и начал грести к берегу. Было тяжело. Вот под ногами оказалось зыбкое дно. Три гребка и он уже ближе к берегу. Выбравшись и отойдя в лес, Степан присел, быстро снял с себя костюм, спрятал его в рюкзак, достал пистолет и только тогда прилёг на ковёр из листьев. Отдохнув полчаса, Челкашов поднялся и пошёл. Рядом должна быть большая деревня. Вот и она показалась из-за края леса. Он уверенно шёл к ней. Впереди пост, на котором вместе с немцами дежурили местные полицаи. Им совсем не надо знать, что он русский, чтобы не возникало ненужных подозрений, расспросов и действий. На посту его заметили и встретили направленными автоматными и винтовочными стволами. Не доходя пяти метров до шлагбаума, Челкашов остановился.
- Внимание, у меня посылка для господина майора, - глядя на офицера, произнёс Степан по - немецки, - Внимание, у меня посылка для господина майора.
Офицер пристально посмотрел на него, затем в его глазах что-то мелькнуло, он дал знак поднять шлагбаум. Поинтересовавшись, всё ли у него в порядке, офицер приказал фельдфебелю доставить Челкашова в штаб. Дальше был путь в школу.
- Господин Челкашофф, я рад видеть вас здоровым и хочу поздравить с выполнением задания, - улыбаясь, говорил Ландсберг, - Ваша группа успешно работает, нанося врагу значительные удары. Ваша награда ждёт вас. К тому же у вас будет время, чтобы отдохнуть и увидеть Германию. 10 суток, которые вы проведёте в Берлине, помогут вам восстановить силы. Я лично доложу адмиралу Канарису о блестяще выполненной вами операции.
- Господин майор, благодарю Вас за высокую оценку моей работы и отзыв, который вы доведёте до господина адмирала, а также возможность побывать в центре Европы – Берлине, - сдержанно ответил Челкашов, - Только я пока не могу принять такой поездки, поскольку идёт война, а у меня есть новые планы по борьбе с врагом, которые не терпят отлагательства, а послужат делу уничтожения большевиков.
- О-о! – удивился Ландсберг, - Это ответ настоящего солдата.
Шёл 1942 год – время, когда немецкая машина ещё безжалостно и без оглядки шла вперёд, не вызывая сомнений у немцев, а также их приспешников в близкой победе.
Было видно, что слова Челкашова действительно произвели на немца впечатление. Он предложил присесть.
- Господин Ландсберг, - начал Степан, - У меня есть новые предложения, которые, на мой взгляд, усовершенствуют и сделают эффективнее нашу работу.
- Слушаю вас, - внимательно глядя на подчинённого, ответил майор.
- При выброске в новое место, где нам необходимо самим находить нужных людей, мы тратим драгоценное время и подвергаемся определённому риску, - заговорил Челкашов, - Да, риск - это часть нашей работы, только напрасный риск можно значительно уменьшить. Предлагаю готовить здесь в тылу базу наших возможных союзников. Для этого в лагерях, где находятся военнопленные, провести работу, выявив уроженцев городов, куда будут направлены наши группы. Составить картотеку, чтобы можно было дополнять, уточнять информацию. От них в разговоре необходимо получить сведения о тех, кого не устраивает советская власть. Это могут быть репрессированные, их семьи, люди из бывших, уголовники, просто те, кто симпатизирует Германии. Если мы опросим даже несколько человек, то получим определённые исходные данные. К тому же, если хотя бы два человека укажут на кого-то, то он определённо станет интересен для нас. Таким образом, наши агенты будут иметь возможность сразу же обращать внимание на нужных людей. Пусть не все из них окажутся нам полезными, но определённая часть станет с нами работать. Если кратко, то всё.
- Отлично, - воскликнул майор, - Да, господин Челкашофф, вы определённо умеете не только думать, но и творчески подходить к работе и выстраивать стратегию.
Через пять дней по лагерям, где содержались военнопленные и мирные жители, началась работа, в ходе которой стали составляться списки тех, кто может быть полезен Германии в Горьком, Свердловске, Пятигорске, Красноярске и других больших и малых городах Советского Союза. Челкашов удостоился новых благодарностей и награды.
Только он уже готовил новую операцию в городке С., который отделяло от линии фронта 250 километров. Для этого туда уже перебазировался Турмин. На его место выслали другого человека. Его из списка индивидуалов отобрал сам Челкашов. После заброски и успешной работы, его авторитет значительно возрос вместе с доверием к нему Ландсберга.
При сборе информации в лагерях выявили одного уголовника. Поскольку была дана команда докладывать обо всём, что вместе с данными об антисоветски настроенных гражданах может представлять интерес, прислали и эти сведения. Они попали к Челкашову. Тот обратился к майору и Самовара привезли на специальную квартиру в город. На следующий день там появился Степан. Он вошёл в прихожую, где дежурил немец и прошёл в комнату, в которой находился уголовник.
- Здравствуй, Самовар, - сказал он, войдя и присев за стол.
- Для кого, фраер, Самовар, а для тебя Игорь Степанович, - лениво ответил тот, лёжа на диване.
- Да, как скажешь, хоть папа Римский, - ухмыльнулся Челкашов, - Ты кости то к столу кидай, у нас с тобой разговор долгий будет.
- Мне с тобой не о чем базлать, - лениво ответил урка.
- Ты не торопись впереди паровоза бечь, мороки много, да и опасно, - спокойно возразил Стёпа.
- Ты это такой понтовитый, что солдатики за дверью на стрёме стоят? – с пренебрежительной улыбкой спросил Самовар.
- Прямой вопрос, значит, будет прямой ответ, - сказал Челкашов, - У тебя два пути. Ты уже прикоснулся к тому, с чем трудно жить. Ты нужен мне, поэтому будешь жить и даже станешь свободным. Второй путь – ты вернёшься в лагерь в форме охранника и все увидят, кто ты на самом деле.
- Ты гонишь, комсюк, - спокойно ответил урка, - Я и вертухай – этого в страшном сне не увидишь.
- Я не увижу, ты прав, - отозвался Челкашов, - Весь лагерь увидит – этого будет достаточно, чтобы и здесь и там узнали, чего ты стоишь. А страшный сон будет у тебя, поскольку, что ты творить будешь в наркотическом угаре – никто не знает.
Самовар после этих слов напрягся.
- Думаю, что доведёшь ты заключённых до ручки и закончатся твои двухдневные гастроли в новом облике тем, что тебя утопят в параше, - закончил жёстко Степан, глядя с презрением в глаза Самовару, будто тот уже действительно находился в отхожем месте.
- Ты чё буровишь, гнида? – урка резко приподнялся и со злостью посмотрел на непрошенного гостя.
- Вот теперь ты за свои слова сполна ответишь, - вставая, произнёс Челкашов, - Теперь тебя точно в параше утопят, вот хохма то будет по лагерям и пересылкам.
Урка вскочил с дивана. Он был старше Степана, пошире в плечах. К тому же уголовная жизнь обучила его многому, поэтому не сомневался, что задавит этого наглого парня. Тот, на удивление Самовара, достал из-за голенища нож и кинул ему. Из второго голенища Челкашов достал финку. Раздумывать над этими тонкостями Самовару было некогда, и он нанёс удар. Парень легко увернулся и в ответ полоснул его по руке, распоров рубаху и кожу. Урка посмотрел на кровь и вновь кинулся вперёд, присев и сделав обманное движение вбок. Затем резко выпрямился и ударил снизу вверх в живот. Парень в ответ быстро сделал шаг вправо и тут же ударил ногой по его руке. Нож выпал. Самовар схватился рукой за запястье, которое стало неметь после удара и сразу же получил сильный скользящий удар финкой по второй руке. Следом последовала подсечка, Самовар упал, а парень рухнул сверху, больно ударив по рукам в районе мускулов коленями, прижав таким образом соперника к полу. Финка жёстко уперлась в горло. Самовар почувствовал, что из - под лезвия пошла кровь. Ощущение было такое, что он уже проткнул ему кожу глотки насквозь.
- Сейчас я обрежу тебе уши, так ты будешь выглядеть более экзотически в лагере, - сказал парень ледяным тоном, медленно переместив лезвие к уху.
- Не надо, - тихо сказал урка, корчась от боли в руках, - Погорячился, извини.
- Ты что-то про гниду говорил? – процедил Степан.
- Извини, сорвалось, - продолжил каяться Самовар.
Челкашов встал и сказал спокойным тоном, будто ничего и не было: Перевяжись и присаживайся, продолжим.
Урка через пять минут кое-как перевязался, руки сильно болели и плохо слушались. Он присел за стол. Челкашова интересовало преступное сообщество, которое обосновалось в городе С., и о котором обмолвился при разговоре в лагере Самовар. Не вдаваясь в подробности своего плана, который ещё не до конца оформился, он задавал урке разные вопросы, уточнял, что-то записывал. Так они просидели до глубокого вечера. Следующий день также прошёл в стиле вопросов и ответов.
План, который мелькнул у Степана, был чистой авантюрой. Так кому же в ней давать главные роли, если не уркам?
Продолжение следует …
Ссылка 10 часть Матёрый заметает следы https://dzen.ru/a/Z5BZwqQJdz3CRS2O
Ссылка 12 часть Матёрый заметает следы https://dzen.ru/a/Z5YuCXTr9EkZf8Kz