Октябрь 1934-го года выдался для Франции непростым. Сначала, вечером 9-го октября, от рук хорватских усташей в Марселе погибли король Югославии Александр I и министр иностранных дел Франции, Луи Барт. Убийство сразу двух государственных деятелей, учитывая, что один из них, к тому же, являлся главой государства, у которого с Францией были всегда непростые отношения, погрузило страну в траур.
На следующий день после марсельского убийства, 10 октября, все национальные флаги были приспущены. Но это событие не отменило судебного процесса, главной фигуранткой на котором была девятнадцатилетняя Виолетта Нозьер.
Она не имела ни малейшего отношения к тем событиям, которые случились в Марселе. Она была настолько далека от политики, насколько это вообще можно себе вообразить. А судить ее собрались за то, что она отравила своих родителей.
Отец Виолетты, Батист Нозьер, всю свою жизнь посвятил железной дороге. Не то чтобы он был с детства фанатом локомотивов и поездов, просто другого выбора у него не было. Но со своими обязанностями он справлялся настолько хорошо, что дослужился до должности машиниста, ни много и ни мало, поезда, на котором ездил сам президент. Вот только работа эта отнимала у него настолько много времени, что заниматься воспитанием дочери он никак не мог. О сыновьях таких людей, точнее, об их незавидной судьбе, в таких случаях принято говорить, что их воспитала улица. Ну, это выражение подходит также применительно и Виолетты. Правда, в ее случае, скорее, уместно говорить о том, что ее воспитывала постель.
Она очень рано начала вести..эмм…образ жизни взрослой девушки. Первый любовник, как впоследствии выяснилось, появился у нее уже в 16 лет. Я вижу, ты улыбаешься, читатель? Слова «очень рано» вызывают у тебя улыбку? У меня тоже, но во Франции начала 1930-х годов нравы были совсем другими. Поэтому то, что сейчас нам кажется вполне уместным, в те годы выглядело совсем по-другому.
Одним лишь «другом» дело не ограничилось. Родители, желая дать своей дочери лучшее будущее нежели то, которое им могли дать их родители, отправили девушку учиться в парижский лицей Фенелоп. В стенах этого учебного заведения Виолетта смогла найти себе весьма немало...хм... поклонников.
Некоторые историки считали, что примерно в те же годы Виолетта начала заниматься проституцией. Это утверждение можно считать не совсем верным. У девушки не было необходимости в деньгах – определенный уровень, хоть какие-то карманные деньги, родители выдавали ей исправно. Другое дело, что тех карманных денег ей не хватало. А что? Досуг в Латинском квартале всегда обходился недешево, да и образ жизни, который вела Виолетта, стоил немалых затрат.
К тому же, девушка уверяла всех своих знакомых в том, что ее родители – вполне себе состоятельные люди. Папа, например, не скромный машинист (насколько понятие «скромный», конечно, соответствует должности машиниста президентского поезда!), а инженер. Такая же история была и с матерью – она не домохозяйка, а манекенщица.
Медицина в те годы мало в чем была похожа на нынешнюю. А вот в чем те времена напоминали современность, так это в плане сексуальной грамотности и заботы о собственном здоровье. Кто-то из «друзей» одарил Виолетту не только милыми воспоминаниями, но и сифилисом. Что делать? Лечить!
Но об этом рано или поздно узнают родители и скандала будет не миновать. Виолетта, неизвестно как, но смогла убедить своего лечащего врача выдать ей справку, свидетельствующую о том, что она невинна. Как же тогда объяснить происхождение «срамного недуга»? Ну, здесь уже все проще. Можно сказать родителям, что сифилис в их семье – дело наследственное. Виолетта так и поступила, а в подтверждение своих слов принесла справку и лекарство, заботливо переданное, якобы, доктором и которое, лекарство, нужно обязательно принять всей семье, чтобы не случилось большой беды.
Этим «лекарством» был веронал – один из сильнейших барбитуратов того времени. Родители Виолетты, работяги, к предложению дочурки отнеслись со всей ответственность – ну, если так сам Доктор считает, то так тому и быть. Порции, правда, великоваты, но если Доктор считает нужным, то так тому и быть. Семейство (взрослая его часть) приняла лекарства, а затем легло спать. Спалось ему хорошо, вот только сны были какие-то странные. Как будто дом горит… МИНУТКУ, ТАК ВЕДЬ ЭТО НЕ СОН!!!
Благо, пожар был небольшим, горела одна лишь занавеска, отделяющая коридор от комнаты, поэтому его удалось потушить вовремя подоспевшим соседям. Что же касается плохого состояния матери Виолетты (ее пришлось госпитализировать), то его списали на отравление дымом. Отец же мужественно перенес плохое самочувствие на ногах.
Вскоре в жизнь Виолетты пришла Любовь с большой буквы. Ее имя – Жан Дабен, двадцатилетний студент, учится на юриста. Ну, по крайней мере, так говорит. В основном он, правда, торгует газетами в окрестностях бульвара Сен-Мишель, но это так, для души. Молодому человеку понравилась не только Виолетта, но и то обстоятельство, что у нее в карманах водились какие-то деньги, которых у Жана не было практически никогда. Двух молодых людей обуяло чувство страсти.
Уже трудно установить, кому именно в голову пришла эта мысль первой, но в скором времени молодые люди решили пожениться. Долой родителей! Но для этого нужны деньги. Виолетта решила, что отличным стартовым капиталом для совместной жизни могут послужить те сбережения, которые откладывали ее родители – 180 тысяч франков. Следите за руками: судьбоносная встреча с Жаном приключилась в жизни Виолетты 1-го июня, а уже 2-го августа она опять несет родителям очередное лекарство.
Все тот же веронал, только теперь его в несколько раз больше – чтобы устраивать пожар не пришлось наверняка. Растертые 36 таблеток были аккуратно расфасованы по двум пакетикам. Вечером семья снова приняла лекарство, в том числе и Виолетта, которая для себя приготовила пустышку. Через несколько часов родителей, как посчитала девушка, уже ничто не могло спасти, и она принялась обыскивать квартиру. Нашлись, впрочем, только 3 тысячи франков. Видимо, в отчаянии от размеров найденной суммы, Виолетта открывает газ и убегает из дома.
Вскоре запах газа почувствовали соседи. Они вызвали пожарных, а те, в свою очередь, полицию. Версию с самоубийством сразу отбросили – по счетчикам выяснили, что расход газа был слишком мал. Подоспевшие полицейские также заметили признаки жизни у матери Виолетты. Ее отцу ничем помочь уже было невозможно.
Через пять дней Виолетта была арестована. Ее узнал один из прохожих благодаря фотороботу. Начался суд, который закончился для нее сначала пожизненным приговором. Адвокаты Виолетты пытались разыграть карту ее ужасного детства, дошло даже до признаний в том, что в детстве отец домогался ее. В этих словах не было ни капли правды (через несколько лет Виолетта отказалась от них), но восстановить отношений с матерью это уже не помогло. А сам срок позже скостили до двенадцати лет.
Говорят, что выйдя на свободу Виолетта Нозьер вела вполне добропорядочный и законопослушный образ жизни.
Больше контента в нашем телеграмм-канале: https://t.me/+Vkgomsh3PCZjZDgy