Начиная с 7 января лесные пожары превратили около 7000 домов в Лос-Анджелесе в пепел и руины.
Пожары локализованы на 99 процентов, но охватили 37 000 акров — теориторию в два с половиной раза больше Манхэттена. Большинство жителей теперь могут вернуться в свои дома, хотя тысячи людей остаются бездомными или перемещёнными.
В престижных районах Пасифик-Палисейдс и Малибу — двух наиболее пострадавших от пожара районах — разрушения обнажили пропасть между невероятно богатыми и просто состоятельными людьми.
Это говорит о том, что в городе, где проживает 205 400 миллионеров, состояние в размере шестизначной суммы — большая часть которой складывается из стоимости жилья — не обязательно делает вас богатым.
Как бы ужасно всё это ни было, у некоторых из тех, кто стал жертвой лесных пожаров, всё прошло лучше, чем у других. Телевизионный сценарист в Wall Street Journal вспоминал, что видел, как сотрудники одной актрисы увозили её миниатюрных осликов в безопасное место. Он также рассказал о том, как потерял последний дом, в котором, как он думал, будет жить.
Иметь приличное состояние мало что значит, когда тебе негде укрыться.
Те, кто просто хорошо зарабатывал, в отличие от тех, кто был достаточно богат, чтобы владеть несколькими домами, оказались в затруднительном положении и были вынуждены приложить немало усилий, чтобы найти жильё. Вот пример того, насколько всё было жестоко: после пожара владельцы дома с четырьмя спальнями в Бель-Эйр запросили за аренду 29 500 долларов в месяц. Это почти на 86% больше, чем до пожара.
Энтони Хоффман прямо сейчас противостоит этим людям. Прожив 20 лет в собственном доме в Малибу, он недавно продал его и переехал в арендованный дом. Этот дом сгорел, и теперь он пытается найти что-то похожее.
«Я платил 14 000 долларов в месяц, — рассказал моим коллегам Хоффман, режиссёр фильмов и рекламных роликов. — Сейчас такая же квартира стоит около 20 000 или 25 000 долларов. И я хочу найти место в том же школьном округе, чтобы мой ребёнок мог продолжать ходить в школу здесь. Малибу — очень маленький, очень тесный город».
Хотя это может быть слабым утешением для Хоффмана и других людей, оказавшихся в таком же безвыходном положении, как и он, губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом недавно продлил действие чрезвычайного постановления, которое запрещает арендодателям повышать арендную плату более чем на 10 процентов. Против брокера, который воспользуется отчаянным положением пострадавших от пожара, могут быть выдвинуты обвинения.
Некоторым не придётся иметь дело с недобросовестными риелторами. Джефф Талер считает себя «невероятно веязучим». Он, его жена и их шестилетний сын — одни из тех, кому есть куда пойти. «У нас есть второй дом в пустыне, недалеко от Палм-Спрингс, — рассказал журналистам Талер, исполнительный продюсер шоу Netflix «Джинни и Джорджия». — Нам не о чем беспокоиться, по крайней мере, в краткосрочной перспективе».
Талер позволил себе роскошь уехать в то время и в таком темпе, которые наилучшим образом защищали его сына. «Я знаю людей, которые уехали через два часа после нас, и они ехали сквозь дым и огонь, - сказал он. - Дети жизнерадостны, но это болезненное воспоминание. Я собрал сумку с одеждой на неделю и уехал».
После разрушений Талер получил эсэмэски от друзей, которые спрашивали, нужна ли ему помощь. «Я говорю им, что они могут помочь людям, которым повезло меньше, чем мне».
Несмотря ни на что, Мерседе Мотамени не считает себя менее удачливой. Она потеряла семейный дом, где она и ее муж — который держит стоматологическую практику неподалеку в здании, которое также сгорело — вырастили двоих детей. Они все живут в Пасифик Палисейдс с 2007 года.
Сейчас они с мужем живут в доме друга. Их дети, оба взрослые, находятся в другом месте в этом районе.
Хотя она признает, что стоимость их дома превышает 3 миллиона долларов и что его восстановление обойдется дороже, чем страховая выплата, она видит людей, которым приходится особенно тяжело, и чувствует себя счастливицей. «Некоторые из наших соседей вкладывают средства в Go Fund Me (американская коммерческая краудфандинговая платформа), чтобы пережить этот период, — рассказала журналистам 60-летняя Мотамени, иранская иммигрантка, которая сама заработала своё состояние и работает окулистом. — У нас есть сбережения и хорошие друзья, но мы не знаем, что будем делать в долгосрочной перспективе».
Желая остаться в Пасифик-Палисейдс, Монтамени разрывается так, как вряд ли будут разрываться местные знаменитости, среди которых Билли Кристал, Мел Гибсон и Пэрис Хилтон, даже когда они оплакивают утрату своих домов, изменившую их жизнь. Например, у Хилтон есть целая сеть отелей, где ей всегда рады.
Как только дым рассеется, состоятельные люди смогут перестроить дома своей мечты, проведя электропроводку под землёй и используя материалы, более устойчивые к огню.
«Мы беспокоимся, сможем ли мы отстроиться заново, — переживает Мотамени, радуясь тому, что у них есть страховка домовладельцев, поскольку многие в этом районе жили без страховки и не могут получить новые полисы. — В нашем возрасте мы стараемся выплатить ипотеку и не хотим влезать в новые долги».
Размышляя о лучшем варианте развития событий, она добавила: «Мы могли бы остаться здесь после выхода на пенсию. Мне нравится быть рядом с пляжем и гулять повсюду».
Как и Питер Ленков, который как и Хоффман потерял дом в Малибу. «Это калифорнийская мечта, — сказал он журналистам, — дом на пляже в Малибу».
Что хоть немного радует Ленкова, писателя и продюсера, так это то, что это не единственный его дом. У него также есть дом в Хидден-Хиллз, закрытом поселке недалеко от Калабасаса.
Учитывая ущерб, 60-летний Ленков рассуждает философски. «Это часть жизни в Калифорнии, — говорит он. — Если у вас ничего не повредило землетрясение, то что-то пострадает от оползня. В этом году такой напастью был пожар».
Помимо самого дома, Ленков потерял доску для серфинга 19 века и коллекционный мотоцикл 1953 года, который стоял внутри дома. Он уже обдумывает возможность его восстановления.
Испытывая сочувствие к менее удачливым жертвам пожара, он сказал: «Я потерял второй дом. Это привилегия». Если бы он потерял свое единственное жилище — «даже не могу себе представить», — сказал он, «я бы, наверное, свернулся калачиком в шкафу и плакал. Я бы, наверное, сейчас с вами не разговаривал».